РЕШЕТО - независимый литературный портал
LanaGrig / Проза

Неверие и вера

326 просмотров

Все, дожили! Нашему дышащему на ладан сельскому хозяйству приходит конец. Свидетельство тому – благословение протоиерея Михаила на начало посевной. Почти лишенные государственной дотации ( по причине обанкротившейся казны ), наши аграрии обратились за помощью к Богу. Видимо, Всевышний – это последняя инстанция, где еще можно взывать о помощи и не увидеть в ответ фигу. Бог денег тоже не даст, но и не пошлет куда подальше. И надежду оставит, только молиться надо усерднее, чтобы услышал, а услышав, снизошел до жалости и послал манну небесную. Но манна небесная нашим сельским труженикам ни к чему – позарез нужны трактора, сеялки, удобрения и…деньги, что, естественно, с неба не свалится. Хорошую погоду еще можно вымолить, а все остальное – нет: молись – хоть лоб разбей. И праздник Первой борозды ( в духе языческого обряда ) тоже вряд ли поможет, потому что праздник – это когда весело, а если на душе камень и на глазах слезы – это уже иначе называется… Вот только поверит ли Господь в искренность этих молитв? Трудно сказать. Скорее всего, он перестал верить людям вообще. А почему он должен верить, если люди, дети его, ни в него, ни ему не верят или, того хуже, предают? Ну и что с того, что ходят в церковь, крестят лбы, шепчут молитвы, падают ниц перед иконами? А что при этом в их головах и душах? Это нам, простым смертным, не дано знать, а Бог ведь все видит и знает: души и помыслы человеческие у него как на ладони. А кто же здравомыслящий поверит, если не ему стали молиться, а вождям своим, чьи портреты вместо икон на стенах понавешали. Правда, крестом себя, молясь им, не осеняли, но взирали снизу вверх, как на Бога. Да и не осеняли лишь потому, что приказа на то вожди не давали. А дали бы – еще как истово и неистово лбы свои крестили. Так вот, сначала Бога своего отвергли, повернулись к нему, простите, задом, позволили в страхе своем животном хулу всякую изрыгать… И не его стали бояться, не возмездия за свое предательство, а кары от вождей своих, в сан Бога возведенных. А кто сильный был в вере своей и непреклонный – того к стенке, остальным в назидание. И кто знает, повернулись ли бы к лику Божьему, если бы не опасность грозная, не катастрофа всемирная, когда один антихрист, прикрываясь Богом, с кличем: « С нами Бог!» пошел войной на другого антихриста, не менее коварного. Вот тут вожди и вспомнили, что народ их, ими же от Бога отрешенный, - это «братья и сестры». Вставайте, родимые, спасайте себя и вождей своих от гибели! И Родину свою! Но, идя на смерть, помните, что бросаться под танки и пули, прикрывать грудью амбразуры надо с именем вождя на устах… Послушный народ, привыкший к командам, так и делал. И победил врага с этим именем, уложив в землю миллионы молодых жизней , не вкусивших радости, не познавших любви и счастья материнства и отцовства, не оставивших потомства, не продливших свой род… Победил – и опять забыл о Боге, потому что вожди тоже о нем забыли, присвоив победу себе и своему «гению». И опять пали на землю позолоченные купола церковные с крестами. Но не вышли всем миром, не стали грудью на защиту святынь, а законопатились в своих жилищах одержимые страхом герои, не раз смотревшие в глаза смерти. Значит, страх одолел веру. А может быть, вера их была не настоящая, а так – одно лицемерие? Потому что сильную веру не испугать, не предать, не отказаться от нее… Потом на смену вождям-антихристам пришли новые, менее ярые и кровожадные, более осторожные и осмотрительные, которые втайне от народа крестили своих отпрысков, а на виду все еще отрицали Бога. Но народ, привыкший жить по указке, не повалил толпой в церковь грехи замаливать и каяться, потому что приспособился ко всему, вспоминая о Боге лишь в самые тяжелые минуты своей жизни. Или перед смертью. Только перед неминуемым и неотвратимым концом, обливаясь бессильными слезами, падают ниц перед святыми образами и бьются лбом о землю, надеясь не на прощение даже, а на милость того, кого отвергли и забыли в суете земной жизни. Запоздалое прозрение блудных детей, скорее всего, не любовью к Всевышнему продиктовано, а страхом: а вдруг там, в ином мире, ответ держать придется за грехи свои тяжкие? Вот уже более двадцати лет прошло с тех пор, как сняли-таки табу на веру. Можете верить, люди, в Бога, потому что власть тоже решила, что верить в него надо: весь мир верит, а мы что – хуже? Не только разрешили вере быть, но и возглавили эти шествия в церкви и храмы. И стоят в них перед ликами святых, крестятся и молятся; и народ, глядя на вождей своих, воодушевившись свободой веры, тоже самозабвенно шепчет молитвы и осеняет себя крестом. И не понять: то ли верят искренне, истово крестясь; то ли отдают дань моде… Оказывается, есть такая мода – верить в Бога. А я вот думаю: верить в Бога и верить Богу – это одно и то же? Верить в Бога – это значит признавать его существование, а отсюда – страх наказания. Тут больше задействован разум. Верить Богу – это верить его учению, следовать ему, поступая по совести, как того хочет Всевышний. Это уже из сферы душевной. Слияние разума и души - это и есть, наверно, настоящая вера. Не знаю, верит ли Господь в чудесное превращение безверия в веру, отречения в признание, а я не верю. И не могу переступить через это неверие и идти в церковь, потому что вижу этих же людей в мирской жизни совсем другими. Там, в церкви, они были одни – в обыденной жизни они становятся непохожими на тех, кого я видела мгновение назад. И не понять, где на самом деле они были настоящие… Их вера ( если это действительно вера ) не делает их лучше, человечнее. И вождям тоже не верю, потому что на их дела никак эта вера не распространяется. Если бы было наоборот, то не жили бы мы так, как живем… Несколько лет подряд ходила на всенощную и совершала Крестный ход. И видела в людской толпе представителей нового поколения власти и тех, старых руководителей. Идут такие богобоязненные старички шаркающей от слабосилия походкой, шевелят старческими губами – такие немощные, смиренные и покорные, ни дать ни взять – рабы Божьи. А я ведь помню их молодыми, полными энергии и веры, только другой совсем веры – непоколебимой и вечной. Так им тогда казалось. А оказалось, что та их вера лопнула, как мыльный пузырь. А к нынешней еще привыкнуть надо, что далеко не значит – принять. Душой, сердцем и умом принять. И почувствовала я , что не могу идти рядом с ними, потому что не верю им, не разделяю с ними их лживые и лицемерные чувства. Не верю в их перевоплощение! Как не верю скачкам ни в сознании человеческом, ни в душе человека. И самое главное, почему-то не верю я священникам нашим ( есть, безусловно, и исключения ) , таким сытым и довольным внешне, что даже неудобно. А на каких машинах ездят… И о тех, кто высоким духовным саном наделен, говорить и вовсе совестно. Неужели трудно не сверкать дорогущими, в десятки тысяч долларов, часами, кольцами, перстнями, браслетами и цепями? Это не зависть, а констатация факта нескромности. Да и на слуг Божьих это слабо похоже, скорее, на слуг власти. И второе читается в их благостных улыбках и позах подобострастных, когда они рядом с первыми лицами государства. Так смотрят на благодетелей и благодателей своих. Если бы в их глазах читалось искреннее уважение и преклонение перед умом, порядочностью и справедливостью власть имущих - какое это было бы счастье! Но не читается это… Вера – это святое и интимное, скромное и кроткое чувство, о чем кричать вовсе не обязательно. И степень веры не количеством посещений церкви определяется ( хотя, может быть, это тоже важно ). Это тихое согласие с Богом, выражаемое не только словами, но и делами. Без лицемерия и лжи, без криводушия и показушности. Это честный и искренний разговор с тем, кому можно и нужно доверить самое сокровенное, что никому больше не доверишь, кроме себя самого. А в церкви хорошо быть с родными по крови и близкими по духу ( что не совсем одно и то же ), объединенными общей искренней верой. В церкви друг другу надо верить! Я ничего не прошу у Бога, кроме силы – физической и духовной, не обременяю его просьбами, потому что знаю: нельзя просить то, что могу сделать сама, с чем справляюсь самостоятельно. Для меня важно сознание, что Бог есть. И этим все сказано.
07 April 2016

Немного об авторе:

Приветствую Вас на своей странице. Спасибо! Мне очень нравится писать, вернее, нравилось всегда, сколько себя помню. Неожиданно потянуло к стихосложению. Мне кажется, что слово в поэзии значит больше, чем в прозе.Стихи создаются не то чтобы легче, но быстрее. Сразу видишь результат. Рада любому отзыву, любому комментарию, любой рецензии. Все прин... Подробнее

Ещё произведения этого автора:

Невестам
Свой путь пройдя...
Жизнь не напишешь...

 Комментарии

Комментариев нет