РЕШЕТО - независимый литературный портал
Александр Смирнов / Лирика

Месяцеслов

145 просмотров

 

ЯНВАРЬ 

Утром проснулась столица,
принарядилась, как встарь;
видит – вдали уже мчится
в белой карете Январь.

Снежные вихри вздымая,
тройка по небу летит.
Солнце – держава златая –
в царской деснице блестит.

Да воспоет тебе славу
всякая Божия тварь!
Правишь Москвой ты по праву,
Русской Зимы государь!..


ФЕВРАЛЬСКИЙ ВЕЧЕР 

Вьюги – крылатые мельницы,
перемолов небеса,
белой мукою – метелицей
запорошили леса.

Тонкое лунное кружево –
стылый морозный узор
держит на ветках натруженных
вымерзший за зиму бор.

Весь ощетинился елками.
Тянется к звездам во сне.
Плачет от счастья иголками:
дело, похоже, к весне…

 


МАРТ 

Тонкие льдинки на лужицах,
словно осколки стекла.
Кружится, кружится, кружится
мартовская… юла.

Солнце, как злая Жар-птица,
в небе прозрачном парит,
огненным глазом косится
и по-синичьи кричит.

Вьюга порой завывает,
бесится, входит в азарт.
Шаткой походкой шагает
пьяный задиристый Март…

 

АПРЕЛЬ 

Весь в конопушках-проталинках
под озорную капель
в мокрых березовых валенках
пляшет веселый Апрель…

 

МАЙ 

Белок пугая щетиной
липкой листвы молодой,
Май на сутулую спину
взвалит котомку с весной
и побредет, спотыкаясь
под соловьиную трель,
внешне хотя бы стараясь
не походить на Апрель.
Так и плестись ему вечно,
зная, что там, вдалеке
юный, наивный, беспечный
мчится Июнь налегке…


ИЮНЬ 

В лесу, разомлевшем от неги,
Июнь поселился в сосне.
Зеленые пальцы-побеги
грозят уходящей весне…

 

ИЮЛЬ 

Лето, набравшись отваги,
в солнце вцепилось, как в руль,
и на своей колымаге
въехало в месяц Июль…

 

АВГУСТ 

Август слегка повел бровью пшеничной,
пыльной листвой – шевелюрой тряхнул.
Лапу еловую жестом привычным
нам на прощание он протянул
и побежал по березовым рощицам,
по золотистым, бескрайним полям
в Осень, где дни в серых лужах полощатся,
радуясь долгим, прохладным дождям…

 

ПРОЩАНИЕ С СЕНТЯБРЕМ 

Деревья, сменив головные уборы,
столпились и спят над притихшей рекой.
Сентябрь взбежал на лесистый пригорок
и смотрит на серое небо с тоской.

Октябрь торопит, ворчливо бормочет,
холодным дыханьем листву теребя:
«Природа давно уже осени хочет.
Пора заменить мне на вахте тебя». 

Дрожащая стрелка часов мирозданья
вплотную приблизилась к новой черте.
И вот, как всегда, в этот день расставанья
природа во всей предстает красоте.

Закат распахнулся, как розовый парус.
Багровые кисти рябины горят.
На ветке блестящие капли собрались
и, словно от страха, бедняжки, дрожат.

А вечер все брызжет охряной зарею
на листья, плывущие вниз по реке,
как бедный художник в тяжелом запое
с намасленной кистью в дрожащей руке…

 

ОКТЯБРЬ 

Объяты осенним пожаром
поникшие ветви берез.
Октябрь, одурев от угара, 
завидует братьям до слез.
Завидует мартовской доле, 
счастливой апрельской судьбе…
«У братьев не жизнь, а раздолье, -
бормочет под нос он себе. –
Вот даже ближайшие эти
счастливей меня во сто крат!
Сентябрь вспоминает о лете,
Ноябрь зиме вечно рад.
Июль в колосящемся поле
находит отраду себе,
Январь – в снежном русском приволье,
рождественской пьяной гульбе…
А я?.. Мой удел - оставаться
меж ними и вечно мечтать
на время в весну перебраться,
чтоб с Мартом денек скоротать…»

 


НОЯБРЬ 
(Арбатский клен)

Октябрь по Арбату промчался,
из лужи дома окатил.
Ноябрь у ворот потоптался
и следом за ним припустил.
Уже добежав до «Смоленской»,
споткнулся, едва не упал
и, словно мужик деревенский,
креститься неистово стал.
Ему стало жалко до боли
дрожащий от холода клен.
Бродяжьей, безрадостной доле
решил посочувствовать он.

А клен на судьбу свою жалится
и ветку все тянет к нему,
листвяным, прокуренным пальцем
пронзая промозглую тьму…

 

ДЕКАБРЬ 

«Опять мы вчерась перебрали
с братишкой моим Ноябрем.
И перца в «Первак» подмешали -
горит теперь глотка огнем… -
Декабрь и кряхтел, и плевался,
напрасно пытаясь уснуть. –
Зачем же я так нализался!?
Башка разболелась как!.. Жуть!..»
Он шубу напялил со стоном
и вышел на стылый порог.
«Последний стакан самогона
пошел мне, как видно, не впрок.
Пойду, поброжу я по свету –
глядишь – полегчает чуток.
Я жизнь распроклятую эту
давно б порешил, если б мог.
Одиннадцать месяцев в спячке,
потом - двухнедельный запой.
И вот провожу я в «горячке»
тот срок, что по праву за мной».
Всю ночь по лесам он метался
в горячечном, пьяном бреду
и только к утру оклемался
в московском Нескучном саду.
Смахнул он с ресниц своих льдинки
дрожащей с похмелья рукой
и тихо побрел по тропинке
над белой застывшей рекой.

Теги:
26 January 2017

Немного об авторе:

Врач, Член Союза Писателей РФ. Автор двух научно-фантастических романов и двух поэтических сборников... Подробнее

Ещё произведения этого автора:

В темноте...
Эх, память, память...
Море...

 Комментарии

Комментариев нет