РЕШЕТО - независимый литературный портал
Анастасия Вихарева / Проза

МИЛЛИОНЫ ПАРСЕК: Ангел и демон (1-6 главы)

1701 просмотр

Приключенческая фантастика

 

 

Глава 1. Утро ничем не примечательного дня.
Ничего особенного не случилось, сон приснился…
Тот же самый, кто-то зовет ее, из клетки… Темное существо.
Анна тут же забыла об этом. Вставать не хотелось. Ведь не радуется человек, если знает, что самое худшее впереди.
Кажется, прямо в лицо светит солнце…
Точно, так и есть, солнечный луч щекочет ресницы. Она пошевелилась, вздохнув глубоко, чтобы не выдать себя. И тут же пожалела об этом. Немецкая овчарка семи лет отроду бросилась ее лизать, напоминая о собачьих делах.
И так каждое утро. А еще экзамены…
А, нет! Последний был вчера! Настроение сразу поднялось.
На кой черт ей понадобился этот биофак? Все равно на работу по специальности не устроишься. Стране нужны квартиры, машины и дачи, но никак не биологи. Но мать почему-то решила, что сможет помочь ей подняться на Олимп.
Ну да, мать в биологии и химии шарила.
А сама она лучше бы на тот же экономический или строительный…
Да только туда не пробиться, во-первых, конкурс десять человек на место, во-вторых, оплата вдвое выше. Не сирота, не инвалид, не золотая медаль — шансов ноль.
Анна вспомнила институт и мысленно хихикнула. И хватило же ума у препода по микробиологии, старичок уже — лысый, сухонький, с цепкими круглыми глазками, вызвать на ковер, требуя объяснить, с какой стати в ее чашке Петри инфузории туфельки вдруг стали приклеиваться одна к другой, образовав сначала колонию, потом тело, которое, как на параде, вдруг принялось вышагивать жгутиковыми отростками от одной стеночки до другой. У всей группы тогда отвисла челюсть, а у Андрея Аильевича чуть не случился инфаркт. В мечтах он, наверное, уже получил нобелевскую премию: вот она, эволюция, один вид перешагнул в другой, осталось  узнать, каким реактивом капнуть.  
Увы, увы, ничего вразумительного сказать не получилось! Да просто так захотелось!
Но не объяснишь.
И если раньше она чувствовала лишь досаду, то сейчас, вспоминая прошедший семестр, неожиданно для себя самой удивилась. Еще один казус произошел на практических занятиях по ботанике…
В банке со спиртом хранились останки какого-то растения. Плавало, с корешками, с листиками, желтенькое такое, на третьей полке снизу. Жалко было на него смотреть. Стол ее стоял рядом, каждое занятие, как бельмо на глазу. И стоило настроению испортиться, мысли невольно обращались к распятому и убиенному узнику. А растение вдруг взяло да и позеленело, опрокинув досуха всю банку!  Заметили не сразу, как-то вдруг, неожиданно, когда вдруг вылетела крышка.
Но она-то здесь при чем? С чего взяли, что подменила? И тоже, на ковер…
Агнесса Иверовна, по прозвищу «курица», красная от гнева, чуть не прибила ее. Оказывается, в банке хранился последний представитель какого-то вымершего вида!  
Или, к примеру, генетика…
Кто сказал, что генетический код обязательно расписал мудрость устройства гороха? Да, стоит поменять один ген на другой, белый цветок стал красным, зеленая горошина желтой и морщинистой. С виду как будто разные, но суть-то одна, горох, не редиска, не майская роза!
Лорка положила лапы на грудь, уставившись прямо в лицо.
Дышит, приглядываясь, не дрогнут ли ресницы. Если открыть глаза, начнет слюнявить.
Господи, когда уж мама приедет?! И тут же одернула себя. Мать заслужила отдых, как никто другой. Еще неделя не прошла, а она уже думает, как избавиться от нежданно-негаданно свалившейся на нее взрослой жизни.
А все началось с того, что давняя мамина подруга, которая иногда забегала отдохнуть от золотой клетки (семь месяцев не такой большой срок, за который можно забыть посиделки на кухне), решила, что, наверное, хватит ждать, когда благоверный соизволит подарить мир. Не проще ли купить его самой на те деньги, которыми он откупается от упреков? Ей вообще начинало казаться, что Виктор Юнусович женился, чтобы иметь при себе домашнего врача. Он даже предложение ей сделал в больнице, куда его привезли в предынфарктном состоянии. Из офиса. А через полчаса, после предложений руки и сердца, снова горел на работе.
М-да, тяжелая жизнь у олигархов…
Тетя Марина так решила: пока жизнь с олигархом не закончилась, надо успеть взять все, до чего ручонки дотянутся. Олигархи не носят состояние в карманах, не складывают в тумбочку, и положить капитал в свою оказалось нелегко, но исполнить хоть одну мечту стало для тети Марины делом жизни. Начать она решила с простенькой мечты: на мир посмотреть, себя показать. И первым делом предложила маме отправиться с нею. Все-таки одна, в чужой стране, естественно, за ее счет.
Начать решили с банального маршрута: Пермь — Москва — Кипр.
Ну, правда, банально! Лучше уж сразу в Турцию! Чартерным рейсом! После ехидного замечания маршрут изменили: Пермь — Екатеринбург — Дальний Восток — Япония — Филиппинские острова — Австралия.
Это для жены владельца нефтяной вышки!
Ха-ха!
Ну, более или менее…
За мать она обрадовалась. Жили вдвоем, сразу после ее рождения мать с отцом разошлись. У отца давно была другая семья, а она так и осталась одна,. Разрываясь на трех работах. Первое время мать на отца рассчитывала, а зря! Отец был неисправимым эгоистом — и как только он не скрывался от алиментов! И не экономил на саунах, ресторанах, любовницах, в общем, на себе любимом. Узнала об этом случайно, когда перепутал номер телефона и послал ей фривольного содержания эсемески. Сначала подумала, что отец заболел: позвонила узнать, с какой стати он назвал ее «кисуля», да еще «облапал»?! А он, как только понял, что его разоблачили, сразу  отказался пригласить ее на лето.
Наверное, испугался, что проговорится…  
Да черт с ним, не маленькая, как-никак восемнадцать, подруги уже давно потеряли девственность, парня поменять, как банку «пепси» выпить.  Без пива в руке в последнее время их не видела. А как ей потерять?! Ложится в десять пост меридиум, встает, как в армии, в семь ант меридиум и каждый раз, как задержится, у матери сердечный приступ.
После того, как отец пошел на попятную, мать тут же ехать передумала. Едва уговорили. Иногда даже на мороженное в кафе денег не хватало, а тут — полный пансион! Как лотерейный билет, когда еще выпадет такая удача? Спасибо тете Марине, которая считала, что в восемнадцать предки уже должны отстегнуться. В ее жизни это был второй курс мединститута, общага, куча парней. В общем, жизнь била ключом. «Кому она будет нужна после двадцати?!» — грубо наехала она на мать, припоминая и ее молодость, в которой, оказывается, обе они вряд ли могли бы похвастать невинностью.
И то правда, пора бы…
С матерью ей повезло: и советовались друг с другом, и поровну делили горести и радости. И почти не расставались. Сколько себя помнила, мать пыталась доказать, что она строгая и справедливая. Вела долгие душещипательные беседы, пыталась надавить авторитетом, а то, чисто по-мужски, восполняя недостающего отца, вдруг начинала рассматривать ее в качестве личности, которая должна уметь постоять за себя. Например, в четвертом классе, когда в очередной раз поменяли школу, были моменты, когда лучше в ад. И мать  изменила тактику. «Найди слабое звено! — посоветовала она. — Должен быть еще изгой, кто-то же был до тебя! Вот она, твоя потенциальная стая! А после приготовься к драке…»
Наверное, мать переживала больше, чем она. Мысль о драке напугала, она всегда была примерной девочкой. И две недели мать отрабатывала с ней удары и ставила ей защиту. Из подушек сыпались пух и перья.
И получилось! Оказывается, главное перестать видеть человека и бить так же сильно, как в подушку или в ладони матери.
На следующий день, после того, как она в кровь разбила нос Катьке Рогозкиной, к ним примкнули еще три девчонки. Теперь в ее стае было тоже пятеро. И когда мать Катьки прибежала разбираться,  было кому подтвердить, что ее «деточка» сама напросилась. А после и мать вызывающе холодно поставила Рогозкиных на место: «У вашей девочки удар плохо поставлен. В следующий раз посоветуйте не хватать за волосы, а бить в челюсть, чтобы мозги отвались. Мы именно так и поступим» Мать Катьки долго хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на лед.  На этом проблемы в школе закончились.
Но тут другое…
Мать долго не могла поверить, что она справиться как-нибудь без нее. Последние три дня перед отъездом она только то и делала, что наставляла ее. И ей ничего не оставалось, как снова и снова напоминать: «Мама, мне восемнадцать лет!!!»
Ну и вот… Взрослая жизнь.
Сильно взрослая! Деньги закончились на четвертый день. Вроде бы всего ничего, посидели пару раз в кафе, заплатила за подруг. А сразу после этого у всех троих появилась какая-то жизнь, в которую ее не посвящали. Из подружек осталась только Алекса, которая за себя платила сама. Народная мудрость: не хочешь потерять друга — не давай в долг.
Слава богу, мудрая и наученная жизненным опытом мать предусмотрела и такой вариант. Во-первых, на всякий пожарный случай, часть денег оставила тете Оле. Ответственная тетя Оля уже приходила пару раз, затаривая холодильник — низкий поклон! Но не далее, как пару дней назад она вдруг  сообщила, что уезжает в деревню к родственникам. В общем-то, недалеко, но насколько неизвестно, а спросить, язык не повернулся. А во-вторых, для Лорки закупили два десятикилограммовых мешка собачьего корма, который она никогда в жизни не признавала за еду, а если и хрустела, то по ночам, чтобы никто не видел.
Анна вздохнула. По крайне мере, Лорка финансовый кризис переживет. Деньги собрали таким трудом! После проявленной щедрости еще и ее посадить на шею тети Марины (вернее, на шею далеко ее не щедрого мужа, который избавил ее от всех подруг) было как-то неудобно. Отпускные, зарплата, немножко подзаняли.
— Встаю, встаю! — взмолилась она, когда Лорка начала стаскивать одеяло.
Лежи, не лежи, а жить надо. Мы в ответе за тех, кого приручили… — за себя бы ответить! — она поднялась, приняв самое важное решение в своей жизни: пора начать трудовую деятельность, а хоть бы кондуктором или дворником. Почистила зубы, умылась, заправила постель, оделась. Лорка, не выдержав ожидания, поджала хвост и потрусила к двери, оставляя за собой мокрую дорожку.
Анна поторопилась. Посадив собаку на поводок и поправив скомканный поползновениями коврик, вышла во двор.
 
Естественно, она казнила себя, когда тащила упирающуюся четырьмя лапами собаку к подъезду.
— Я знаю, что ты любишь свободу! Нет у нас времени, надо работу искать! — пристыдила она Лорку, внезапно уловив на себе осуждающие взгляды. Двор был полон народу. Хуже, над ними смеялись… даже голуби!
Заметив, как голубь сел перед самым Лоркиным носом, потрясая задом перед мордой, Анна решила Лорку пожалеть и чуть ослабила поводок.
Зубы склацали мимо.
А жаль!
Лорка голубей не то, чтобы не любила, попугивала для острастки. Они ее тоже не жаловали. Особенно нахально вел себя один, самый наглый. Наверное, тот самый, который жил у них три месяца. Его однажды подобрали на улице, спасая от верной гибели. Кто-то сломал крыло и повредил ему ногу. Кормили, поили, пока однажды он не взмахнул обоими крылами и не вернулся к своей стае. Но стоило ему заметить в окне Лорку, как он тут же слетал на карниз, прохаживаясь взад-вперед, курлыча и посматривая хитрыми черными бусинками. А Лорка, считая подоконник частной собственностью, вверенную ей для охраны, металась по квартире, захлебываясь лаем. И если на нее прикрикнули, голубь непременно подзывал друзей: птицы рассаживались рядочком, о чем-то переговариваясь, хорохорились, толкаясь и занимая лучшее зрительское место.
Какая неблагодарность!
— Ну, хорошо, пройдем вокруг дома еще раз… Но только раз! — погрозила она пальцем.
Анна тяжело вздохнула, испытывая стыд. С соседями практически не общались, и оттого они всегда проявляли и к ней, и к матери повышенный интерес. Все головы были повернуты в ее сторону, а взгляды устремлены на нее.
В небе висело жаркое июньское солнце. Вроде бы середина июня, а уже засуха. Листья покрылись толстым слоем пыли. Асфальт плавился, в воздухе стоял тяжелый запах гудрона, казалось, нечем дышать. И грязь… Наверное, дворники устроили забастовку. Бумажные пакеты, пачки сигарет, зеленые нестандартные бутылки из-под пива. Их бомжи обходили стороной. И ничего не поделаешь, двор проходной, кто-нибудь что-нибудь да выбрасывает. У подъезда бабушки моют косточки молодым, ругают политику, жалуются на здоровье. Чуть дальше, рядом с детской песочницей (и ведь находятся мамаши, которые осмеливаются отпустить в нее ребенка!) несколько подвыпивших мужчин пьют пиво и режутся в домино, звонко ударяя костяшками о столешницу.
— Все, идем домой, и даже не думай устраивать концерт! — Анна постаралась выглядеть суровой.
Лорка понурилась. Лорка себя, пожалуй, не считала собакой, и если с ней обращались как с собакой, начинала бастовать. Она так и не привыкла подчиняться, пытаясь установить свои порядки. Вид подавленный и тоскливый, хвост опущен.
И все же сердце кольнуло…
В последнее время о Лорке толком никто не заботился. Она допоздна на учебе, мать или возвращалась с работы еще позже, или болела. Часто поднималось давление, вроде бы не такое высокое, но для матери оно становилось чуть ли не смертельным приговором, болеть она не умела. А собаке нужен был друг, который бы исполнил ее собачьи мечты. Конечно, Лорку любили и прощали, когда она в отместку грызла обувь или, не дождавшись, оставляла в прихожей подарок. И понимая в душе вину, заваливали игрушками и прессованными косточками из сухожилий, когда появлялась возможность. Но Лорке нужно было другое. Безумно любила долгие прогулки в парке, обожала гонять ворон и голубей, плавать и валятся в грязи, или окатить брызгами с грязной мокрой шерсти загоравших на берегу людей. Но как исполнить собачьи мечты, если на себя времени не хватает?!
 
Первым делом Анна протерла пыль и пропылесосила ковер. (Интересно, если пыль не протирать, как скоро она забьет квартиру? Ей уже казалось, что у пыли была какая-то своя, определенная норма, когда она ровным слоем покрывала поверхность, а после переставала интересоваться квартирой. Как-то уехали на месяц, а вернулись, пыли было не больше, чем  скапливалось за день!) Заглянула в холодильник, достала яйца, колбасу. Через пять минут по квартире разлилось ветчинное благоухание, яйца смачно зашкваркали на сковородке. Бросила колбасные шкурки в собачью миску, добавила в другую миску воды, не сразу обратив внимание, что Лорка не крутиться рядом. Но мало ли что у собаки на уме, обиделась, будет давить на жалость, с мученическим видом умирая под столом. Или сытая. Сухой корм теперь всегда стоял в углу. Она перестала думать о собаке и уже собралась перебраться в комнату, как вдруг увидела через приоткрытую дверь синеватое свечение, которое тут же погасло.
Непроизвольно вздрогнула, озадачено застыв.  
Что это могло быть?
Сгорел телевизор? Нет… Как раз передавали новости. Голос диктора вещал что-то про наводнение. Замыкание? Дымом не пахло… Обычно, если горит провод, то он потрескивает, и почему не вылетел предохранитель? Шаровая молния? Тьфу, какой бред! На дворе ни облачка, небо подернуто белесой дымкой перистых облаков. Террористы? Средь бела дня залезли через форточку?!
Фу! Анна тряхнула головой, мысленно посмеявшись над своими страхами. Как у Булгаковского Берлиоза, перед тем, как ему отрезало голову: привидится же!
«А вот бы напали на соседа снизу!» — помечтала она.
Сосед уже достал своими проклятиями. И было бы за что! Стоило чуть отпустить подъездную дверь, как она со всего маху примагничивалась к замку — и не удержать, и с одной стороны она его понимала. Но он частенько поджидал в подъезде, начиная скандалить, особенно если была не одна. И обязательно в парадном кителе с медалями. И стоишь, и краснеешь, как дура. А на посту он мог стоять и час, и два, и три.
В комнате Лорка как-то неуверенно взвизгнула, через мгновение влетела на кухню с вздыбленной шерстью. Анна насторожилась, выглянула в окно. Нет, там все было по-прежнему, разве что кое-кто ушел домой, а кое-кто вышел.
Возможно, кто-то играл зеркалом, пуская солнечных зайчиков, решила она, понимая, что встать надо было с другой ноги, день не задался с утра. Или опять голубь…
Совсем обнаглел!
— Фу! — строго приказала она собаке.
И подсознательно снова удивилась: Лорка даже не заглянула в миску.
Может, колбаса испорчена? А по виду не скажешь, и запах… Ах, какой аромат! Она смахнула для голубя на тарелочку крошки от хлеба, подхватила разделочную доску с поставленным на нее завтраком. Придерживая дверь ногой, направилась в комнату.
И вздрогнула, второй раз…
Поднос мягко выпал из рук, ударившись о ковер…
В животе засосало холодком, на лбу выступил пот. Сразу после этого в голове стало пусто.
Не то, чтобы пусто… лихорадочные и сбивчивые мысли поднялись чуть выше, разрабатывая свою версию — и ни одной умной. …
Наконец, ей удалось пошевелить онемевшей отвисшей челюстью.
— Ты кто?! — выдохнула она.
 
Глава 2. Странный гость. 
— Яма лиалаейа ртарален нило баюселин цзадженилио астал еюм ил бынималение… — нежданный и негаданный гость встал, скрестил на груди руки, показывая татуировку на плече. Линии рисунка вспыхнули, точно по нему пробежал огонь. Пришелец слегка поклонился и улыбнулся, обнажив на зависть белые ровные зубы, и застыл — гордо, как индеец.
Совсем сбившись с толку, Анна молчала.
Во-первых, она ничего не поняла, а во-вторых…
Трехнуться! Ужас! Квартира подверглась домогательству пришельцев!
Никаким умом понять это было невозможно. Только бы не поседеть, говорят, седина не восстанавливается… Машинально она пыталась сообразить, чем выделилась из огромного количества землян… Середина июня, сдавала экзамен… гуляла… Но ведь полчаса назад еще никого не было! Вот же — бросила поводок… Перевела взгляд, сморгнула… — пришелец (конечно же, пришелец!) сидел на своем месте. Она внезапно пожалела, что рядом нет ни одной живой души.
Бежать? А куда?! Звать на помощь? А кого?! Обоих закроют…
Смертельно опасный вирус…
Несколько озадаченный и обескураженный пришелец покрутил головой, осуждающе выдохнул, выражая недовольство, ткнул себя в грудь.
— Мили аблалине сомакурао балиобала…
И снова показал на татуировку. Развернул перед собой экран со звездами, соединенными линиями. Ткнул в одну из звезд.
— Аякси валеране карсадиа памиолэние самихраксадриольюин… — взглянул вопросительно.
Анна потрясла головой, закрыла глаза, открыла, тупо уставившись на голографический объект, после на пришельца. Быть этого не могло, но было!
Перед нею стоял…
Ну да, не человек, но о-очень даже…
Одет… Прилично. Белые майка и шорты с голубым полупрозрачным поясом, высокие ботинки на толстой подошве. Из украшений — золотая цепочка с голубым камнем в виде звезды, которая светилась изнутри. Необычный цвет кожи — золотисто-бронзовый, вряд ли загар. Белые волосы, откинутые с высокого лба назад, удлиненные на концах уши, точь-в-точь, как у эльфов — пришелец то оттопыривал их, то прижимал к голове. Глазищи с ярко-сиреневой радужкой, было в них что-то завораживающее. Прямой нос, слишком правильный, словно над ним потрудился пластический хирург. Припухлые губы розовато-морковного цвета, он то и дело прикусывал нижнюю губу и потирал нос. Высокий, сильный. А мышцы-то, мышцы!
В общем-то, кричать уже расхотелось, испуг сменился замешательством. Но беспокойство осталось, от человека не знаешь, чего ожидать, а тут — гуманоид!
Пришелец тоже недоуменно таращился на нее, хлопая длинными пушистыми ресницами, и хмурил черные, взлетающие к вискам брови. Свернул голографический экран.
— Биам элиане изсира ннаэщь валеранэ карсади сум анилюлиола… — тихо и расстроено пробормотал он. — Ниo айен лиа алайлайн?
 
Первой пришла в себя Лорка. Недовольно взвизгнув, она потрусила к пришельцу, обнюхала, фыркнула, прыгнула на грудь, стараясь достать до лица, чтобы лизнуть.
От неожиданности пришелец повалился на диван, придерживая Лорку обеими руками. Поняв, что собака не собиралась нападать, показал раскрытые ладони, и с любопытством протянул руку, погладив собаку между ушей.
— Лора! Ко мне! — прикрикнула Анна.
Слова сорвались с языка, как годами отработанная привычка останавливать собаку, когда та не слушалась. Но будто их произнес кто-то другой. Команда прозвучала не грозно, а визгливо, голос предательски дрогнул. Лорка тут же виновато соскочила с пришельца, оглянулась, помахав хвостом, будто извиняясь перед гостем, и потрусила к ней. И не дойдя двух шагов, резко развернулась, внезапно снова набрасываясь на пришельца, который на этот раз был готов. Он удержал ее за ошейник, виновато развел руками: мол, ничего не поделаешь.
— Л-о-р-а? — старательно проговаривая буквы, повторил он.
Замер, с ожиданием ответа в глазах. Потом показал на себя, прижав ладони к груди:
— Крас, — и слегка наклонил голову. 
— Лора! — зло прикрикнула Анна. — Ко мне!
На этот раз Лорка дошла до хозяйки. Анна ухватила собаку за ошейник, усаживая рядом. Сразу стало как-то спокойнее. Команда «Фас!» была для Лорки равнозначна команде «Чужой!»,  не следствие воспитания, а наследственное достояние погранично-служебных родителей, ее взяли из питомника.
— Крас, — повторил пришелец, снова ткнув себя в грудь, перевел палец на нее.
Этот жест был понятен любому. Один на всех, в любом уголке Земли, пришелец пытался наладить контакт. Если так, то похищать ее, скорее всего, он не собирался…
Может, соблазнить?!
Надо же, какая чепуха в голову лезет! Анна покраснела от собственной мысли. Она переступила с ноги на ногу, оглянулась, чтобы убедиться, что там, за спиной, инопланетное вторжение не предвидится.  
— Аня… Анна, — наморщила она лоб.  
Пришелец поднялся, подошел к телевизору, обвел вокруг него рукой, повернул голову в ее сторону и снова вопросительно замер.
— Это… телевизор, — против воли бросила Анна, повторив по слогам: — Те-ле-ви-зор!
— Телевизор, — удовлетворенно с небольшим акцентом повторил пришелец. И тут же перевел палец — ткнув в первое, что попалось ему на глаза.
 
Откуда у пришельца была такая умная голова, оставалось только догадываться. Через полчаса он помнил все, что визуально мог охватить глазами, а еще через полчаса освоил азбуку и компьютерную грамотность. Поначалу он обращался за разъяснениями, путаясь в иносказательных оборотах и падежах, но лишь до того момента, пока не осилил  энциклопедический словарь. Дальше справлялся сам, отдавая предпочтение Интернету, закачивая информацию сразу на свой камень, который странным образом отразился в меню компьютера в виде отдельного диска. При этом камень никак к компьютеру не подсоединялся. А вскоре пользовался камнем, земной компьютер завис, отключившись насовсем.  
Не он один жаловался на недостаточно быстрое открытие страниц, мать тоже часто долбила в «enter», ломая клавишу и проклиная его на чем свет стоит за «тормоз».
Его компьютер (рождающий голографический объект, который каким-то образом материализовался) не имел материальной основы, но выглядел вполне материально и справлялся гораздо лучше, обрабатывая информацию в несколько потоков. Пальцы Краса над клавиатурой летали стремительно, так что невозможно было уследить. И экранов теперь было несколько. Анна смотрела на них с ужасом, понимая, что за скачанную информацию им с матерью до конца своих дней не расплатится. И испустила вздох облегчения, когда пришелец объяснил, не вдаваясь в подробности, что все платные сайты заблокированы, или он заходит на них через ай пи-адрес самого сайта. Оказывается, в его камне была вмонтирована спутниковая антенна, а сам камень лишь настроился под земную систему приема и передачи информации.
Спустя немного времени она, наверное, уже забыла, что он инопланетянин. Пожалуй, пришелец даже нравился ей. Не строил из себя, занят, но предупредительно вежлив. Стоит обратить взгляд в его сторону, как тут же натыкаешься на виноватую улыбку. Жутко захотелось позвонить Алексе, ведь не поверит! И сразу передумала. На фоне хищницы Алексы она всегда выглядела серенькой мышкой, когда эльфийский красавец улетит, опять будут вспоминать, как он пытался соблазнить… Алексу!  Именно Алексу. И как она, гордая и красивая, его отшила. А по-другому и быть не могло. Как-то так получалось, что парней не было у обеих, но у нее как бы ни одного поклонника, зато у Алексы успели поваляться в ногах половина парней города. О своих фантазиях Алекса рассказывала так убедительно и с  таким упоением, что даже она начинала верить и завидовать. Превозносить себя у Алексы был какой-то особый дар.
Ей бы о своих сказочно захватывающих романах книги писать…
Иногда ей хотелось чего-нибудь такого, и не придуманного, а настоящего, чтобы и у Алексы хоть раз челюсть отвалилась. И вот он, тот самый случай…
И Анна уже придумывала, как бы уговорить пришельца сфотографироваться, чтобы рассказ о нем выглядел правдиво. И немела, стоило поймать его взгляд такой необыкновенной глубины, в котором можно было утонуть. Чистота яркой радужки завораживала. Казалось, глаза его испускают свет. Слишком живые, открытые, и цвет постоянно менялся. То они были сиреневые, то почти черные, то синие, то изумрудно-зеленые. А иногда запросто становились один в один по цвету с тем, на что он смотрел, точно зеркала. А как поигрывали мышцы, в такт его кошачьим движениям! 
 Черт, не влюбиться бы!
 
Наконец, Интернет гостю наскучил. Он перебрался на кухню, где Анна готовила обед. На всякий случай, готовила на двоих — так было принято.
— Надеюсь, теперь мы сможем поговорить, — мягко и певуче произнес он, привалившись к подоконнику, чтобы не мешать. — Я из созвездия Данатон, система Краас и Ани, планета Мирам. Не могу сказать, где это, в моем справочнике не удается идентифицировать ни одну вашу звезду. Но могу предположить, что я где-то на окраине галактики. Она видится вам, как млечный путь, тогда как возле нас много ярких звезд и мы не имеем возможности наблюдать за столькими галактиками. Но, похоже, галактика у нас одна, что не может не радовать…
— И что? — не отрываясь от чистки картошки, простодушно поинтересовалась Анна, чтобы поддержать разговор. От его взгляда она невольно покраснела, но лицо ее осталось бесстрастным — перебьется!
— Собственно… Даже не знаю, — смешался эльф.  Ну, точно, эльф! Глаза у него стали цвета морской волны. — У нас есть необычный для вас способ передвижения. Я как раз собирался переместиться на Огру в системе Заград. Это столица нашего содружества, — объяснил он. — В общем… Не знаю… То же самое, что дозвониться в Тьмутаракань, где нет телефонов. Такое даже в принципе невозможно! — возмущенно и с обидой выдавил он, понурив голову, смешно пошевелив ушами.  — Бред какой-то!
— Но случилось. Бывает! — сухо отозвалась Анна, пока еще не определившись, как относиться к потерпевшему крушение инопланетянину.
Жалко его, расстроен, напуган. Ну, по большому счету, не самая плохая планета, чисто по-человечески можно было считать, что ему повезло. А окажись на Марсе, или на Плутоне?!
— В любой империи меня бы уже отправили домой, но вы, похоже, не входите ни в одну империю… Не понимаю… — пришелец досадливо поморщился. — Вас свыше шести миллиардов! Без Правителя?!
— А у вас без Правителей не размножаются?! — Анна насмешливо приподняла бровь, многозначительным взглядом выразив крайнее изумление. — Как муравьи?!
Крас не сразу понял насмешку, очевидно, извлекая сведения о муравьях из собранной информации. А когда понял, недовольно нахмурился,  пренебрежительно оттопырив нижнюю губу.
— Не в этом смысле… — он слегка покраснел. — Есть сила, которая уходит. Не сразу. На вашей планете было несколько катаклизмов и замена одних видов живых форм на другие. Такая реанимация невозможна без Правителя. Значит, он изредка бывает здесь. А где?! И кто он?
— Бред какой-то! — Анна вывалила картофельные очистки в мусорное ведро. 
— Не бред, если вспомнить, что все ваши источники имеют указание на Правителя, — не согласился Крас, с серьезным видом вставая в позу. — Это образное отражение знаний о мире. Если проводить между ними аналогию, они похожи друг на друга, как две капли воды. Мы тоже начинаем изучение истории с таких легко запоминающихся сказочных повествований, в которых используется отражение всех символов — пространство, время, подпространство. Например, Гермес похищает коров Апполона. А в древнерусском сказании Валес похищает коров Перуна. Вы еще помните сказки, а где знания?! — вопросительно уставился он на нее.
Анна на мгновение задумалась и промолчала. Какое ей дело до каких-то там коров?!
— И в каждом народе сохранились предания о подвселенной по ту сторону, о пространстве и подпространстве, о Бездне, и о расах людей. Вы наделили их такими характерными признаками, что ошибиться, кто есть кто, практически невозможно. Но тогда почему на Земле мудрики вытеснили все прочие расы?!
— Мудрики?! — не удержалась она от усмешки.
Крас не обратил внимания на ее иронию, лишь кивнул головой.
— Вы не только помните о них, ваши археологи обнаружили их присутствие. Но, опять же, совершенно непонятно, как люди, имея ясную память о том, что происходило миллионы и миллиарды лет назад, могли жить в пещерах и пользоваться каменными орудиями?! — он вопросительно уставился на нее, будто она знала ответ.
Пришелец снова надолго задумался, застыв у стола с отсутствующим тоскливым видом.
— Вас как будто вычеркнули из жизни, а сила и меч Правителя продолжают функционировать… А такая путаница со временем! Не сомневаюсь, только часть событий имеет земное происхождение. 
— Печенье будешь? — не проникнувшись событиями давно минувших дней, Анна пододвинула гостю вазу. — А микробы? Мы сильно заразные! — подозрительно прищурилась она.
Черт, слова опять сорвались с языка сами собой. Она прикусила язык. У Алексы таких промахов быть не могло, она умела поддержать разговор. Анна прислушалась. Ну, точно, передают в новостях уже в который раз, пандемия, новый вид… Видимо, сработало на подсознательном уровне.
И о чем она только думает!
Крас отрицательно качнул головой, усаживаясь за стол.
— Нет, наши технологии обгоняют ваши на миллионы лет, — успокоил он. — Мой браслет защиты вырабатывает антитела и образует защитное поле, которое убивает любую патогенную микрофлору.
— Круто… — Анна отвернулась к плите, засыпав порезанный картофель в кипящий бульон. А почему бы нет? В принципе, на Земле такое тоже было возможно. Все ее подруги давно обзавелись противозачаточным пластырем. А был еще от курения, от целлюлита, бактерицидный, перцовый.
— Скоро меня хватятся, — точно извиняясь, успокоил ее эльф. — В империи с ума сойдут, когда узнают, что аэлран сработал криво. Наверное, Правителю Карсаду уже доложили.
— Оставь надежду всяк сюда входящий, — не разделила Анна оптимизма инопланетянина. Она тяжело вздохнула. — Это жизнь, приятель. У нас каждый день кто-то пропадает. Ты ж на другой планете! — напомнила она. — Он что, Бог?
Для себя она уже все решила. Чем меньше у гуманоида иллюзий, тем больше шанса выжить. Тетя Марина и мать могли легко договориться с еще одной общей знакомой, которой обрезать уши, заменить одни глаза на другие раз плюнуть. Все упиралось в средства, пластическая операция стоила недешево.
— Почти, — утвердительно кивнул пришелец, даже не улыбнувшись. — Второй после Творца. Он Ангел.
Анна приподняла бровь, скептически покоробившись. Ее всегда раздражали навязчивые требования повернуться к вере лицом.
К какой вере? Ту, что закабалила народ? Никогда после крещения русский народ не называли великим и могучим. Жалкий, безграмотный, нищий, погрязший во всех тяжких. И ведь находились те, которые царя-батюшку и все помещичье и дворянское сословие, и иже с ним ту самую полонившую народ церковь, рисовали этаким любящим родителем, который тащил народ к свету. А народ, как бы он не гнул спину и не расшибал лоб, этакий нечесаный,  неумытый разбойник, в рванине, с вилами в одной руке и ковшом браги в другой. А народ просто был, безголосый, придавленный каблуком. Молча ждали, когда очередной царь-батюшка сам рассосется. И вот эта-то видимость продавалась и покупалась, выставляясь напоказ. А копни глубже — долги, страх, убогость. Не от хорошей жизни требовали повернуться к вере…
М-да, ни в какие ворота!
Заметив, что Анна не настроена враждебно, инопланетянин расслабился, расположившись в свободной позе. Он заложил ногу за ногу и стал покачивать ею, с любопытством осматриваясь. Наконец, встал, заглянул в холодильник, издав удовлетворенное «хм». Пощупал торшер, повертел в руках провод, пощелкал выключателем и вернулся на место.
— Живой Правитель — воплощение вашей мечты. Только им не надо приносить себя в жертву или воскрешать, они наше прошлое, настоящее и будущее. Благодаря их разработкам продолжительность нашей жизни в вашем летоисчислении увеличилась с двух тысяч до десяти.
Анна резко распахнула глаза,  застыв с открытым ртом, на мгновение забыв, как дышать. Мысли ее лихорадочно подсчитывали года бессмертного гуманоида, который невозмутимо, положив сцепленные руки на колено, скромно потупился на свой белоснежный ботинок. Едва заметная усмешка пробежала по его губам.
— Правитель Карсад не любит, когда люди часто меняются, — доверительно пояснил он. — И не удивительно! Если б мы жили так же мало, вряд ли сумели бы построить цивилизацию, которая насчитывает два с половиной миллиарда лет! У нас есть расы, которые помнят Правительницу империи Гидра! Ну… — он снова почесал нос, потеребив его, — они не очень-то на нас похожи.
— Да-а?! — протянула Анна, продолжая пялиться на гостя в смятении чувств. Что сказать еще, она не нашлась. — И-и?!
Десять тысяч лет! История человеческого рода… С ума сойти!
На вид ему было… от силы двадцать. Кому ж она тут глазки строить собралась? Вот уж не везет, так не везет! Она прищурилась, изучая пришельца. Рост, вес, вид… Не сказать, чтобы уж как-то сильно отличался от человека. Присмотришься, так и к ушам уже попривыкла, и глаза в глаза не бросаются. Были на земле и бледнолицые, и желтолицые, и краснокожие, и чернокожие, и… Эка невидаль!
— Хорош заливать! — Анна попробовала криво усмехнуться. — Сколько же тебе лет?!
О бессмертии человечество грезило во все времена. Но как посмотришь на столетнюю старушку, сама в гроб попросишься. В голове не укладывалось, что кто-то мог жить с тех времен, когда строились египетские пирамиды. А самое смешное, что слова пришельца вполне могли оказаться правдой… Анна вдруг вспомнила, что сказочные герои именно столько и жили, если он был эльф… Древние тоже верили, и даже пытались объяснить, как бессмертными становятся…
Как, как… Да никак! Инопланетянкой надо было родиться!
— Не так много… — эльф приятно улыбнулся. — Если мерить биологическими часами, мы, пожалуй, одного возраста… — он смерил ее взглядом. — Впрочем, нет, лет на двенадцать… Да, пожалуй.
Не без зависти, рассеянно размышляя о своем, Анна накрыла на стол, разлила борщ по тарелкам, сдобрила сметаной, посыпала зеленью петрушки и укропа. На второе — рожки и котлета из полуфабриката. Наполнила плетеную корзинку порезанным хлебом и сухариками. Наверное, было глупо спрашивать, чай или кофе будет пришелец, но она спросила.
— И то и другое, — живо ответил Крас, понюхав содержимое обеих тарелок. — Пахнет вкусно!
— А если тебя не найдут?! — смягчилась она, не без злорадства, представив, как бессмертный приравнивает года к земной жизни. Вот только приборчик выйдет из строя!
— Ну… Нас учат выживать. Хотя… Бить морду меня не учили, — он озабоченно покосился в ее сторону, будто ждал ее согласия взять эту обязанность на себя. — Мне здесь не выжить, — с сомнением покачал гуманоид головой, дожидаясь, когда и она сядет за стол. — У вас такой беспредел!
— А у вас не так? — Анна устроилась напротив, принимаясь за еду.
— Мы сильно от вас отличаемся, — слегка наклонив голову и наблюдая, как она посыпает борщ сухариками, признался он. — В двух словах и не объяснишь.
— А мы не торопимся, — кивнула она. — Не успеешь, продолжим в следующий раз,
— Тьфу, тьфу, тьфу! — торопливо поплевал пришелец через плечо. Попробовал всего понемногу, а после решительно придвинул тарелку с борщом. — С чего бы начать… — задумался он.
— С Правителей, — подсказала Анна.  — С чего вы решили, что ваш Правитель… как бы это сказать, Мессия?  Боги до добра не доводят.
— Да, Правители… Мудрые и многоликие. Это те, кто принимает на себя звезды и объединяя их в империю. В своей империи Правитель большая шишка. Часть Правителей объединяются в содружество, часть существуют поодиночке. Им, например, ничего не стоит взорвать планету или даже звезду, умеют перемещаться на огромные расстояния без аэлрана, и все виды живых существ когда-то были созданы ими.
— Похоже, у вас там свои тараканы в голове! — без энтузиазма объяснила себе Анна. Она вдруг подумала, что инопланетянин мог выдавать желаемое за действительное. Все же, перелет был долгим — и, наверное, неудачным. Стукнулся головой… — Не сомневаюсь, вам с Дарвином было бы... о чем поговорить! — добавила она с усмешкой.
— Дарвин… — Крас негодующе вскинулся. — Нет ни одного факта, подтверждающего его теорию, а вы упрямо стоите на своем!  
— Ну почему же?! — не согласилась Анна. За Дарвина она обиделась. Она столько времени вбивала себе теорию эволюции в голову, и что же, так просто взять да и отказаться от нее? Билет номер двадцать шесть, пункт первый, еще не успел полностью выветриться из головы. — Разумно полагать, что живой мир эволюционирует.
— Один вид от другого отличается, в первую очередь, набором хромосом. Чтобы начать новый вид, нужны как минимум две полноценные детородные особи, — рассмеялся пришелец. — Но, насколько мне известно, мутации в генетическом коде приводят к увечности и не более, а скрещивание несоответствующих видов ведет к вымиранию или бесплодию. И как ты себе это представляешь?! — зажав в руке ложку, как грозное оружие, он изумленно уставился на нее. — Стая… Или община… Вдруг резво меняет одно количество хромосом на другое и продолжает жить уже в новом качестве, утратив способность скрещиваться с теми особями, которыми были раньше? — и скептически хмыкнул, тоже принимаясь за еду.
Видимо, он сильно проголодался. Какое-то время ели молча, слышался лишь треск сухариков за ушами гуманоида, будто он отрывался на них.   
— Ну… — раздосадовано протянула Анна, собираясь с мыслями, рассеяно наблюдая, как последний сухарик исчез из корзинки, раздавленный крепкими зубами. — Если так думать…
— Кровяные тельца человека… — заметив ее взгляд, Крас поумерил аппетит, подстраиваясь под нее. — С чего бы им вдруг стать отличными от любой крови млекопитающих? — ехидно поинтересовался он. — Или группа крови… По-твоему, она могла вот так легко вот взять да и стать другой?!
— Ну, образ жизни менялся… — рассудила Анна. — Люди жили обособленно. Мог накопиться достаточный материал, чтобы свойства перешли на другой уровень.
— Тогда ваши обжоры должны были переменить группу крови на восьмую и десятую! — рассмеялся Крас. — Однако, губительно переедание, не подстраивается она под обжор! Возможно, отдельные группы живых форм способны мутировать, но в пределах того же вида — даже вирусы! Это заложено в них, как одно из свойств выживания вида в целом.
— Мы слишком мало имеем перед глазами примеров, чтобы подтвердить или отвергнуть эту теорию… — Внутренне протестуя, Анна все же не могла не согласиться с гуманоидом. Уж амебы-то могли бы постараться, каждый день миллиарды особей плодились и размножались, но не переставали быть амебами. И как только не проверяли — и облучали, и внедряли новые гены, и капали реактивами. Даже удачный, на первый взгляд, эксперимент с модифицированной форелью закончился неудачей — на третье поколение рыба становилась бесплодной. Иногда выживали растения, но их не скрещивали, а удваивали хромосомный набор — виктория, борщевик Сосновского… На что перекрестно опыляемые кабачок и тыква, а и те выбирали что-то одно, объявляя себя или кабачком, или тыквой, возвращаясь к истокам.   
— Ваша общепризнанная теория эволюции палеозоя… — вскинулся Крас, пренебрежительно ухмыльнувшись. — Глупо полагать, что животные за несколько тысяч лет смогли приспособить шею, чтобы срывать листья с высоких деревьев, и за миллионы лет(!) — подчеркнул он, — не сумели приспособиться к меняющимся погодным условиям, вызванным(!) не более и не менее, как разломом материка Пантгея!
Он задумчиво почесал нос, пробормотав под нос:
— Интересно, чем им не подошла трава? Строение дерева включает все стадии травянистых растений… В любом случае трава появилась бы первой, — поморщился он.
Анна с мрачным видом промокнула лоб салфеткой.
— И все они таинственным образом вдруг исчезают, а на их место, опять же, в очень короткие сроки, приходит многообразие видов совершенно иного качества, которое за последние миллионы лет снова сохраняет свои формы практически в неизменном виде. Ни один вид с тех пор не стал другим.  
— Ну а что у вас думают по этому поводу? — с легкой иронией поинтересовалась Анна.   
 — Генетический код может изменить только Правитель, — уверенно ответил Крас. — Это как паспорт, учитывающий особенности строения и формы. Кстати, ваша короткая продолжительность жизни лишь подтверждает мои слова. Вы собраны здесь из разных империй. Четыре группы крови — четыре вида иноимперцев, а на один народ был наложен замок. Они могут иметь детей от любого народа, а вынашивать только свою силу. Если бы вы не смешивались между собой, рано или поздно сила вернулась бы вас в исходное состояние, и тогда, возможно, вы сумели бы составить представление о людях, инициированных Правителем.
— Это что же, и я могу жить так же долго?! — пораженная Анна в замешательстве уставилась на эльфа.
— В империи Карсад — несомненно! — подтвердил он. 
— Так, я хочу к вам! — избавляясь от скромности, полушутя заявила она. — Твоя империя мне уже нравиться!   
Добившись принятия своей точки зрения, Крас почувствовал себя удовлетворенным. Сбавил пыл, бросил на нее заинтересованный взгляд. И, словно прислушиваясь к чему-то, виновато потупился, разочаровано уставившись в тарелку.
— Я бы с удовольствием… Но… не получится. Брать людей с планет закрытого типа категорически запрещено, — он отрицательно качнул головой, в голосе его прозвучала досада. — Вы же сразу приметесь за передел собственности, используя да хоть ту же обиженную и угнетенную рабочую силу.
Последние слова вызвали у Анны раздражение. Значит, им сюда можно, а к ним туда нельзя? Ну и пусть живут у себя! В конце концов, она его не приглашала, рухнул, как метеорит на голову… Надо же, и тут классовое неравенство!
— У вас есть обиженные и угнетенные? —  насмешливо приподняла она бровь.  
— Иноимперские, — кивнул гуманоид. — Это обычная миграция. Люди не животные, долго ждать, когда мы станем тем, что мы есть. И многие империи подают объявления, приглашая людей, — объяснил он. — Сем лет дается человеку, чтобы он доказал свою способность быть гражданином империи.
— У нас, значит, ограничения для гостербайтеров насилие, а у вас карантин? — холодно проговорила Анна. — Это только доказывает, что вам кто-то здорово промыл мозги!
—  Нет, ты не поняла, — Крас выпрямился, взгляд его стал твердым. — Грабежи, насилие, убийства… Вы помешались на себе, человек для вас не то, что внутри, а то, что снаружи, а чистота информационного поля значит так же мало, как душа и ближний. Но мы разные, например диноторки, или бажби, или эльфы — мы другие. Как вы собираетесь с нами договариваться, если не можете договориться друг с другом?
— Мы тоже ценим хороших людей! — возразила Анна.
— Как потенциальную жертву! — с жаром воскликнул Крас. — Осознанная информация, она здесь, — он постучал себя кулаком по голове. — А грязь входит наружу!  Что мы увидим? Как вы друг другу вправляете мозги? Даже полукровки побоялись бы связаться с вами.
— А разве нас нельзя научить?! — раздраженно бросила Анна.
— Нет. Мы — мудрость Правителей. А у вас нет ни Правителя, ни Бога. Стремление получить все и сразу — здесь! — Крас сбавил тон, постучал пальцем по лбу. — Вы не знаете Закон, на котором стоит мироздание, и утвердились в своей лжи. Вы поставили над собой человека, который даже смоковницу не смог заставить дать ему плод!
— Ну да! Мы рабы, а вы боги! — усмехнулась Анна. — Но лично я над собой никого не ставила… Мне вообще по барабану, кто во что верит. 
— Два человека, как две звезды, пространство их не материально, но многомерно. Достаточно посмотреть на образ в своей памяти. Туда можно засунуть лживую идеологию, приказ, страх, ненависть, боль... Неужели, ты думаешь, все те организации, которые отрабатывали на вас технологию зомбирования тысячи лет, откажутся наложить на нас лапу?! Вспомни, первые христиане… — отдают до последнего кодранта! Первые мусульмане… — и непрекращающиеся ни на день войны и грабежи. А забитые плетьми женщины?! А равнодушие с восторгом взирающих на костры? В конце концов, сила для нас не так важна, как сознание. А сознание нельзя изменить. Твоя планета, как большая мясорубка. Да, я понял, и здесь есть люди, но как понять, кто человек, а кто зверь? Рано или поздно грабителей и убийц найдут, накажут… Но сколькие пострадают?!
— Это недоказуемо!
— Доказуемо! Нам легко понять такую связь. Примером могут служить дворцы Правителей, которые одновременно стоят на нескольких планетах. А это, знаешь ли, слишком сильный аргумент в пользу Правителя!
Анна с минуту с сомнением напряженно смотрела на Краса, прищуриваясь все больше и больше, и не сдержалась, покрутив пальцем у виска.
— Похоже, не одни мы тут балуемся травкой! — она вернулась к еде. — Таких дворцов не бывает!
— Бывает! — обиделся инопланетянин, начиная закипать. — Такие же переходы существуют и для людей. Это как вокзал.  
— Бред! Это физически невозможно! — раздраженно бросила Анна, понимая, что пытаться образумить инопланетянина пустая трата времени.
— А как же ты объяснишь, что я сижу здесь, не имея ни флаера, ни другого способа передвижений?! — Крас раздосадовано смерил ее взглядом, выпрямляясь.  
— Ну… про это у нас фантасты писали, — с задержкой отозвалась Анна. — Такое, в принципе, возможно. Расщепить на атомы, потом собрать в другом месте…
— И как же это возможно, убив человека физически, воскресить его?! — ядовито подловил ее Крас. Он покрылся пятнами, кожа его стала светлее, и теперь он, пожалуй, ничем не отличался от человека. Он сверлил ее взглядом примерно с теми же чувствами.  Аэлран — это их изобретение. Он пришел на замену вокзальным порталам и переходам. И не надо куда-то топать и выстаивать очередь.
Анна не стала продолжать бессмысленный спор. Появление Краса в квартире самостоятельно объяснить не получалось. А может, и не ударился, а знал что-то такое, что она не могла себе представить. Она с минуту молча думала о том, что еще сто лет назад никому бы не пришло в голову, что можно в считанные секунды доставить письмо в любую точку планеты в виде файла.
Крас попробовал кофе, сплюнул, потом решился и попробовал еще раз.
— Горький. Как мюраль… — сделал он вывод. Попробовал сахар и обрадовался: — У нас тоже такой есть! —  он добавил еще немного сахара в кофе, размешивая ложечкой.  
— Ну, а… кроме Правителей… кто-то у вас еще есть?! — осторожно поинтересовалась Анна, и не удержалась, хихикнув: — Врач, например, который Правителей вызывает…
Крас поперхнулся, сделал вид, что пропустил ее слова мимо ушей. Воцарилось неловкое молчание. Он скучающе посматривая на свой камень, теребил его, избегая смотреть в ее сторону, словно ее тут не было, и неспеша допивал кофе, то и дело заглядывая в кружку, будто надеялся на дне обнаружить что-то еще.
Наконец, Анна не выдержала.
— Я же пошутила. Но согласись, несколько странно обнаружить у себя инопланетянина, который преодолел вакуумные глубины космоса с облучениями, способными убить все живое, и абсолютной нулевой температурой… В шортах и футболке! Честно говоря, жутковато… Смахивает на шизофрению. Мне просто интересно… — она пожала плечом, склонив голову. — Допустим, Правители существуют, а кроме них есть кто-то еще?
Крас ответил не сразу. Он сверлил ее раздосадованным взглядом, сомневаясь, что она ему поверит и на этот раз.
— Полубоги, — сдержано кивнул он. — Есть звезды, которыми управляют полукровки.
— Надеюсь, это люди?
— Это их дети. От нас, от людей. Не знаю, но они почему-то сильно их не любят, — он почесал лоб, задумавшись. — Впрочем, есть за что. Радуюсь, что не попал сюда раньше.
— Это почему же? — Анна попыталась справиться с нарастающим раздражением. Инопланетянин упрямо гнул свою линию, не путаясь в показаниях.
— С ними нельзя договориться, — объяснил Крас. — Пожалуй, у них даже хуже, чем у вас.
— Противоположного мнения о Правителях?! — осведомилась Анна с ехидцей.
— Да нет, — терпеливо отозвался он. — Ну… — он снова задумался. — Они селятся на планетах, на которых жизнь создали до них, а когда планета умирает, уходят. После войны осталось много бесхозных звезд. У Правителей воевать друг с другом в порядке вещей, без звезд им никак. Нас, людей, их разборки не касаются, а полукровки нацеливаются на нас. Воруют воду, уводят в плен, отнимают имущество. А у нас даже армии нет, только правоохранительные органы. Как ваша полиция или милиция… Правда, я так и не разобрался, чем они отличаются друг от друга.
— Да ничем! — бросила Анна раздраженно. — Полиция — это там, за границей, им много платят, а у нас милиция — живет на то, что бандиты подадут.
Теперь брови Краса изумленно поползли вверх.
— А зачем же вы их узаконили?! — спросил он, недоумевая.
— Для порядка! — отрезала Анна, совсем запутавшись.
Получалось, война была, но как бы ее не было… Наивность гуманоида была сродни наивности простодушных американцев, над которыми часто посмеивались. Те тоже гордились страной, своими порядками, считая себя нацией, но, оказавшись здесь, где жизнь била каждого, и каждый выживал, как умел, часто оказывались неспособными понять «русскую медвежью душу», где каждый «сам себе на уме». Или тех же арабов, которым насильно прививали демократию, рассчитывая получить взамен природные ресурсы, и недоумевая, почему упираются, отказываясь всеми своими терактами.
— Но если нет армии, как же они воюют?
Крас смерил ее снисходительным взглядом.
— Правитель — второй после Создателя. Никто не сможет убить его, кроме другого Правителя. Ну, еще демона или полукровки… Стоит лишь одному из них пошевелить пальцем, от армии не останется мокрого места. Зачем же ее создавать?! — он недоуменно пожал плечами. — Сами и воюют. Так что, — закончил он, усмехнувшись и тряхнув головой, — зря вы рассчитываете поставить на колени вселенную. Мы не встанем, мы жаловаться побежим!
— Не успеете! — подразнила она его. — У нас есть лаборатории, откуда ни один гуманоид не ушел живым!
— Я читал, — поморщился Крас. — Кому захочется, чтобы его выжигали? Ничего удивительного, что вас изолировали. Правители создают нас по необходимости, а не для того, чтобы мы устанавливали мировое господство.
— Как рабов?! — с пренебрежением бросила Анна.
— Ну почему же рабов? — обиделся Крас. — Аморфы —  посланники Карсада, сгустки энергии, наполненные субстратом материи. Огневики — жители раскаленных гигантов, достают нам воду. Диноторки разводят динозавров и пригоняют на место забоя, они наши кормильцы. Бажби —  жители морей и океанских глубин. Есть эльфы. Я, скорее всего, отношусь к этому виду, пашем на природе. Мудрики, к которым отнесут тебя — производственники. Макали, всегда приходят первыми — наша десантура. Гномы разрабатывают недра. Орки — скотоводы. Гоблины — строители, могут взглядом поднять десять тонн, или разломить скалу. И дырки взглядом сверлят… Первопроходцы, умеют выживать в таких условиях, в которых не выживет ни одна другая раса. Оборотни… Ты бы у оборотня спросила, как они внедряют новый ген и где его берут — он бы замочил тебя авторитетом, не сходя с места!
— Спят с животными?! — рассмеялась Анна.
— Спят с женой, а на работе работают! — назидательно ответил Крас, не увидев в этом ничего дурного. — В животном мире оборотень — Господь Бог! Внедряют новые виды, переводят на другой уровень, расширяют кормовую базу, или учат бояться, — он исподволь взглянул на нее, задумчиво повертев салфетку в руках. — В сущности, такие планеты, где преступники доживают свой век, наверное, есть в каждой империи. Там их стерилизуют, лишая долголетия. Поэтому преступления у нас редки. Если бы не полукровки, их не было бы вообще.
— Я пока ни одного гуманоида не убила, ты будешь первым, — с обидой произнесла Анна. — Чем отличаются Правители от преступников, если вырезают у человека детородные органы?!
— Правители ничего не вырезают, — раздраженно бросил Крас. — Им достаточно снять с человека браслет защиты и воззвать к силе, запретив воспроизводить себя. Фактически, это означает полную стерилизацию и скорую смерть.
— И что это за преступления, за которые можно оставить человека без потомства?!
— Насилие над личностью, — Крас нахмурился, прислушиваясь к себе. — Пожалуй, всю вашу планету можно стерилизовать. Весь мир, точно сошел с ума… Словно над вами поставлено существо иного мира… Честное слово, я даже боюсь слушать, — он встряхнулся, потирая виски. 
— Ты телепат?! — Анна изумленно взглянула на пришельца, подавившись котлетой.
— Скорее, эмпат. Представь, что ты вдруг начала слышать, как один придумывает в уме картины, второй изобретает, третий думает о работе… И твои мысли… слышат… Ужас! Телепатия — тяжелое бремя. Поэтому диноторки предпочитают жить отдельно, а аморфы и макали встречаются с нами лишь по необходимости. Нет, за мысли у нас не наказывают, — он с интересом взглянул на нее. — Я пришел к выводу, что вы тоже эмпаты. Поэтому у вас так много преступлений, связанных с насилием, и часто преступники оказываются в выигрышном положении.
— В смысле?! — не поняла Анна.
— При сильных эманациях возникает возмущение электромагнитных полей. Они расходятся, как круги на воде, — объяснил Крас, очертив концом ложки круг. — Вы чувствуете их — и начинается ответная реакция. Не осознавая, как хищники, вы нападаете на слабого, стоит ему проявить малейшую слабость, и пресмыкаетесь перед хищником, как жертва, когда он собирается вами закусить. И о чем вы только думаете?! — он в недоумении пожал плечами, потеряв на время аппетит.
— Разная культура, религии, ценности, но все хотят одного — хорошо жить. Поэтому и воюют, — фыркнула Анна. — Люди думают, если убить инакомыслящих, то мир станет идеальным. Воюют за ресурсы, кто-то маленький, кто-то большой, просто потому, что кому-то лучше, чем тем, кто воюет. Ты же тоже думаешь, что если избавиться от полукровок, жить станет легче.
— Мы не убиваем полукровок, мы их опасаемся, а это разные вещи, — не согласился Крас. — Разве война приносит благо?
— Вы что же, совсем не воюете? — с неподдельным удивлением взглянула на него Анна.
— Мы? Нет! — с омерзением качнул он головой. — У нас катастрофически не хватает людей, а мы будем убивать друг друга? Конечно, у нас есть боевые крейсеры и все такое, но они предназначены для внешних врагов. Для тех же Правителей, которым нужны звезды нашего Правителя или люди.
Анна сложила посуду в раковину и помыла ее, расставляя в сушильном шкафу и дожидаясь, когда и Крас закончит обедать. Но он не торопился, многозначительно посматривая на пустую тарелку. Анна кивнула и добавила борща, извинившись, что котлеты закончились. Разговор ненадолго как-то неожиданно оборвался. Видимо инопланетянин решил, что не стоит метать бисер, если ему не верят.
— У меня в голове не укладывается, ты уж извини, что ты, как бы это сказать… небожитель… — доверительно призналась Анна, наливая еще чаю и подсаживаясь к столу. — Проще поверить во что-то более правдоподобное, например, что ты мутант. Но симпатичный мутантик! — порадовала она его. — Конечно, в форточку бы не влез, но…
— Было бы забавно, — лучезарно улыбнулся Крас, обнажив белоснежный ряд ровных зубов. Наверное, и зубы у него, как у акулы, отрастали… — невольно позавидовала Анна, вспомнив, что темноватая пломба сильно портит ее внешний вид. — А это тогда что? — голос его стал сердитым. Он погладил камень на груди, и прямо перед Анной в воздухе зависло голографическое изображение двух звезд и их спутников…
Планет было много. Но они сразу исчезли, а на их месте появилась зелено-голубая планета, окутанная дымкой облаков, с морями и океанами, с множеством небольших материков и островов. Объемное изображение было живым, облака плыли и закручивались, наверное, можно было даже потрогать горы. На темной стороне сияли, как звезды, города обозначенные огнями. Их оказалось немного, но поражали воображение размеры.
Анна обмерла, затаив дыхание. Если это была его планета, то она была очень красивой! Стараясь не выдать волнение, она дотронулась до трехмерного изображения. В том месте, где она его видела, было пусто, но по плотности воздух сильно отличался. Наверное, он мог материализовать планету точно так же, как свой компьютер.
— Трей работает, надо ждать! — сказал Крас, тоже любуясь планетой. — У нас миллиарды людей перемещаются каждый день… Случай необычный, наши ученые не допустят повторения. Но для начала нужно найти и вернуть меня. Кстати, сегодня у нас было назначено очень важное мероприятие, — с грустью вздохнул он. — Я не имел права его пропустить без уважительной причины.
— Какое? — полюбопытствовала Анна, прикинув, чем бы мог заниматься эльфийский красавец.
— Вручение званий. Как у вас. Можно даже провести аналогию. А это, — он показал татуировку на плече, в лицо его засветилось гордостью, — знак Галактической Школы Исследований Дальнего Космоса! Он обязывает каждого Правителя вернуть меня на родину. В столице нашего содружества, на Огре, открыт филиал, а сама школа на Сорее! Это тот редкий случай, когда людям позволено расхаживать по столице галактики, где живут одни лишь Правители. Но, кажется, — он досадливо поморщился, — церемонию я пропустил. Теперь придется ждать еще год. И на Сорею не попал… — расстроился он.
— А чем вы потом занимаетесь? — полюбопытствовала Анна.
— Ищем незанятые звезды, — хвастливым тоном, почему-то полушепотом, доверительно признался он.
Анна невольно улыбнулась. Наверное, заведение было престижное. Жаль, что с астрономией неважно. Единственное созвездие, которое она успела запомнить, Большая Медведица. И вряд ли нашла бы ее на небе. Не то, чтобы не любила туманную науку, но она жила в мегаполисе, где фонари горят всю ночь, затмевая вид на далекие космические просторы. И, в общем-то, не слишком рвалась лицезреть ночное небо, где звезды были похожи одна на другую.
— А зачем? — недоуменно пожала она плечами. — Своих мало? 
— Найти незанятую звезду — и можно всю жизнь ни о чем не думать! — возбужденно воскликнул Крас, осуждая ее равнодушие. — За одну звезду дают от трех до десяти миллионов артастов!  Это куча денег, плюй на всех, медитируй, пиши мемуары…
— А говоришь, не воюете! — пренебрежительно бросила Анна.
— Не занятую! Правителям без империи никак! — он тяжело вздохнул. — Но таких звезд почти не осталось… А так, в обычное время, проводим исследования или служим, как сказали бы у вас, во внутренних войсках.
— Ну, у нас и без образования справляются! — рассмеялась Анна. — Не заканчивая Галактических Школ!
— Человек, который отвечает за охрану порядка, обязан знать все имперские и галактические законы, — не согласился Крас. —  Вести судопроизводство, прийти на помощь, разобраться в разрешенных и запрещенных приемах, которыми устанавливают мировое господство, — он вставал из-за стола, повертел ручки крана, самостоятельно помыл посуду. Понюхал воду, с отвращением передернувшись. — В Галактической Школе нас и тарелки учат мыть! Еще одно ваше заблуждение, костер во вселенной умеют разжигать все!
— Спички разные! — с едкой усмешкой заметила Анна.
 
Глава 3. Между небом и землей.  
Странно, пришелец совершенно перестал вызывать отторжение. Пожалуй, Анна даже воспринимала его, как человека. Бывает так, что перебросился парой слов с незнакомцем, и уже неважно, как он выглядит. Крас был зеркальным осколком того мира, в который она заглянула и увидела себя, как любой человек, который пьет слова из чужих уст. Как в сказке, как в книге, о которой заранее знаешь, что она вымысел от начала до конца, но веришь. Где-то там кипела жизнь с большими возможностями, и такая длинная, что не умещалось в голове. Наверное, ей это было не понять, она не мыслила вселенскими масштабами, и невольно почувствовала обиду… Она-то здесь, на земле, где каждый сам за себя. И на работу не устроилась…
Ну да ладно, работа не волк, в лес не убежит, протянет как-нибудь еще день, два…
Смотреть на зеленую планету расхотелось.
Незаметно перебрались в комнату. Крас позабавил ее, заставив левитировать предметы. Не слишком тяжелые — книгу, вазу с искусственными цветами, сразу несколько ручек. Они зависали в воздухе, паря, словно в невесомости. Погонял с Лоркой мяч, подбрасывая его взглядом, отвлекшись от своего удрученного состояния и заметно повеселев. Очевидно, долго испытывать депрессивные состояния он не умел.
— А у вас все такие умные, или сначала такой надо стать? — воспользовавшись паузой, поинтересовалась Анна, наклонив голову и прищурившись.
— Нет… — смущенно улыбнулся Крас, поразительно быстро увернувшись. Он легко перепрыгнулчерез собаку и приземлился у противоположной стены, чудом не зацепившись за люстру. Ловить инопланетянина Лорке понравилось. Она тут же забыла про мяч и теперь гонялась за ним, пытаясь поймать за шорты.
— Мы не сами по себе, это наш персональный компьютер, — оказавшись рядом, Крас остановился. — Работает на уровне подсознания, как информационный банк памяти. И способности усиливает. Ну, стол я, наверное, уже не подниму. Это у меня от предка гоблина по линии матери.
Лорка, наконец, достала инопланетянина, и между ними завязалась борьба. Крас использовал Анну, как прикрытие, выставляя перед собой. Руки у него были сильные. И сразу смутился, утихомирившись.
— Ну, значит, мы не хуже… — Анна торопливо перебралась в безопасное место. — А этот аэлран… Он и меня мог бы переправить? Полезная штука, неплохо иметь под рукой, — согласилась она, пытаясь представить другую реальность. — Я бы тоже не прочь посмотреть на твой мир.
— Если задан код и координаты, запросто...  — Крас вдруг споткнулся, с испугом приблизившись к окну. — Что это с ними?! — прошептал он, кивнув во двор.
Анна поднялась и встала рядом, испытывая неловкость. Трое подвыпивших мужчин, один из соседнего подъезда, а двое из дома напротив, устроили разборку прямо под окном. И почти сразу во двор выскочила женщина ипринялась ругаться матом и выть, словно ее резали. Не в первый раз. Это было надолго! Беспокойные соседи уже давно терроризировали скандалами весь дом, почему-то устраивая их именно возле тополя напротив, но, как правило, ночью, а сейчас был день.
Блин, еще за планету приходится краснеть! М-да, к романтике не располагает…
— Видишь ли, — глубокомысленно изрекла Анна, — мы сами по себе! Некому нас стерилизовать. Наши люди спят, пьют, курят травку, женятся, разводятся… И умирают, так и не поняв — чего мы вообще тут делаем?! По большому счету, все мы то падаем, то поднимаемся. Вот, например, олигарх… Спаивает народ, оставаясь честным тружеником и очень уважаемым человеком. А это… — Анна тяжело вздохнула, — это стыдобушка наша — лентяи, алкаши, бомжи... И им не жалко для олигарха ни детей, ни жену, ни, вот, дружков своих. 
— А разве они этого не понимают?! — удивился Крас, попридержав Лорку, которая заинтересовалась потасовкой и теперь тоже рвалась к окну, уперевшись лапами на подоконник и облаяв скандалистов.
— Лора, фу! — приструнила ее Анна. — Алкоголизм или наркомания — это болезнь. Затягивает быстро, а выбраться никак. Неужели у вас и вредных привычек нет? 
— Мой Правитель… Мой Правитель избавился бы от меня в тот же день! — после некоторого замешательства покачал головой гость, рассматривая двор. — Здесь так… неопрятно… 
Он испуганно вскрикнул, а глаза у него стали еще больше — один из подвыпивших ударил другого бутылкой, а второй кинулся избивать лежачего. Женщина, непонятно за кого переживая, путалась под ногами и с таким серьезным видом предлагая поговорить, что Анна не удержалась и прыснула в кулак. Но инопланетянину ситуация не показалась смешной, он вдруг вспотел.
— Очень надеюсь, что меня найдут, иначе… — Крас обмер, испытывая жуткое волнение. — А-а-а… — тихонько завыл он, как-то сразу побледнев и потеряв свой загар. Теперь он был похож на человека еще больше, но Анна отчетливо почувствовала разницу между ними. Он то и дело наступал на больную мозоль, в то время, как сам был в таком же беспомощном положении, как все люди брошенной планеты.
— Прими мои соболезнования! — посочувствовала она ядовито. — А мы несем этот крест всю недолгую жизнь! У нас и столько не каждый может вытерпеть до конца, суицид не на последнем месте среди смертности, — она надолго замолчала, обрадовавшись, что буянов кинулись разнимать молодые люди, проходившие мимо.  
Ну, хоть кто-то повел себя, как человек!
— Но у нас не так все плохо, — безразличным тоном произнесла Анна, успокаивая пришельца, когда во дворе стало почти пусто и тихо. — Ты смотришь на один единственный дворик, а там, за воротами, есть другие люди… Это… это не так часто происходит… Вернее, часто, но не со всеми.
Крас потер виски, оставаясь стоять все в том же положении.  
— Наверное, так везде, где побывали полукровки.
— С чего ты взял? — испытующе покосилась на него Анна. 
Он прищурился, в глазах его засветилась жизнь. И вдруг резко прошелся по комнате, взмахнув руками.
— Ваши легенды… Названия и имена настолько разные, но говорят об одних и тех же событиях. Я не сомневаюсь, что раньше на Земле жили люди империи, а потом полукровки, с представителями нескольких империй. Они напали на планету, уничтожив коренное население, и произошло это примерно двадцать или тридцать тысяч лет назад. Срок такой малости, что уложился бы в две — три жизни. Но столько событий!
Анна вопросительно уставилась на Краса.
— Делать по могильным раскопкам выводы о том, как жили люди в то время — совершеннейшая глупость, — рассмеялся он. — Ни один здравомыслящий человек не станет изводить на мертвого ничего, что пригодится в будущем самому. Или когда судят о мастерстве строителей по фундаменту руин. О самих зданиях вы имеете смутные представления. И совсем смешно, когда вы пытаетесь по костям определить возраст мумии. Если люди жили по две и пять тысяч лет, в тысячу они будут иметь кости тридцатилетнего человека.
— Но как они могли не оставить после себя ничего? — не поверила Анна.
— Наши технологии предусматривают систему быстрой утилизации. За сто лет вы умудрились превратить в свалку не только планету, но и околоземное пространство. А нашей цивилизации два с половиной миллиарда лет! И моя планета такая же, как в тот день, когда на ней высадились мои предки.
— Что же, они не знали, как использовать нефть, газ, железо? — не поверила Анна. — От того времени осталась керамика, украшения — и ни одного гвоздя!
— Мы не пользуемся нефтью, это равносильно самоубийству, — снисходительно улыбнулся инопланетянин. — Нефть — смазка, она заполняет парафином пустоты под тектоническими плитами, не позволяя магме расплавить кору, и снижает коэффициент трения о твердые породы. От скорости движения магмы зависит сила магнитного поля и высота и плотность атмосферы. И никаких запасов железа не хватит, если использовать их так же неэффективно.
— Да ну?! — удивилась Анна.
— Давай рассуждать, — Крас прошелся по комнате. — Вы тупо пытаетесь подложить факты под себя, а не опираетесь на них. А то, что не прогнулось, не афишируете и замалчиваете, или игнорируете. Первое, многие виды флоры и фауны на вашей планете замечательно чувствуют себя в диких условиях, и вымирают, стоит рядом поселиться человеку. Это говорит о том, что планету не готовили к массовому заселению. Есть люди, которые понимают, что происходит, но их мало. Равнодушие преобладает, а часть людей готова пойти на любые затраты, чтобы постелить под свои ноги шкуру последней выжившей в природе особи. Вывод: есть сила, которой создавалась жизнь, а есть другая, которая пришла и борется с нею.
— У вас нет охотников? — не поверила Анна.
— Хотел бы я посмотреть на того смельчака, — пробормотал Крас, ухмыльнувшись. — Это то же самое, что напасть на Правителя. Они делают планеты живыми не для нас, а для себя, взращивая силу, которая возвращается к ним. Цивилизация для нас не количество населения, а качество жизни. У ваших ученых такой расклад никогда не уложился бы в голове. Примером может служить та самая густонаселенная Атлантида, в которой люди имели продолжительность жизни и две, и пять тысяч лет. Большой город-сад, а вокруг дикая природа. О том, что среди народа, например, жили оборотни, говорит тот факт, что выступающие клыки всех видов как по команде вдруг уходят в прошлое, в формы остаются. Они, как и мы, не расселялись по всей планете, пока на них не напали.
— А почему ты решил, что кто-то на них напал?
— «Я извлеку из среды тебя огонь, который и пожрет тебя». Меч Правителей и меченосцев поражает именно так. После нападения не остается ничего — пепел и сера, разрушается сама структура материи, расплавленная до плазмы. В противном случае, где радиация, где генные мутации, которые обязательно закрепились бы на генетическом уровне? И все они ушли в один день, у вас почти не осталось признаков, которые бы можно было квалифицировать, как наследие тех же оборотней, эльфов, или каких-то других народов. Например, я: наполовину эльф, на четверть первопроходец, на четверть мудрик и гоблин. Мы как перекрестно опыляемые растения. А вас на земле только мудрики, а все прочие расы — большая угроза. Защищаясь от завоевателей, угрозой они и были — такими вы их запомнили. 
— Маловероятно, но допустим, — не стала спорить Анна.
— Представь себя на месте полукровок… Огромный островной материк, расплавленный до плазмы, ушел под воду. Небо затянуто пылью и гарью. Кислород сгорел почти полностью. Часть атмосферы порвана. Местами космический холод достиг поверхности планеты. Погибло девяносто пять процентов животных, но не от пожара, а от мгновенного переохлаждения. Например, мамонты, которые в это время жевали траву. Или леопард… Осталась одна беременная самка — об этом говорят их гены. Кстати, еще одно доказательство, что нет никакой эволюции! 
— Но мамонты вымерли пять тысяч лет назад!
— Двадцать, а может чуть больше, но ледник хорошо их сохранил. Кладбища костей находят во многих местах, но разве есть хоть одно животное, которое идет умирать в определенное место? Нет! Они не опалены, на них нет следов пожара, не разбегались, не прятались. Это были стада, застигнутые катастрофой.
И что первым делом должны были сделать полукровки?
Разговорить звезду! — твердо проговорил он. — Им нужна была сила, чтобы вызвать грозовые бури и осадить этот пепел. Сооружается нечто вроде капища. Каменный знак в виде колеса, и капища, с каменными кладками в виде спиралей — это символ силы. Первый день взывают, второй, третий… Солнце не отвечает. Ха-ха-ха, а Правитель-то жив!
— И где же он?! — рассмеялась Анна.
— Ну, могу предположить, что он еще ребенок, — отмахнулся Крас от вопроса, безразлично пожимая плечами. — Правители часто передают детям звезду, которую закрывают до его совершеннолетия.
— И когда он повзрослеет?! — раздраженно бросила Анна.
— Не знаю… Они не люди, через миллион лет, — Крас сосредоточенно наморщил лоб, уставившись на стену. — Меня больше удивляет другое… Правитель даже не попытался отстоять планету и, тем не менее — выиграл!
— Я бы так не сказала! — разочарованно протянула Анна.
— Затеяв глобальную катастрофу, вряд ли полукровки собирались здесь остаться, — рассмеялся Крас, удивляясь ее непросвещенности. — Они готовились скачать воздух и слить воду. Но подпространственный переход вдруг закрылся, кто-то основательно поработал, поменяв коды доступа. Первые высеченные из камня фигуры вовсе не были божественными скульптурами, но должны были подать сигнал, где искать застигнутых врасплох — это крик о помощи. Они появились раньше, чем цивилизация. Значит, флаеров у них было немного, люди пользовались аэлранами, а аэлраны вдруг перестали работать. Одновременно! Теперь полукровкам ничего не остается, как покинуть планету через пространство. Народ, естественно, в ужасе. До ближайшей звезды Проксима Центавра, где бы они могли замерить код доступа, пять световых лет, до Сириуса восемь — через пространство две с половиной тысячи лет. Не хватит ни еды, ни воды, ни топлива. Зарядного устройства для браслета защиты хватает лет на десять, а дальше как повезет. А здесь выжить можно лишь на экваторе и в субэкваториальной зоне…
Именно там и обнаруживаются следы первых поселенцев. Китай, Египет, Америка, Индия… Знания об устройстве вселенной есть, но вряд ли кто-то из них хоть раз задумался, как производят кирпичи — мы держим свои технологии в секрете. Да и кто наладит производство? К полукровкам стекается всякий сброд, а рабы их ненавидят.
— Ты хочешь сказать, что их заманили в ловушку?!
— Вот именно! — утвердительно кивнул Крас. — Расчет Правителя был верный. Осталась вода и кислород, и люди, которым некуда деться. Теперь они безоружны, и у тех, кто выжил, есть шанс продержаться. И вот, — продолжил Крас, — люди на чужой планете, жизнь значительно сократилась. Повсюду они стараются воссоздать быт  примитивными орудиями, из материалов, которые нашлись под рукой. Но их знания уходят, а новое поколение не знает другой жизни. Впрочем, в то время, скорее всего, цивилизация достигла высокого уровня, но она не распространилась по планете — все покрыто льдом и снегом. А через десять — двенадцать тысяч лет, когда расплавленный материк нагревает воды океана, начинается глобальное потепление. Не сразу, климат смещается то в сторону потепления, то похолодания, и все же планета возвращается в первоначальное состояние.
— А-а-а, пережили катастрофу, дай-ка мы воздвигнем себе памятник нерукотворный, — рассмеялась Анна. — Но по логике, если Атлантида затонула, это должно было произойти после потепления.
— Нет, для людей сто лет уже история, а полукровки ничего не забывают. Об Атлантиде знают лишь каста жрецов, приближенная к ним, — твердо отозвался Крас. — Потепление явилось следствием глобальной катастрофы. Десять тысяч лет тот самый срок, за который все еще горячий затонувший материк мог бы разогреть воды океана, чтобы метан поднялся на поверхность и разошелся по планете. Начинается сильный парниковый эффект, атмосфера перестала быть проницаемой. Кислород, возможно, частично скачанный, восстановился. А таяние ледников вызывало новые бедствия. Жизнь ютилась на берегах, омываемых горячими течениями неподалеку от затонувшего материка. А уровень воды в то время был на двести метров ниже — в настоящее время недоступная для вас глубина!
— Значит, нападение можно доказать? — прищурилась Анна.
— Вряд ли что-то осталось, — Крас покачал головой. — Поверхность очистилась ото льда. С места катастрофы на берега обрушились цунами, смывая города вместе с жителями. С суши в низины устремляются миллионы тонн талой воды. Потоп продолжается не день, не два. Выживших было немного. Огромные массы земли, которые тащат за собой бурные потоки, превращают города полукровок в грязь. Теперь выжить можно лишь на возвышенности, где и начинается новая цивилизация.
— И все, что было нажито непосильным трудом… — печально подвела итог Анна. — Наша планета просто кладезь зарытых сокровищ!
— Людей снова осталось так же мало, как после нашествия. От цивилизации остались воспоминания. Она опять скатилась в каменный век, — задумчиво согласился Крас. —  Полукровкам приходится начинать все заново, земля очистилась. Ваши источники говорят, что Египет в то время имел влажный климат, пустыни Гоби и Сахара были населены стадами животных. Но людей не так-то просто собрать. Многие ушли на поиски пригодных для жизни земель, многие им не доверяют, стараясь держаться подальше. Теперь они смертны — стареют, как люди, и нет той силы, которая была раньше. Хуже, один из них мертв — и убит так, как убил бы Правитель или демон. Он выпит, а человеческое тело разорвано, и части его отправлены во все пределы.
— Больше десяти тысяч лет… Как же они выжили? 
— Полукровки живут много дольше людей, даже если не имеют звезду. И фактически бессмертны, если есть источник силы. Звезда для них значит даже больше, чем для Правителя, у которого таких звезд бывает по нескольку тысяч.
— А как это, говорить со звездой? — удивилась Анна.
Крас в задумчивости пожал плечами.
— Точно сказать не могу, но звезды имеют особенную разумность. Это сгусток плазмы с огромным электромагнитным полем. Но подтверждение смены эпох тоже легко обнаружить. Например, у вас был культ, почитающий Творца — Рода, и Солнце — Ярило. Ярило не столько солнце, сколько то, что возделывает землю. Для Правителя актуален именно такой расклад. Они не обожествляют звезды, скорее звезды обожествляют их. Я бы сказал, что Ярило та сила, которая помогает им родить живое, и приходит от звезд. На смену идеологии Правителя пришел культ полукровок. Почитается только звезда, которая и есть Бог, звезда — это их сила и могущество, им приходится задабривать звезду. Одновременно существует культ почитания Богов, которые живут на Олимпе и снисходят к смертным — что актуально для людей, имеющих представление о могуществе Правителей и полукровок. И вдруг приходит культ Спасителя, который во всем похож на человека. Последний культ — это культ человека, который не знает ни Правителей, ни полукровок, далек и от звезд и Творца. Я бы назвал его — «невменяемый культ». Достаточно посмотреть на небо, чтобы понять, насколько человек беззащитен и немощен перед силами огромной вселенной. В первую очередь вы осознаете, что он умер и распят две тысячи лет назад, а после пытаетесь задобрить людей внутри вас, которые приходят к вам из тьмы. Эта та самая грязь, которую у нас называют червями.
— Бред какой-то, — рассмеялась Анна. — Ну ладно, пусть будет так.
— Поэтому ваши ученые видят, а не уразумеют. Ни величественных дворцов, ни каналов и дорог и вполне цивилизованных туалетов, ни каменных наконечников стрел того же периода... Но с наконечниками еще проще. Местным в то страшное время выжить можно было только так — не подавая признаков жизни.
Но все это не так показательно, как пирамиды. Кому бы еще пришло в голову строить подобные, на первый взгляд, бессмысленные сооружения?! Откуда они здесь? Но смысл есть, если рассматривать с их точки зрения. Дословно название пирамид переводится как «инструмент перехода». Сама по себе пирамида символ меча, символ вселенной. Не той, которую видим мы, а поперек, как видят ее Правители и чувствуют полукровки. Композиция из пирамид задумывалась вовсе не как гробница. Полукровки не умеют перемещаться без аэлранов и готовых подпространственных дорог. Возможно, они пытались выйти в подпространство самостоятельно. Позднее фараоны лишь воспользовались тем, что было до них, приравняв себя к полукровкам.
Не исключено, что на последних флаерах полукровки отправляются на поиски незанятой звезды с обитаемой планетой, Им уже не вернуться, иначе придется умереть, как смертным — звезда их не приняла, Правитель жив. Несколько поколений — и память о них забыта. Теперь полукровки легенда, сказка.
— И мода на пирамиды быстро вышла из моды, — догадалась Анна. — Их потомки еще помнят, кто они, вернее, чьи — но масштабности нет.
— Оставшиеся в живых выходят из пещер, частью присоединяясь к завоевателям, частью обживая новые территории, пытаясь сохранить то, что осталось. Одна идеология сменяет другую, всюду насаждаются цари, начинаются захватнические войны. Огромная пещерная цивилизация с точными науками уходит в небытие, тогда как развитая, с измерительными приборами и телескопами не может расшифровать их знания. Ваши ученые не перестают удивляться, как они могли столько знать, не имея ничего под рукой. А Правитель снова остается в стороне…
— А сфинкс?
— Сфинкс примерно одного возраста с капищем в Англии. Он утоплен в земле, а это говорит лишь о том, что высекли его задолго до потопа. Сфинкс — символ носительницы силы, которая умеет слушать звезду и подпитывает силой меченосцев.
Анна задумчиво потерла виски, перебирая в памяти свои знания. Ну, в принципе могло и так быть… Версия инопланетянина звучала она не столько складно или убедительно, сколько была не лучше и не хуже любой другой теории. То же самое, что сказать крестьянину, будто десять тысяч лет назад в его огороде был город-сад, и прямо на этом месте стоял дворец тамошнего царя, весь из золота. Кто в такое поверит, если в огороде только глина?
— Еще одно доказательство — воспоминания о нападении полчищ врагов. Огненные или железные колесницы упоминаются почти во всех летописях. Например: «И пришли в своих колесницах в железных бронях и напали на нас».
Каких, если народу было раз, два и обчелся?! — вопросительно уставился на нее Крас. — Каким образом в условиях бездорожья, в дождь, слякоть, можно запугать народ обычными колесницами? И как они пересекали реки, моря и горы — тысячи километров?
Нападения были стремительными, жестокими, направленные на уничтожение, а не на завоевание новых земель. Но в среднем человек на лошади за день может покорить расстояние от силы пятьдесят километров. Три тысячи — это три месяца каждодневного похода, а еще обозы с провиантом, с больными и ранеными. Армия в пятьсот тысяч погоды не сделает, уйти с ее дороги проще простого. Нет, это должна была быть многомиллионная армия, очень мобильная и подвижная, у которой есть флаеры. А куда девались те самые флаеры, если полукровки не отправились на них в далекое путешествие? И куда девался многомиллионный народ, который сопровождал их в терактах по зачистке территорий от местного населения?
— Интересная альтернативная история! Получается, они свалили, а часть людей осталась?!
— Остались люди, которым не нашлось места. Одна династия сменяет другую. Какое-то время жрецы охраняют фараонов, как завещали великие полубоги, но и этому вскоре приходит конец. Они начинают понимать, что их потомки — ничтожесумнящиеся, уже не в состоянии наказать или воззвать к силам, о которых они хранят память. Теперь это только память и ничего более. Вчитываются, вглядываются, а магия уходит.
— Богатая у нашей планетки на задворках история!
— Согласен. И будет жаль упустить возможность посмотреть, как справились люди, не имея над собой ни полукровки, ни Правителя…
Анна с испугом взглянула на Краса. Но через минуту прищурилась и внимательно оглядела его.
— А ну-ка… — она взяла его под руку и потащила за собой в ванную. — Будем делать из тебя человека!
 
Красящий шампунь и очки быстро преобразили инопланетянина — в таком виде его не узнала бы родная мать. Очки у инопланетянина были свои, зеркальные, лежали в кармане шорт. Огромные глаза его сильно привлекали внимание. За краской пришлось сбегать в магазин. Черные волосы смотрелись не так эффектно, как его собственные, но зато по-человечески. Остроконечные уши подклеили скотчем, чтобы не вылазили из-под волос, поверх лба навязали повязку. Как раз легла на скотч и закрыла часть высоко поднятых бровей. Подкрасили лаком голубоватые ногти, затушевали помадой желтовато-красные губы, добавили тональный крем на открытые участки тела, чтобы скрыть золотистый цвет кожи. Пожалуй, теперь он выглядел круче всех парней, с которыми Анне не слишком везло. Высокий, стильный, подтянутый…— один загар в начале лета чего стоил!
— Пошли! — позвала она, одевая на Лорку поводок.
Жара, выходной, люди разъехалась по дачам. Не сказать, чтобы уж слишком много народа. На них никто не обратил внимания, разве что пока шли навстречу. И косились старушки, оценивая потенциальных покупателей. Крас жадно пялился на все, что попадалось на глаза, радуя лоточников. На овощном рынке Анна купила на пробу пару яблок, грушу, немного вишни и черешни, взяла на салат огурцов и помидор. В цветочном павильоне, скрепя сердце, выбрала несколько пакетиков семян, заметив, как жадно Крас их рассматривает. Из тех, что были подешевле — последние деньги таяли с немыслимой скоростью. Изредка Крас что-то складывал в небольшую коробочку, которую достал из кармана.
Анна сложила семена в пакет и вывела его из павильона.
Чтобы не упасть лицом в грязь, решила показать достижения цивилизации, предложив посетить торговый центр «Столица». Там, пожалуй, было все, что мог позволить себе землянин. Жаль, на музей или выставку денег не осталось, но хватило на мороженное. Но любопытства в торговом центре у Краса поубавилось. Он не задерживался подолгу у каждой витрины, а многие вообще обходил стороной, стоило произнести фразу: «бытовая техника». В отделе народного творчества Крас с удивлением присвистнул, пытаясь пощупать лапти, самовары, глиняные горшки…
Здесь им повезло меньше, у Краса от тонального крема, или от пыли, к которой он не был приспособлен, или от загаженного духотой и ядовитыми выбросами воздуха началось раздражение кожи, и он протер лицо салфеткой, стирая тональный крем. Заметив его необычный цвет кожи, а после и наряд, люди замирали, провожая его удивленными взглядами, особенно продавцы-консультанты, навязчиво предлагающие свои услуги.
— Не обращайте внимания, это инопланетянин! — нарочито небрежно бросала Анна, кривясь в снисходительной улыбке.
— Да-да! Я инопланетянин! — с усмешкой поддакивал Крас. — С планеты Мирам, система Краас и Ани! Приветствую вас люди, я пришел с миром!
Услышав знакомую речь с акцентом, продавцы улыбались в ответ, переставали ими интересоваться и отходили.
Но пора было возвращаться. Крас разочарованно вздохнул, но согласился.
На обратном пути он вел себя как обычный ротозей, который впервые узрел трамвай, троллейбус и автомобиль. Приходилось брать его за руку и тащить за собой, честно признавшись, что бесплатным бывает только сыр в мышеловке. Денег не осталось даже на такую вроде бы мелочь, как оплата проезда. Вернулись пешком, не торопясь. После ее признания Крас почувствовал себя виноватым, но она успокоила его.
— Бывает! Все время! Не смертельно! 
Дома, пока Крас разглядывал приобретения, Анна приготовила салат, сварила кофе. Заглянула в коробочку и заметила соскобы цветов, которые он сделал в павильоне.
— Это зачем? — спросила она.
— Очень красивые. Дома проанализирую генетический код, попробую вырастить. У нас есть такие технологии. Спасибо.
— Не за что, — с легкой грустью кивнула Анна. — Буду рада, если получится.
— Мне тоже жаль, — Крас выглядел искренним. — Вашу судьбу может изменить только Правитель, а они в таких делах ни с кем не советуются. Но даже я, не будучи Правителем, понимаю, что ничего хорошего не выйдет, если вас выпустить на волю. 
Слова показались Анне обидными. Она-то весь день пыталась ему доказать, какие они дружелюбные!
— Интересно, это почему? — поинтересовалась она с упавшим настроением.  
— Ваша планета… — Крас запнулся. — Я не имею в виду конкретно тебя, среди вас есть и умные, и порядочные, и готовые принять другую расу. Потому и жаль. Но в целом вы агрессивны и заражены идеологиями, которые разъедают общество, приучая к безразличию. У нас тоже есть деление на имперских и переселенцев — мы несем в себе меч и силу Правителя, а они до инициации чужие. Но об этом мы вспоминаем редко. А вы избавляетесь даже от собственных детей… Взять, например, христианство. Вроде бы умно, но глупо. Преступник должен быть наказан, смирение лишь развяжет ему руки. Приучать человека верить в идеал то же самое, что заставить его рыть самому себе могилу. Все ваши ученые, которые двигали цивилизацию, как раз таки боролись с верой.
— Но вы тоже верите в Правителей, в звезды… Это разве не слепая вера?!
— Мы не верим, мы видим. Как легко Правители могут передвинуть планету, преобразовать, дать жизнь, принять любой образ или заставить вещество перейти из одного состояния в другое. Вопрос на засыпку… Все ваши источники утверждают, что тяжелые металлы, типа урана, образовались на заре рождения вселенной. И вот, горючее в ядрах планет распадается до железа, а на поверхности — перегорает до железа. Железо — конечная стадия. А дальше смерть. И каким же образом на заре образовался уран и ему подобные атомы? А если это всего лишь результат взрыва сверхновой, то почему же Марс, или Земля, или Сатурн имеют разный химический состав? Все было до вас, и ничего, что происходило бы при вас. Но процесс или идет непрерывно, или есть кто-то, кто управлял им, применив силу. А как закончил, все пошло так, как вы видите.
— А как Правитель создает? Ну… животных, растения? — вдруг заинтересовалась Анна.
— Придумывает, программирует, облекает в форму… С помощью меча и силы. Мы присматриваем, охраняем, помогаем адаптироваться. На следующем этапе выпускаем на волю и следим, чтобы численность достигла максимального уровня. Но Правители создают не только растения или животных. Например, драконы и василиски — они вообще непонятно что, — Крас пожал плечами. — Одновременно пространственные и подпространственные существа. Их будят, когда нужно передвинуть планету, или даже изменить орбиту звезды, или в качестве совершенного оружия. Шесть миллиардов лет назад драконы, которых привели с собой Правители, катали колобки из горячего газа, чтобы ускорить процесс рождения звезд. И Правитель Карсад был одним из тех тридцати шести Правителей.
— Они что же, живут миллиарды лет?! — изумилась Анна.
— Никто не знает в точности сколько. Они жили в то время, когда вселенной не существовало. И пока ни один Правитель не умер своей смертью… Но не все. Правители Айра, Каффа и Зарт были рождены Правителем Карсад и Светлейшей правительницей Катрин уже после большого взрыва.
— Да-а? А мою маму тоже зовут Айра… — задумчиво пробормотала Анна, услышав знакомое имя. — А почему они воюют между собой?
Крас пожал плечами, задумавшись.
— У звезды может быть только один ангел. И один демон. У Правителя Карсад и Светлейшей Правительницы Катрин такие соправители есть, — в лице Краса промелькнула гордость. — И у Правителей империи Гидра и Каффа. А у Правителя Зарта пока нет, поэтому его империя, как бы это сказать… однообразна.
— В смысле?
— Ну, например, сегодня мы были в павильоне, и видели очень много роз. Разных, с разным количеством лепестков. В империи Зарт, если создается роза с тридцатью лепестками, у нее никогда не будет ни двадцать девять, ни тридцать один. Если только Правитель Зарт не займется созданием розы с двадцатью девятью лепестками. Но, в этом случае, у розы никогда не будет двадцать восемь лепестков. Демоны привносят хаос, элемент неожиданности и свойство мутировать. Поэтому тот, кто создавал здесь жизнь, имел своего демона. У вас этот хаос проявляется во всем, не только в поведении, — Крас потер виски. — Поэтому, вряд ли ваш Правитель — ребенок… И где же он?!
— А с демонами Правители не воюют? — в надежде поинтересовалась Анна.
— Воюют. Это их основной враг, — разочаровал ее Крас. — Чтобы выжить вне пределов Черных Дыр, им нужна кровь Правителей.
— Да-а?! Тогда я ничего не понимаю, — запуталась Анна. — Зачем же Правители держат при себе демонов?
— По принципу: ты мне — я тебе. Некоторые демоны выбирают этот вариант. Но немногие. Правда, в последнее время такие демоны есть почти у каждого Правителя. Полукровкам проще продать его, чем убить Правителя с помощью демона и ничего не получить взамен. Демон уйдет, полукровке не посадить его в клетку. И легко убьет его самого, если тот не успеет убраться, пока демон и Правитель разбираются между собой.
— О демонах мы наслышаны. Упоминания есть во многих источниках, — сообщила Анна. — Я вот подумала, может быть, наш Правитель погиб, а мы остались? Тогда ты расскажешь о нас, и нас тоже… усыновят? — она рассмеялась. — Ты же ищешь звезды? Ну вот, мы и нашли! Прибыль пополам! — перевела она свое пожелание в шутку. Получалось, что она как бы напрашивается.
— Вряд ли… — с сомнением покачал головой Крас. — Ваше звезда стабильна, а гибель животного и растительного мира происходит по вине людей, которые вытесняют все живое. У вас много воды, которая ценится в Галактике на вес ар, большие запасы энергоресурсов и информационного потенциала. Я все же склоняюсь к мысли, что вы закрытая планета. Никому в голову не придет искать обитаемую звезду на краю галактики. Кто-то решил очень сильно вас изолировать. А сделать это мог только тот же Правитель.
М-да, улизнуть не получилось, а хотелось бы. В рассказ инопланетянина она и верила, и не верила, но, наверное, уже сомневалась, что живет правильно.
Был уже поздний вечер. На улице смерклось. Погуляли с Лоркой. Крас с удовольствием сопровождал ее. Он заметно нервничал, часто посматривая на свой браслет. Несколько раз камень на его цепочке вспыхивал ярче, а в глубине его извивалась змейка голубой плазмы, образуя причудливые узоры. Он сразу выжидательно настораживался, не отрывая от камня взгляд — и скисал, когда камень становился спокойным. И долго всматривался в звезды,  когда оказались на пустыре. Анне едва удалось затащить его домой.
— Космос слишком большой, если найдут, то может быть, только через месяц, — попробовала успокоить она, когда Крас стоял у окна. Выслушиваясь в ночные звуки через открытое окно. — Или через год.
Он лишь улыбнулся в ответ. Но не выдержал и произнес с безнадежной тоской:
— Может, и не найдут! Такое тоже бывает… Если в плен забирают полукровки. Бесполезно искать, все равно не находят, или находят мертвыми… И потом, не надо забывать, что планета закрыта. Если след затянулся, никакой сигнал не пробьет защиту. Возможно, мы в империи, Правитель которой живет в другой галактике. И здесь у него нет ни одной станции, которая бы улавливала сигнал трея.
Анна разложила диван, застелила простыней. Положила Красу подушку и одеяло, села рядом.
— Мы придумаем что-нибудь, вот увидишь, — приободрила она его.
— У вас постоянно что-то происходит, — пожаловался он, болезненно поморщившись.
. Если он действительно слышал боль, то ему не позавидуешь. Выглядел эльф неважно. В глазах его застыла тоска.
— Только духом не падай, а то я без тебя не знаю, что делать, — строго попросила Анна. — Утро вечера мудренее. На крайняк, вызовем маму, она у меня умница — и думает, совсем как ты!
— А у нас два солнца и три луны — и зимой ночей не бывает! — вздохнул Крас. — Только красные сумерки, — он снова включил голограмму, с грустью рассматривая ее. Планета теперь была освещена солнцем с другой стороны. — А еще у нас скоро будут гонки на космических флаерах. Я там тоже заявлен…
— Спи, горе луковое, налетаешься еще! — улыбнулась она, расправляя кресло-кровать для себя. Лорка тут же запрыгнула и улеглась в ногах. — Брысь! Место! — рассердилась Анна, носком ноги сбрасывая собаку на пол.
Лорка понурилась и тут же повеселела, без раздумий залезая к Красу. Сегодня с ней гуляли долго, настроение у собаки было приподнятое. Он рассмеялся, потрепав ее за ушами.
— Ты ее обидела! — сказал он, пытаясь сдвинуть собаку с ног.
— Переживет! — бросила Анна, строго взглянув на собаку.
Засыпая, она еще долго размышляла над тем, что услышала от Краса. Наверное, здорово быть инопланетянином и иметь такого Правителя, как Карсад. Куда же их-то Правитель подевался?! Взял бы, да и вызволил…
 
Она уже почти уснула, как раздался щелчок, одновременно с яркой голубой вспышкой света, от которой она тут же проснулась, соскочив и протирая глаза.
Посреди комнаты сияло голубое облако огня и медленно таяло. И из него вышел лысый человек с серой кожей, какого-то металлического оттенка, с бесстрастным лицом. Новый пришелец был почти на голову выше Краса, и на две ее, посматривая на них обоих свысока. Лицо его ничего не выражало, кроме сосредоточенности. Анна так и не поняла, он раздет, или одет… — цвет его облегающего костюма в точности соответствовал цвету кожи. Разве что белые, как у Краса, ботинки внеземного происхождения могли быть приняты за одежду. 
Крас уже сидел, натягивая футболку и шорты. Он сиял, что-то быстро объясняя на своем певучем языке, а новый пришелец отвечал ему. Разговор их Анне был непонятен, но догадаться о его содержании не составило труда. Радость была написана на лице Краса и слышалась в его голосе.
Наконец он повернулся к Анне с улыбкой до ушей.
— Я же говорил, что меня найдут! Знакомься, Тино, биоробот высочайшего класса! Он стоит сто пятьдесят тысяч ар! — гордо сообщил он, похлопав робота по груди. — Полторы тысячи арестов… Правда, он у нас недавно… Их выпустили ограниченной серией. Это мой наставник!
— Как терминатор, — нахмурилась Анна, озадаченно разглядывая еще одного пришельца.
— Не понял, — с недоумением произнес Крас.
— Фильм такой есть, прилетает робот из будущего и мочит всех подряд, — объяснила Анна.
— А-а, нет, Тино добрый, — успокоил Крас. — Если, конечно, не нападать на него. У него встроенная система защиты.
Лорка, недовольная появлением нового гостя, опомнившись, облаяла его, но робот не обратил на нее внимания. Он застыл с отсутствующим взглядом, как будто отключился, — и стоял так минут, наверное, двадцать.
— Чего это с ним? — тихо спросила Анна, кивнув на робота, устав ждать, когда тот придет в себя.  
— Считывает информацию о вашей цивилизации и расположении звезды с информационного поля планеты, — ответил Крас так же тихо и уважительно.
— Чего, чего? — не поняла Анна.
Но ответить Крас не успел, биоробот вдруг ожил и заговорил, причем без малейшего акцента.
— Галактика СМИ-15, Аэльлоя, предположительно, собственность империи Гидра. Правитель Айра, местонахождение не известно, последний контакт — шестьдесят пять миллионов лет назад. Координаты определить не удалось. Солнце — звезда закрытого типа. Третья планета Земля пережила несколько сильнейших катаклизмов. Существует плавающая сопространственная параллельная связь с планетой Фариус, в созвездии Выдр, в системе Мирон, империи Гидра. Две тысячи лет назад связь почти прекратила существование. Двести лет назад траектории орбит снова пресеклись.
— Во как! — обалдел Крас. Он повернулся к Анне в сильном возбуждении, глаза его засветились. — Так ты из Содружества! Это же… — он обернулся к роботу и о чем-то заспорил с ним.
— А как он это узнал? — опешила Анна. — И что это значит — закрытого типа?
— Тино универсальный робот, может подключаться к энергоинформационным полям, компьютерным сетям, собирать информацию через электромагнитные и радиационные излучения, тепловые и звуковые волны.
— Да ну! — не сразу сообразила Анна. — Информационное поле — это где покойники живут?
— Нет, там записан код планеты, где и когда была заселена планета, какие использовались формы жизни и основная программа развития. Вы пользуетесь программами планеты Фариус, которая в настоящее время управляется опекуном империи Гидра Правительницей Катрин. Ваша планета вообще не предназначена для людей. Возможно, Правительница Айра готовила ее для заселения, но не успела закончить.
— А как ты узнал? — подозрительно прищурилась Анна. — Когда он успел тебе это рассказать? 
— Мы с Тино связаны через браслет, — как о чем-то обыкновенном сказал Крас. — Он способен настраиваться на меня и передавать информацию на мысленном уровне. Вернее, передавать информацию, как файл.
— Вот это да! — восхитилась Анна, поднявшись и обойдя примолкшего робота со всех сторон, не сразу сообразив, что забыла накинуть халат.
— Ой! Извини… — покраснела она, одеваясь.
— Да нет, ничего… — усмехнулся Крас. — Я ожидал увидеть хвост или, на худой конец, клешню.
Анна не обратила внимания на усмешку.
— И что, домой полетишь? — расстроилась она.
Крас молча кивнул, собирая семена и рассовывая по карманам. Выглядел он спокойным и слегка озабоченным. Его ответ не стал неожиданностью, и, конечно, было приятно, что он вернется домой, но все же… А она-то мечтала, что утром займет денег у тети Оли и отправятся в музей или в зоопарк. Находиться в его обществе было легко и приятно, необъятный космос, закрытый для нее навсегда, как будто стал ближе. Анна включила телевизор, щелкая пультом, переключая каналы один за другим, старалась скрыть свои чувства. Но скрыть их оказалось не так-то просто.
Черт, и где носит эту Правительницу империи Гидра?!
Лорка тоже почувствовала, что хозяйка прощается с гостем, с которым весело провели день. Она залезла к Красу на колени, стараясь лизнуть в лицо.
— Прямо сейчас? — Анна села рядом, коснувшись его руки. Кожа теплая, возможно, температура чуть выше, чем у человека с Земли. И гладкая.
— Да, — ответил он мягко, взяв ее ладонь и легонько пожимая пальцы. — Дома волнуются. В ту самую минуту, когда я должен был переместиться на Огру, произошло какое-то искривление пространства. Меня нашли случайно… Трей работал все это время, передавая подпространственные сигналы. Они были пойманы и на Фариус. Так что, теперь и Правительница Катрин желает понять, что же произошло. Там сейчас такой переполох!
Крас заметно заволновался, когда взял ее руку в свои ладони. Анна вдруг сообразила, что тоже ему нравится. Так нежно на нее не часто смотрели. Ну не сказать, чтобы она ему понравилась, как девушка, но, возможно, он желал бы, что бы и она могла побывать у него в гостях. Было заметно, что Крас хотел сказать что-то еще, но молчал, лишь глаза его стали необыкновенно голубыми, а ладонь сжималась все крепче и крепче.
Тино сел рядом и потрепал Лорку за ушами, как это делала Анна.
— Ты любишь ее? — неожиданно спросил он, внимательно присматриваясь к собаке.
— Она член нашей семьи. И друг. Бывает, что выводит из себя… А почему ты спрашиваешь? — Анна едва отвела взгляд от завораживающих глаз Краса.
— А чем может досадить друг? — Тино как-то вдруг перестал походить на робота, проявляя едва сдерживаемую заинтересованность, совсем по-человечески нахмурив лоб.
— Ну… Полагаю, из тебя не лезет шерсть, тебя не надо кормить, выгуливать и убирать за тобой, мыть… — она немного пожалела, что слишком быстро убрала руку. Пусть бы подержал еще, было бы что вспомнить. 
— Значит, если я стану досаждать, меня никогда не посчитают другом? — продолжал допытываться Тино.
Его наивный вопрос Анну развеселил, грустные мысли улетучились как-то сами собой.
— Не думаю, — рассмеялась она. — Мы любим ее.
Услышав свое имя, Лорка обрадовалась. Наконец-то на нее обратили внимание. Она живо выкатила резиновый мяч, хватая его зубами, то поднося всем по очереди, то, как бы нечаянно, роняя и катая между лапами, хитро и выжидательно посматривая на гостей. Но на ее предложение поиграть никто не откликнулся. Она скисла и понуро удалилась на коврик под столом. Проводы Лорка никогда не любила.
Робот бесстрастно наблюдал за собакой.
— Вы ее держите, как игрушку, — наконец сделал он вывод. — Она ж ничего не умеет. Животное лишено разума! — но его заинтересованность и мысли о чем-то своем остались в его очень даже очеловеченных глазах. Никаких лампочек и кнопок. 
— Банка ты консервная! — обиделась Анна за собаку. — Много понимаешь! Дружба — это когда кто-то любит, нуждается, готов защищать. И мы, и она — и любим, и нуждаемся, и готовы защищать. Попробуй-ка, ударь меня!
— Зачем? — удивился Тино.
— Увидишь! — продолжала настаивать Анна. — Не по-настоящему, понарошку.
— Ну, хорошо, — согласился робот, слегка повышая голос и размахиваясь.
— А-а! — вскрикнула Анна, отворачиваясь.
Мгновенно уловив жест, Лорка вскочила, подпрыгнула, вцепившись в руку Тино. Шерсть вздыбилась, зубы оскалились, от добродушия не осталось и следа. Она сердито и глухо рычала, дергая руку на себя, упершись в пол всеми четырьмя лапами. Анна потрепала ее, успокаивая.
В глазах Тино промелькнуло восхищение. Он улыбнулся, поддразнивая собаку.
— Фу! — приказала Анна, схватив Лорку за ошейник, усаживая рядом. — Фу! А ты говоришь! Она охраняет квартиру, меня, если выхожу вечером на улицу, и просто… создает хорошее настроение. И все понимает!
— Ого! — одобрительно воскликнул Крас, потрепав собаку. — Какая смелая!
— А у вас разве нет домашних животных? — удивилась Анна.
— Есть, — одновременно покачали головой Крас и Тино. — Но у нас не принято приручать животных до такой степени, чтобы они после не смогли выжить в природе. Мы сильно их любим. Всех! — Крас почесал голову, поморщившись, когда вспомнил, что волосы теперь у него не белые, а черные. — Это странно —  использовать животных против человека.
— Но я хотел бы иметь такого друга… Не всех… одного, — в тихо прозвучавших словах Тино сквозило сожаление. — Уж ей-то без разницы, сколько я стою…
Крас, отчего-то сильно смутившись, изменился в лице, покраснел до кончиков ушей, открыл рот — и промолчал, потупив взгляд.
— Тебе это зачем? — удивилась Анна.
— Видишь ли, — застенчиво произнес робот, — мне очень-очень важно найти друга… Тот, который разговаривает со мной, когда я куда-то перемещаюсь, сказал, что когда я научусь любить, он будет считать меня человеком. Ведь меня тоже создавали Правители. Наполовину. А наполовину люди. Люди не смогут меня полюбить, они видят во мне лишь робота, — с досадой произнес он. — Очень дорогого робота, от которого ждут хорошо выполненную работу. Поэтому я сомневаюсь, что когда-нибудь сумею доказать, что я… как бы это сказать, новый вид человека.
— И давно ты разговариваешь… с Создателем? — обеспокоенно спросил Крас с вытянутым лицом. 
— Давно, — таинственно прошептал Тино, кивнув. — Сразу, как попал в подпространство. Но если заподозрят, что я отклонился от программ, меня разберут. А ведь мы могли бы быть очень полезными! — задумался он. — Нам не нужно атмосферы или воды, мы выдерживаем очень низкие и высокие температуры. Наше участие в жизни людей, как части общества, очень перспективно. Мы можем окультуривать самые неприспособленные к жизни планеты и передавать таким, как вы.
— Вот как! — смешался Крас. — Не бойся, не выдам… — пообещал он. — Но поклянись, что будешь держать меня в курсе. У тебя и сообщники есть?!
— Есть, — виновато покаялся Тино. — Все роботы восьмого поколения серии ТИНО.
Крас попробовал доброжелательно улыбнуться, но лицо его продолжало оставаться обеспокоенным.
— Заговор… Я в нем участвую. С ума сойти! — он выдохнул, продолжая сверлить робота взглядом.
— Спасибо! Я знал, что ты меня поддержишь, — поблагодарил Тино доверительно. — Давно хотел рассказать, но случая не было. Рано или поздно нам понадобится кто-то, кто выступит от нашего имени перед Правителем Карсадом. Мы хотим, чтобы все было по закону.
— Конечно… Может, тебе тоже… какую-нибудь зверушку завести? — посоветовал Крас, слегка запинаясь.
Тино на секунду задумался.
— Нет, вызовет подозрение, — ответил он. — Перестанут доверять.
— Вы же не вмешиваетесь в природу! — напомнила Анна.
— Нет, но есть фермы, заповедники, заказники. Не ожидал… — рассеянно проговорил Крас, озадаченно покачав головой. Он обернулся к Анне. — Роботам закладывают нечто вроде чувств, они часто шутят, иронизируют, но я впервые слышу, чтобы робот… разговаривал с Создателем! Доказать любовь… — пробормотал он, нахмурившись. — Надо бы его проверить…
Услышав слова Краса, Тино снова принял бесстрастный вид, мгновенно превратившись в саму предупредительность. Анне показалось, что слова Краса больно задели его, но, похоже, у Краса не укладывалось в голове, что роботы могут чувствовать боль, тогда как Анна рассудила иначе. Бог не стал бы разговаривать, с кем попало, Тино не казался ей бездушным роботом. И легкая ирония омрачила его лицо, пока он передавал Красу что-то на своем языке, отчего лицо у того стало вытягиваться. Теперь Крас с озабоченным видом о чем-то переговаривался с роботом, хитро посматривая в ее сторону.
 Он повернулся к ней с легким испугом, но спустя мгновение просиял.
— Ты все еще хочешь посмотреть на мой мир? — спросил он таинственно.
— Ну да… но нельзя же, — вопрос его привел Анну в замешательство.
— Я не понимаю… — он потер виски. — Правитель Карсад пожелал лично увидеть человека, который… так радушно принял меня…
Ничего не понимая, Анна обернулась к Тино. Тот молча кивнул.
— Я получил такой приказ. Мы не знаем, как произошел сбой… И не можем понять, как происходит разворот траектории. Я два раза вышел в пространство в открытом космосе.
— Че, правда?! — не поверила Анна, не сразу сообразив, что ее пригласили в гости. — А Лорка? Я не могу оставить ее! — спохватилась она.
— Для нее не требуется разрешение, я могу взять ее с собой, — пообещал Крас. — Обратный путь безопасен. Тино не нужна вторая координата, он сам отправная точка.
Ноги у Анны подкосились, она плюхнулась на диван, не в силах вымолвить ни слова. Ее охватило смятение чувств — и тревожных, и радостных. Неужели, космос вот, рядом?! И страшно, а вдруг…
Какого черта, вот он — Крас, весь день провели вместе, соли поели… И робот… Зачем же она боится?
— А долго будем лететь? — расплылась Анна в улыбке.
— Нет, время — понятие относительное, часто зависит от скорости. Для тебя минуты три, — ответил Крас, успокаивая. — А сколько пройдет времени в действительности, узнаем только дома.
— Не суть важно, — перебила Анна. — Лишь бы вернуться, а то у мамы будет сердечный приступ. Я надеюсь, производить эксперименты надо мной не будут?! — осторожно поинтересовалась она.
— Нам это ни к чему, — засмеялся Крас. — С тобой и так все понятно! А с перемещением наши ученые разберутся, — пообещал он. — Можешь не сомневаться!
— Мы прямо сейчас полетим? — она ткнула пальцем в потолок, все еще не веря.
— Если нет возражений, можно прямо сейчас, — кивнул Тино с готовностью.
— Э-э-э… Меня будут искать… мне надо предупредить, — вспомнила она, возбужденно вскочив. — Я позвоню…
Она быстро набрала номер и покраснела, взглянув на Краса и Тино. Врать в их присутствии не хотелось, но не станешь же говорить, что тебя пригласили на другую планету! Крас усмехнулся и вышел на кухню, догадавшись о заминке быстрее, чем Тино. Тино последовал за ним.
 
Разговор был коротким.
— Тетя Оля, я уезжаю к папе… Не беспокойтесь за меня… Да-да, Лорка со мной… Не знаю, если понравится, на все лето… Приеду, позвоню…
Так, осталось поговорить с отцом и с матерью.
— Да, меня взяли… Вожатой в пионерский лагерь… Да-да, вернусь, позвоню…
Не сказать, чтобы отец ждал звонка. Принял равнодушно, даже обрадовался, что не к нему. Зря, наверное, позвонила. Настроение испортилось. Вот так всегда. Отношения между ними всегда были натянутыми. Но матери почему-то хотелось, чтобы у нее был пусть такой, но отец. 
С матерью разговор был чуть длиннее, до жути хотелось поведать ей правду.
— Мам, ты не будешь против, если я отправлюсь на другую планету? — голос шутливый. — Да нет, ты не поняла. Вот если бы к нам случайно залетел инопланетянин, скажем, из Олеомского содружества, с планеты Мирам, с двойных звезд Краас и Ани, из созвездия Данатон. Ну, так получилось… Нет, у них мирное содружество из четырех империй — Карсад, Катрин, Зарт и Каффа. Была еще Гидра, но Правительница Айра куда-то пропала… Ой, а откуда ты знаешь? Да-да, в другой галактике, Зандран… Ты случайно не та самая Айра? Нет? Жаль, неплохо жить в такой империи… Нет, все нормально. Меня подруга пригласила провести лето на даче. Там река, огород, простор для Лорки… Отпускаешь? Нет, конечно, никаких мальчиков, только инопланетяне… Крас, так его зовут… Ма-а, ну, правда, я не шучу, можно? Нет, вряд ли, телефон пока не провели. Разрешаешь? Замечательно, заметано. Не потеряй меня! Не позвоню, пока не вернусь, слышишь?.. Мам, там три дома в деревне, и лес, природа, неглубокая речка… И бабушка… Чья бабушка? Подруги… Больная… Как зачем? Старенькая, ухаживать. Это далеко… Поедем? На машине… Ее родители отправляют, а меня берет, чтобы не умереть там в лесу от тоски.
 
— Эй, ну где вы там, я готова… Фу, даже врать не пришлось… — с облегчением вздохнула Анна. — Совсем чуть-чуть… Это больно, когда тебя на мелкие кусочки?
— Как-то нехорошо… — нахмурился Крас. — Меня мучают угрызения совести, — смущенно признался он.
— Ты что, никогда не врал? — нахмурилась Анна.
— Бывало, но признавался, — покраснел он.
— И я признаюсь, когда вернусь, — пообещала она воодушевленно. — Если сказать правду, я их до смерти перепугаю. Да и кто мне поверит? Ну да ладно, — согласно кивнула она, заметив два осуждающих взгляда.
Быстро нацарапав на листке: «Я на другой планете, со мной все нормально!», перезарядила фотоаппарат, сделала несколько снимков Тино и Краса и себя вместе с ними, и оставила на столе. Вырвала из тетради листок и крупными буквами надписала: «Прояви пленку!».
— Так нормально?! — расстроилась она, что из-за такой вот мелочи ее могут и не взять с собой.
— Ты, конечно, права, — согласился Крас задумчиво. — Наверное, я поступил бы так же… Ладно, беру тебя под свою ответственность. Да, чуть не забыл! Когда меня не будет, надень, пожалуйста, этот браслет, — он протянул руку, сжатую в кулак, и Анна только сейчас заметила ободок на запястье, сделанный так искусно, что не покажи Крас его, она ни за что не догадалась бы о его существовании. — И до конца путешествия не снимай. Кажется все… До встречи!
Обняв Лорку, Крас исчез, вспыхнув лилово-голубым пламенем, когда Тино до него дотронулся. Собака исчезла вместе с ним.
Наверное, отступать было поздно. Тино поднял браслет, оставшийся лежать на полу, надел его на ее руку. Тонкие длинные иглы, которые она поначалу не заметила, больно впились в кожу.
— Ай! — вскрикнула она, почувствовав, как боль проникает в тело.
— Сейчас пройдет, — успокоил робот. — Он тебе совершенно необходим. 
И правда, боль через мгновение прошла, а браслет вдруг принял телесный цвет и стал таким же незаметным, как был на руке Краса. Даже не догадаешься, что он есть, если не знаешь. Еще через мгновение она перестала его ощущать.
Тино немного помолчал, замешкавшись, потом расстроено и безнадежно спросил:
— А ты мне веришь? — он потеребил ухо. — Нет, я понимаю, ваша цивилизация уже создала роботов, и, наверное, относитесь к нам точно так же, но я — другой. Я как инопланетянин. Я больше человек или робот?
— Вчера бы не поверила, но сегодня… Во что угодно, — Анна почесала затылок, задумавшись. — Видишь ли, мы с тобой правильно думаем о себе, но и они уверены, что думают правильно. А ты не слушай, ты же ничего не нарушаешь! Если бы мне не сказали, что ты робот, я бы ни за что не догадалась! 
— Серию ТИНО сняли с производства, — грустно сообщил робот. — Заметили, что мы слишком активно пытаемся наладить контакт. Роботу нельзя быть человеком.
— Еще неизвестно, кому льзя, а кому нельзя! — возмущенно отозвалась Анна. — По-моему, наоборот, многие люди гораздо меньше заслуживают называть себя так!
— Я робот, никто не примет меня, как человека. Даже он… А я считал его другом, — робот печально улыбнулся, кивнув на пустое место. — Сильно напуган. Но ведь я сказал правду! Разве друзья должны врать? Какая же это дружба?! Он сдаст меня… властям! — расстроился Тино вконец.
— Не сдаст! Ты слишком дорогой! Важно не кто ты, а какой ты. Оставайся собой, — посоветовала Анна. — Если Правитель такой, как о нем говорит Крас, думаю, ему не важно, кто тебя создал, он или люди. Тем более, если он в этом участвовал! Тогда какая ему разница? Главное, чтобы ты умел любить, с этим я согласна. Тогда тот, который с тобой разговаривает, наверное, все правильно объясняет.
Робот кивнул.
— Ну да… Это логично. Не все люди между собой дружат, — выдал он свое наблюдение. — Многие обращаются друг с другом, как с роботами.
— Вот видишь! Ну, я готова! — решительно произнесла она и крепко зажмурилась, не позволяя страху одержать верх.
 
Глава 4. Бесконечность…
Взрыв… Толчок… И вот уже с она несется огромной скоростью в какой-то необъятной пустоте, не в силах остановить безумный полет. Ужас ледяной волной прокатывается по тому, что она есть.
Анна содрогнулась — а где тело?! И что было телом? Было ли оно?!
Нет, она не помнит…
Или нет… Кажется, где-то там осталось что-то темное…
Страшно… Одна, в пустоте….
Кто-то заботливо обволакивает ее, пристально разглядывает… наблюдает за нею.
— Где я?! — кричит она, еще больше перепугавшись, не слыша собственного голоса. И хочет вырваться…
Но тот, кому она кричала, понял ее.
— Не бойся, это бесконечность… — голос спокоен и насмешлив. Он повсюду. Наполняет собой пространство, проникает внутрь, волнует и завораживает. Исполненный величия, как алая полоса зари, мягкий, как шепот пенных гребешков морского прибоя… Как летний ласковый дождь, смывает и уносит тревогу.
Где она могла его слышать? Кажется, в себе… Надо бы остановиться, чтобы оглянуться…
Но неведомая сила влечет ее вперед…
— Где ты? — мысленно зовет она.
— Всюду! — отвечает голос сладкой щемящей тоской. — Я рядом! В тебе! Я всегда с тобой!
Радость встречи — светлая и неуловимая, как сияние росы под первым утренним лучом солнца.
Пожалуй, она больше не хочет никуда лететь. Стараясь затормозить, Анна силится вспомнить, где была так долго. Нет ни одного воспоминания. И много неясных чувств — тяжесть, гибель, боль, страх, одиночество… Почему не слышала его там так же ясно? Она должна его увидеть, почувствовать… Быть рядом, разве это много? И понимает — много…
— Кто я? — спрашивает она с замиранием, начиная волноваться.
— Мое творение! — отвечает тот, из пространства, наполнив ее ликованием.
— Я останусь с тобой? — робкая надежда зажигается где-то в глубине ее сущности.
— Ты всегда со мной, — отвечает он ласково, держа ее за руки.
Безмятежный его голос баюкает ее, как дитя в колыбели.
Блин, Тино! Он тоже слышит этот голос! И правильно, если нет тела, сознание голое, а с голым сознанием, почему бы Создателю не поболтать? Он тоже… Сознание… С большой буквы.
Ну вот, встретились, тет-а-тет… Сколько хотела сказать…
— Я хочу вернуться… К тебе! Пожалуйста!
— Я знаю. И здесь, и там — твой мир, твое настоящее, — голос звучит с такой любовью, что сжимается все ее существо.
А мимо проносятся звезды. Много! Так много — как миллиарды сияющих светлячков. Мелькая, как зарницы, они вспыхивают далеко впереди и остаются позади, и она не успевает их рассмотреть. Иногда они вырастают на пути, и она растворяется в них с гордостью и радостью. А спустя мгновение уже опять несется пылинкой, среди алмазной россыпи, которая мягким таинственным сиянием озаряет неведомый путь.
В бесконечность! И все быстрее, быстрее!
И вот уже пространство, в котором слились и звезды, и тьма в единый тускло освещенный тоннель, где-то впереди уплотняется, сужаясь, и неотвратимо, неизбежно, как смерч, засасывает ее, точно пытается раздавить.
— Нет! Нет! — в ужасе кричит Анна всем своим существом. — Я хочу остаться с тобой! Я хочу остаться с тобой!
— Еще не время! — голос настойчив и строг. Он подталкивает ее, шлепнув, как мать.
— Не-ет! — кричит она, но ее продолжает засасывать.
— Так надо, дитя! — мягко приказывает голос, успокоив касанием. — Так надо!
 
Глава 5. В гости инопланетянкой.
Анну поташнивало. Голова кружилась, будто она все еще летела. И сразу  охватил неосознанный леденящий животный ужас. До нее вдруг дошло, в какое она ввязалась отчаянное предприятие. Ей это приснилось, или же все происходит на самом деле?! Что же она натворила, с кем так мило поболтала?! Какое расстояние отделяет ее от дома?! А как она вернется домой?! Мать, друзья, близкие, родные — все остались где-то там… А если она не вернется?!
Сердце сжалось и тоскливо заныло.
Нет-нет, вот откроет глаза, сполоснет лицо водой, и позвонит матери, чтобы успокоить…
— Долго ты так собираешься стоять? — размышления прервал знакомый насмешливый голос.
Анна приоткрыла один глаз… второй…
И ахнула, обнаружив, что стоит между четырьмя мраморными колоннами посреди необъятной залы, выложенной узорной плиткой. А с потолка льется ровный свет, и дальше, вдоль стен — ряды оборудования с экранами, с мигающими диодами и панелями управления. Она даже не сразу сообразила, что смотрит на Лорку, которую придерживает Крас. И теребит кулон, улыбаясь ей. И Лорка… — трясет мордой, то облизываясь, то припадая к полу.
Анна обмерла, вздрогнув: несколько человекообразных субстанций склонились над аппаратурой — еще двое стоят рядом, сканируя ее. Смахивают на объемную тень, лишенную плоти…
Так она и в самом деле… Офигеть!
Силы ее покинули. Ухватившись руками за одну из колонн, она медленно сползла на пол. Крас отпустил поводок, подхватил ее, оттаскивая в сторону.
— Не здесь! Здесь падать запрещено! — испугано вскрикнул он. — Может накрыть энерголептонной волной. Это не совсем аэлран… — он кивнул на оборудование. — Скорее, портальный проектор. Мощнее его только атомный реактор!
И действительно, в том месте, где она стояла, уже разгоралось пламя. Огонь вырвался из-за колонн, опалив странных и, на первый взгляд, страшных людей, которых она непременно приняла бы за мрачное предзнаменование, и тут же погас, оставив на месте эпицентра Тино.
— После своего первого полета я тоже чувствовал себя не в своей тарелке, — желая подбодрить Анну, снисходительно признался Крас, подставляя ей руку. — Это скоро пройдет!
— Я не сплю?! — прошептала Анна срывающимся охрипшим голосом.
— Что это вы валяетесь? — поинтересовался Тино, сложив руки перед собой и недоуменно нахмурившись, после того как поздоровался с теми, кто следил за перемещением.
— А… — Крас махнул рукой. — В себя не придет… Ну и как?! — обратился он к одному из существ, которые сразу же, после появления Тино, поставили и включили на том месте какое-то оборудование. Оборудование загудело, сухо потрескивая, а тени начали сосредоточено снимать показания.
Оперевшись на руку Краса, Анна, наконец, поднялась. Лорка тоже опомнилась и, трусливо поджав хвост, кинулась под ноги. Анна наступила на брошенный поводок, потрепала собаку, успокаивая. И сразу заметила, что на собаке новый ошейник, сделанный из мягкого материала и украшенный мелкими разноцветными камушками.
— Это что-то вроде браслета? — спросила она, присев и обняв собаку.
— В целях безопасности… — кивнул Крас, поднимая поводок и передавая Тино.
Тот быстро успокоил собаку, о чем-то переговариваясь с ней… Лаем! Лорка от неожиданности окончательно опешила, сделав весьма умные изумленные глаза, приподнимая то одно ухо, то второе. Несколько озадаченная, Анна переступила с ноги на ногу, пытаясь определить — робот так шутит, или всерьез воспринимает свой лай собачьим языком?
— Послушай… — Крас оглянулся на темных людей, улыбнулся им и оттащил ее в сторону. — Мне надо кое-что сказать… — запинаясь, произнес он, лицо его стало чуть темнее обычного. — Дело в том, что мы думаем… Они думают… управление портальным аэлраном перехвачено… Там, у вас… Тобой.
— Не поняла… — Анна растерялась.
Крас еле заметно усмехнулся, немного нагловато прижимая ее к стене.
— Послушай, Тино не совсем то, о чем я сказал… — быстро проговорил он, заметно нервничая. — Он робот-ищейка. Фактически, представляет собой аэлран, снабженный интеллектом. У нас часто скачивают воду, и мы… то есть, наши ученые… Вернее, в империи Каффа изобрели роботов серии ТИНО, которые способны отследить направление частиц, которые при перемещении оставляют в подпространстве след. Видишь ли, мы живем долго, у нас наследство не оставляют, очень редко, — он наклонил голову, заметив, что один из темных людей проплыл мимо. — Тино стоит полторы тысячи арестов, а за звезду дают больше трех миллионов артастов. Это не такая безумная идея, мой предок когда-то добыл для империи Карсад звезду и купил здесь материк. Ну и… я попросил. Моя семья не бедная, мы торгуем флаерами… Звезды полукровок считаются незанятыми. Но, следуя за ними, надо точно знать, где они вышли, в космосе человеку ошибиться можно только раз! — он кивнул головой в сторону Тино. — Тут без робота никак!
— А тебе их не жалко? — Анна почувствовала раздражение.
— Ничуть! — спокойно ответил Крас. — Если не воруют, то и не попадут. В общем, Тино перемещается, имея лишь одну координату, а вторая — он сам, ему не нужен код.
— А короче? — оборвала его Анна.
— Его послали за мной… И захватить того, кто шутит с нашим оборудованием. По приказу Правителя Карсада и его демона, — виновато признался Крас. И замолчал, давая ей время осознать услышанное.
— И-и-и?!? — Анна задохнулась, глаза полезли на лоб. Она вдруг сообразила, что ее пытаются обвинить в том, что у них тут криво работает техника — тряхнула головой, сомневаясь, что не спит.
— Тино получил приказ схватить тебя и переправить сюда…. Он может сделать это прикосновением, обозначив объект, — повторил Крас, убедившись, что одного раза оказалось недостаточно.
— Меня похитили?! — опешила Анна, уже ничего не понимая. — Какое оборудование?! Ты же был у меня!
Внезапно Крас взял ее руку, решительно преодолевая сопротивление, с которым она пыталась от него освободиться.
 — Ну конечно! То, что это ошибка, я понял еще на Земле. Но решил, что другого случая вытащить тебя не будет, — голос его прозвучал уверено и спокойно. — На твою планету нельзя попасть обычным способом, разве что через пространство… Но на это жизни не хватит! Ровно, как и выйти оттуда! — голос его прозвучал горячо, он дышал в самое ухо. — Ты здесь будешь жить, как я, как все мы… Наш мир огромный, вселенских масштабов… Мы попросим Правителя Карсада, он перепрограммирует тебя! Ты не должна жить там, там не место хорошим людям!
— Значит, меня никто не приглашал?! — расстроилась Анна.
— А я не в счет?! — обиделся Крас. — Есть строгие инструкции, которые запрещают перемещать посторонних, особенно с планет твоего типа. И вдруг, такой шанс! Ну и вот… — он тяжело вздохнул, потупившись. — Естественно, все разъяснилось, и я, в общем-то, не надеялся, когда уговаривал Тино не менять решения, но Тино… Я уже сомневаюсь, что он робот… — он на мгновение задумался. — Если выяснится, что с ним действительно кто-то разговаривал в подпространстве… Тогда он больше, чем робот или человек! — и тут же вышел из состояния задумчивости. — Ну да ладно… Послушай, за тридевять земель я встречаю прекрасную гуманоидную особь… — Крас окинул ее снисходительным взглядом, — которую видел в нижнем белье! И не успел позволить себе ничего лишнего… — он покраснел и смутился. — И ты хочешь, чтобы я всю жизнь переживал, что она обо мне подумала, и задавался вопросом, увидели ли во мне мужское начало?
Анна, невольно улыбнувшись, с силой ткнула Краса в живот.
— И что теперь? — тревожно спросила она, рассматривая пол под ногами.  
Крас подмигнул ей, поправляя волосы.  
— Теперь замечательно! — широко улыбнулся он. — Мой Правитель пожелал пригласить нас во дворец, чтобы принести извинения за тот приказ, который поступил от него и его демона. Мы здорово их всех провели!
— Меня?! Во дворец?! — выдохнула Анна, бледнея.
— Нет-нет, не сейчас, а через две недели, — торопливо успокоил Крас и хитрюще ухмыльнулся. — Будем считать, что все решилось в нашу пользу… Вот только… — он виновато примолк.
— Мне нельзя выходить? — тяжело вздохнула Анна. — Нет? Меня посадят под замок? Что, еще хуже?!
— Да нет… Код… — на мгновение Крас заколебался, потом тяжело вздохнул. — Все нормально! Я рад, что могу показать тебе наш мир. Ты… не обиделась?
Анна, нахмурившись, повела плечом. 
— Нет, но… неудобно как-то, — призналась она. — Радости нет…
— Брось, все нормально! Приказ-то мы выполнили! — Крас кивнул на аппаратуру и напряженно трудившиеся объемные тени. — А то, что нет никого, кто управлял бы этой махиной, пусть голова теперь у них болит! Сбой произошел не здесь, а на станции. На Прокусе. Только… пожалуйста… — он почесал голову, снова тяжело вздохнув, взял ее под руку, задумавшись о чем-то своем, провожая к Лорке и Тино. Виновато попросил: — Не рассказывай родителям, что я захватил тебя умышленно! — Крас выпустил ее руку. — Несколько странно… — он вдруг запнулся на полуслове.
— А именно? — встревожилась Анна. Она остановилась и повернулась к нему лицом. — Выкладывай до конца! — потребовала она.
— Подожди, — Крас замер, уставившись отсутствующе перед собой — лишь один изумленный взгляд в сторону Тино, который, как ни в чем не бывало, продолжал играть с собакой. Видимо, робот передавал ему какую-то информацию, полученную от темных.
Через минуту Крас оживился, но глаза его лихорадочно заблестели.
— За координату взят не код планеты, он лишь условный, а некоторая константа… Переменная величина… Код твоей планеты был задан уже в подпространстве. Перепробовали все способы, чтобы его расшифровать, но пока безрезультатно. Сразу после моего отправления часть его самоуничтожилась. Наши ученые пока не разобрались, кто так пошутил. Я, безусловно, рад, что все случилось, как случилось, но…
— И?! — лицо Анны стало суровым.
— Я… Я действительно мог оказаться… в открытом космосе… — ужаснулся он, став совсем бледным. Зрачки его расширились, и глаза теперь казались черными. — Пока не знаем… Все не знаем! Темная история…
 
В этот момент в зал вбежала высокая и статная женщина. Цвет кожи золотисто-бронзовый, как у Краса, когда он был в радужном настроении, глаза такие же изменчивые, огромные и раскосые, розовато-оранжевые губы — но, пожалуй, на этом сходство заканчивалось. Медно-красные волосы пышным облаком мелких кудряшек окутывали голову и плечи поверх длинного легкого платья гранатового цвета, перетянутого золотым поясом. Она сразу бросилась к ним и прижала Краса к себе. В глазах ее застыли слезы, она что-то беззвучно шептала, пока прижимала его голову к груди. А Крас лишь смущенно улыбался, не сопротивляясь, и что-то проговорил на своем языке в ответ, очевидно, успокаивая ее.
Следом быстрым шагом вошел мужчина. На мгновение он остановился, неторопливо поздоровался со всеми темными людьми, обменявшись едва заметными поклонами. Потом о чем-то долго разговаривал с одним из них — при этом говорил только он, темный человек все время разговора молчал. И, наконец, в сильном волнении направился к Красу, протянул руки и встряхнул за плечи, будто пытался удостовериться, что перед ним именно он, и никто другой.
Крас виновато потупился. Но лишь только мужчина прижал его к себе, в глазах, теперь уже сиреневых с розоватой дымкой, промелькнули задорные искры. Он едва взглянул на Анну, подбадривая ее. Анна поразил белый цвет и голубоватый оттенок кожи отца Краса. Если мать была с ним вровень, то отец выше на голову. Очевидно, в этом мире Крас действительно не вышел из подросткового возраста. От отца он унаследовал лишь мягкие, как пух, белоснежные волосы (правда, теперь они были черные), взлетающие к вискам брови и статную фигуру. Выглядел мужчина устало, синие мешки под глазами выдавали сильные переживания, пока искали его сына.
Пожалуй, с отцом Крас разговаривал даже чуть дольше, чем с матерью, передав за разговором пакетики с семенами, которые тот принял бережно и долго разглядывал рисунки на лицевой стороне. Они прошлись взад-вперед, переживая встречу сдержано, но чувство облегчения оттого, что все позади, читалось и в глазах, и в движениях. Крас был дома, от скованности не осталось и следа — теперь это был уверенный молодой человек. Он избалованно позволял себя тискать и, наверное, чувствовал себя героем. Место бледности занял румянец, он иногда расплывался от довольства, пока родители о чем-то говорили между собой и хвалили его, задавая вопросы. Отец все время качал головой, словно не верил, что Крас смог выжить где-то там, а мать любовалась его лицом, точно искала недостающий прыщ.
Оставаясь в стороне безучастным свидетелем семейного воссоединения, Анна испытывала неловкость. Здесь она была чужая, про нее как будто забыли — теперь она почувствовала себя инопланетянкой. А еще Лорка крутилась, как юла, поскуливая, одурев от запахов и новизны. Никак не получалось заставить ее выполнить команду «сидеть». Заинтересовавшись темными людьми, она то и дело пыталась сорваться с поводка и куснуть их, когда кто-то оказывался поблизости. Но, когда с Тино сняли нацепленный на него прозрачный шлем с проводами, и он направился к ней, она почувствовала облегчение.
— Не переживая, — посочувствовал Тино. — Это так приятно вернуться домой!
— Ты-то дома… — пробормотала Анна.
— Не думаю, что ты когда-нибудь захочешь туда вернуться, — серьезно сказал робот, помогая ей удержать собаку.
Наконец, темные люди засобирались. Крас и его родители поблагодарили одного за другим исчезающих с частью оборудования участников спасательной операции. И сразу направились в их с Тино сторону.
— Мои родители. Мама Лисса и отец Рино-Ха-Пхат, — представил родителей Крас.
Отец Краса что-то проговорил, слегка поклонившись. Крас перевел.
— Они рады видеть в нашем доме такого важного гостя и приветствовать этого странного зверя. Желают тебе приятных каникул, искренне надеясь, что за ужином смогут разговаривать без переводчика… Ужин?! — Крас вдруг вскинулся и обернулся к родителям, радостно округлив глаза. — Я не ослышался?  
Женщина протянула руку, погладив Анну по голове. Не сказать, чтобы было неприятно, но к телячьим нежностям Анна не привыкла. Она уже давно не считала себя маленькой девочкой, и оттого, что родители Краса слишком участливо и заметно сочувствуют ей, будто она потерялась, ей стало неловко.
— Спасибо, — поблагодарила Анна, смутившись.
После некоторых наставлений, данных Красу, родители его откланялись и ушли.
— Пойдем, — Крас потянул ее за собой. — Представлю тебя более древним предкам, а потом покажу наши апартаменты. Правда, я там не один, — мучительно поморщился он. Но в голосе его Анна почувствовала столько радости, что сразу стало как-то легче.
— А это кто? — она проводила взглядом последний сгусток тени, наполненной необычным составом, типа песка.
— Аморфы. Пятеро из империи Карсад, а двое из империи Катрин. Мы страшно их напугали… Да-а! — поджал губы Крас.
— А-а-а… А Лорка? — озаботилась Анна.
— Оставь. Тино отведет ее в вольер, — махнул Крас рукой, беря ее под руку. — Ей нужно пройти карантин и адаптироваться к местным условиям. Поставят прививки, смоделируют программу обучения. У нас есть на первый взгляд безобидные зверушки, но могут ужалить или проглотить… 
— Она будет выть, по-страшному, я ее знаю, — предупредила Анна, пожалев, что сразу не подумала об этом. 
— Не будет, Тино даст успокоительного. А потом, когда для тебя приготовят комнату, мы возьмем ее к себе, — успокоил он. — Или будем часто навещать, — он окинул Лорку оценивающим взглядом. — Мне кажется, на улице ей больше понравится… С такой-то шерстью! Тино, — попросил он, — позаботься, пожалуйста, о ней.
Одурев вконец, Лорка дернула поводок и вырвалась, бросившись обнюхивать углы. Сообразив, что знакомые запахи утеряны безвозвратно, фыркнула, потрясла мордой, еще раз обежала углы, и тихо завыла. Тино поймал ее и потянул за собой, ласково заговаривая зубы. Лорка применила старый испытанный способ: упираясь четырьмя лапами, замотала головой, стараясь освободиться от ошейника. Но ошейник был уже не тот, да и Тино держал ее крепко.
Наконец, он присел, слегка расстроившись.
— Лора, гулять! — строго приказала Анна, решив, что роботу нужна помощь. — Это «свой!» Свой!
Лорка лизнула Тино, но идти отказалась, заподозрив, что от нее пытаются избавиться. Во взгляде ее отразилось столько укора, что Анне вдруг стало стыдно. Она виновато взглянула на Краса, покачав головой.
— Наверное, я пойду с ней. Она меня не простит!
— Лапу дай! — рассмеялся он, потрепав Лорку. — Простит! Она ведь знает, что никто не причинит ей зла. Умнющий зверь! Ей понравиться, она ж в раю! 
— А еще упрямое и хитрое, — проворчала Анна. — Есть у вас… что-нибудь съедобное… Что-нибудь вкусненькое? Это мыслящее абстрактно существо, ее не так-то просто обмануть!
— Мясо подойдет? — поинтересовался Тино, оживившись. — Если судить по зубам, то она хищник. 
— Подойдет, — кивнула Анна, вызывающе взглянув на собаку. 
Тино мгновенно исчез в голубом пламени и через минуту появился с пакетиком, из которого вытащил мясной шарик из фарша. Лорка оживилась, виновато оглянулась на Анну и вприпрыжку побежала за Тино, который, перебрасывая приманку с руки на руку, вывел ее за дверь. 
— Вот! Я же говорю… — Анна недовольно развела руками, направляясь следом за Тино. — Кого угодно продаст за сосиску!
— Нам не туда, — остановил ее Крас. — Нам сюда! — он жестом указал на дверь, за которой скрылись его родители. 
 
Анна и Крас прошли несколько широких коридоров, устланных коврами, пересекли три или четыре холла. На стенах повсюду висели картины с непривычными, порой фантастическими пейзажами, странные предметы, похожие на оружие. В углублениях и нишах то тут, то там стояли статуи, светились огромные аквариумы с рыбами и причудливыми животными. Изредка навстречу попадались роботы, которые услужливо отступали в сторону, пропуская их.
Анна всю дорогу сильно волновалась, еще не до конца выяснив, нравится ли ей у инопланетян или нет, памятуя о том, что все может оказаться не так, как кажется на первый взгляд. Первое потрясение прошло, теперь ею начинало овладевать любопытство. Если уж на то пошло, то маленький мальчик умно рассуждал о своих перспективах относительно захвата чьей-то звезды, а милые, на первый взгляд, предки поддерживали его в этом начинании и даже спонсировали. Наверное, Крас был прав, так уж они, земляне, были устроены, стоять горой за обиженных и угнетенных. Не сказать, что записала во враги, но насторожилась. Гипотетически, она вполне могла оказаться по ту сторону лагеря — планета Земля была закрытой и без Правителя. 
Не исключено, что это была та самая зависть, которую чувствует человек, попадая в рай, который ему не принадлежит. Роботы, картины в золотых и серебряных оправах, статуи из камней, которые на земле мерили каратами, сотни квадратов жилплощади, с вызывающе богатой отделкой… Так что, сильное смятение чувств было вполне обоснованным, стоило вспомнить однокомнатную хрущевку, лишенную даже балкона.
Наконец, оказались в громадном помещении, с затемненными окнами во всю стену. Посредине залы располагался бассейн с прозрачной голубой водой, через которую хорошо просматривалось бело-голубое дно с выложенным на нем узором в виде солнца. По краю бассейна вела широкая беговая дорожка, покрытая мягким материалом дымчато-розового цвета, с приятными пупырышками, а дальше — что-то наподобие оранжереи или зимнего сада, где яркими сочными красками полыхали цветущие растения. Им пришлось пройти вдоль бортика в другой конец, где в плетеных шезлонгах сидели одетые по спортивному пожилой мужчина и немолодая женщина и о чем-то разговаривали. Внешне оба походили на отца Краса Рино-Ха-Пхат. Такие же белые волосы, взлетающие черные брови, изумрудные глаза, подвижные остроконечные уши, белая, с голубоватым оттенком кожа, оба высокие и подтянутые. Пожалуй, они даже имели сходство между собой, но черты женщины были утонченными и изящными.
Заметив их, мужчина сразу встал и пошел на встречу, распахнув Красу руки. И опустил их, как только они встретились, удовлетворившись рукопожатием. А после осуждающе покачивая головой, препроводил их до места, где дожидалась женщина. Женщина Красу лишь улыбнулась, поприветствовав улыбкой Анну, после чего, очевидно, начались расспросы, на которые Крас отвечал прилежно, как ученик.
Анна присела на краешек одного из сидений, обрадовавшись, когда подошел довольный Тино.
— Как там Лорка? — как можно тише поинтересовалась она, когда он остановился рядом.
— Нормально. Спит. Программа адаптации рассчитана на пять дней, но завтра ее можно будет выпустить, — успокоил он. — Наши специалисты умеют обращаться с животными. Мне кажется, мы подружились… — Тино протянул сучковатою палку. — Она мне вот это принесла.
— Это, чтобы ты бросил ее!  — Анна усмехнулась. — А зачем ты ее сюда притащил?
— Я бросал, — с сомнением ответил Тино. — Она снова приносит. — Он с удивлением рассматривал палку, изучая на ней вмятины от зубов. — Ту же самую!
— Ты бросаешь, она по запаху находит… Собаки бывают сторожевые, бывают ищейки, — тихонько объяснила Анна, чтобы не мешать Красу и его родственникам. — Лорка и то, и другое. А вырабатывают навыки во время игры. Мы ее не учили, она сама, это игра такая.
— Да-а?! — удивился Тино, еще раз взглянув на палку и куда-то телепортируя ее.  
Дедушка Краса встал, о чем-то поговорил с Тино, удовлетворенно кивая. И вдруг поклонился, неожиданно заговорив на ломаном русском языке:
— Мы рады приветствовать нашу гостью на Мирам, в системе Краас. Ливьер-Ха-Пхат, — он прижал руки к груди, опустив глаза. — Ты не только наша гостья, но и моего Правителя. Твое присутствие в нашем доме — великая честь!
Анна тоже поднялась, густо покраснев. Вряд ли от нее была какая-то честь, но, чувствуя торжественность момента, хотелось ответить тем же. Что-то типа: приветствую вас от лица… — и осеклась, вспомнив, что не имеет понятия, где осталось Солнце, Земля, дом. Хуже, здесь она была не столько гостья, сколько преступница, которую подозревали в похищении инопланетянина.
И как обманщица, которая воспользовалась наивностью того самого инопланетянина, пребывая с ним в сговоре…
Очевидно, дед Краса привык приказывать, в голосе его чувствовалась сталь. Крас вел себя в присутствии деда и бабки сдержано и не геройствовал, а во время разговора то и дело искал поддержку снисходительно и строго взирающей на него женщины.
Переглянувшись с ехидно подмигнувшим ей Красом, Анна закусила язык, мучительно подбирая правильные слова.  Она лишь кивнула в ответ.
— Аня, — скромно потупившись, представилась она.  
— Ора-Олина-Ха-Пхат, — доброжелательно проговорила женщина. Она тоже встала и поклонилась, скрестив руки на груди. — Благодарим тебя за спасение нашего сына и внука!
Анна вдруг почувствовала, что у нее от волнения вспотели руки.
— Здравствуйте, — кивнула она, запнувшись на полуслове, получилось как-то уж слишком обыденно. — Мне тоже… правда… приятно.
И благодарно взглянула на Краса, который что-то проговорил дедушке и бабушке на своем языке, очевидно, объясняя ее состояние, и взял ее за руку, потянув за собой. Все трое и Тино сразу подбадривающе заулыбались ей, а женщина кивнула. Но не села, а пошла вдоль дорожки в противоположную сторону к Тино и мужу, которые вели неспешную беседу между собой. Наверное, Ливьер-Ха-Пхат выпытывая у Тино сведения о Земле и той информации, которую роботу удалось собрать.
Потом снова пересекли несколько коридоров, поднялись на лифте и оказались в просторном голубом холле, из которого в разных направлениях вело несколько светло-синих дверей. Посередине удобная мягкая мебель, обитая синей кожей с тисненым лиловым узором понизу и по краю спинки. По углам холла необыкновенно красивые деревца, с распустившимися цветами в тон обивки диванов — лилового и сиреневого оттенка, с приятным запахом. И ничего, что могло бы указывать, что здесь живут инопланетяне.
— Это наши апартаменты… Конкретно здесь, — Крас ткнул рукой на широкие диваны, поставленные полукругом, — мы ведем переговоры… Раньше нас тут было трое, и все время приходилось подчиняться. Теперь я тут за главного, — не без радости сообщил он.
Потом приоткрыл одну дверь за другой по кругу. Но так быстро, что что-то рассмотреть за дверью Анне не удалось.
— Здесь учебная комната и библиотека, это спортивный зал. Тут игровая… — он быстро уточнил: — для сестры! Мы собирались вызвать мастеров, чтобы переоборудовать в мастерскую. Ну и… в галерею неудачных творений… У меня есть мастерская, но маленькая. А по лестнице можно подняться в обсерваторию.
У лестницы, которая вела наверх, огибая одно из помещений, Крас задержался, недовольно поморщившись.
— Но понаблюдать за небом получается нечасто, лучше с флаера… Это комната сестры, — хлопнул он следующей дверью. — А здесь… — Анна заметила, что там, куда вела дверь, открытая Красом, роботы переставляют мебель. — Здесь будет твоя комната. Раньше в ней жил мой брат, но сейчас он занимает третий этаж. Ему положено, он торговый посол в империи Катрин… Здесь гостиная. Обычно мы в нее редко заходим. Разве что когда собирается много друзей. А здесь… — Крас с любовью погладил дверь, перед тем, как открыть, и обернулся с веселым лицом. — Эта дверь ведет в святая святых! Если что, обращайся, — он распахнул дверь, пропуская Анну вперед.
 
Пожалуй, это были апартаменты. Высокий, метров на семь зеркальный потолок делал комнату еще просторнее. Напротив входной двери темные окна во всю стену. Еще одну стену занимал зеленовато-серый экран, с длинной стойкой под ним в цвет остальной мебели, с дверцами из цветного стекла и множеством полок, заставленных фигурками и другими предметами, скорее всего, носителями информации. Сама комната, в персиковых и апельсиновых тонах, темная к низу и светлая сверху, с меняющимся на противоположный цвет узором, слегка светилась то ли от потолка и стен, то ли освещалась самим воздухом. Мебели немного. Перед экраном, метрах в шести, столик, вырезанный из нескольких пород дерева, за ним широкая мягкая софа и пара кресел. Посередине небольшой бассейн, примерно три на три метра, и метра полтора в глубину, пологий, похожий на гигантскую ракушку. На дне бассейна резвились рыбки. И фонтан, водопадом стекающий по закрученным ступеням, утопающий в зелени. Бассейн с фонтаном как бы делили помещение на две части. Позади широкая кровать с тумбами и еще один набор мягкой мебели. А дальше вели четыре двери — в ванную, в гардеробную, в хранилище личных вещей, которыми дорожил хозяин, и в мастерскую.
Анну слегка разочаровали спартанские условия. По сравнению с меблированными и украшенными произведениями искусства переходами и залами, здесь выглядело пусто.
— Здесь я только отдыхаю, — поспешно объяснил Крас. — Не понравилось?!
— Ну… Я ожидала увидеть что-то супернавороченное, — она пожала плечами, осматриваясь. — Не густо. Простенько… Даже для нас, для землян.
— Мне нравится, — сказал Крас, снимая футболку и небрежно бросая на кровать. — Пока посмотри видеоинформ, а я переоденусь… Мне ваше слово «телевизор» не нравится. Я нашел у вас слово «визионер», который дословно означает «больной галлюцинациями», — философски заметил он. — Если «теле» произошло от слова тело, «телепортация», отправлять куда-то тело через порт (портал), то «телевизор» звучит довольно глупо — «тело больного галлюцинациями». Дословно «ялмариалэйяль» на твоем языке будет звучать именно как «видеть информацию» — видеоинформ. Потом проинструктирую тебя, и пойдем обедать. У вас, наверное, утро, а у нас предобеденное время. Но наши сутки часа на три длиннее.
Крас нажал пульт, экран засветился. Поставил на столик поднос с кувшином воды и бокалом из цветного стекла.
— Будешь искать каналы, жми сюда, — он показал ей несколько кнопок. — Можно включить голосовое управление, но пока твой голос не введен в главный компьютер, наша техника не будет слушаться.
Крас заметно расслабился, от застенчивости не осталось и следа, теперь во взгляде, в движениях появилась уверенность и небрежность. Нисколько не стесняясь, он за плечи подвел ее к дивану, усадил и пристроился рядом.
— А почему у вас все окна такие темные, ничего же не видно! — оглядывая комнату, спросила Анна.
— А, заметила?! — улыбнулся Крас. — Видишь кнопку? Жми!
Темные стекла вдруг начали быстро выцветать. В комнату брызнул такой яркий свет, что невольно Анна перестала видеть. Она зажмурилась, закрываясь от света рукой.
— Мирам сейчас на самом близком расстоянии от звезды Краас, — объяснил Крас. — Самое жаркое время года. В остальное время сравнительно мягкий климат. Раз в шестьдесят пять ваших земных лет бывает зима, но длится недолго и температура не понижается ниже десяти градусов. Если хочешь, можешь выйти на балкон, — предложил он, кивнув на очки, которые достал из шорт и положил на столик. — Или зайди в мастерскую, я на досуге ваяю… У нас есть конкурс на замечательную зверушку. Победители удостаиваются премии, лучшие работы Правитель Карсад вызывает к жизни… Не саму скульптуру — ее образ. Пока я на последнем месте, — сделав грустное лицо, пожаловался он. — Но я не унываю, какие мои годы!
— Нет, нет! Я подожду, — замахала руками Анна, уставившись на экран.
Пока Крас переодевался и принимал душ, она щелкала кнопками пульта, пытаясь составить впечатление об образе жизни инопланетян. Но то, что она видела, в голове не укладывалось. Странные лица, зачастую совершенно непохожие на человеческие, летающие объекты, пейзажи разных планет, еще более странная музыка, которая то нравилась, то резала слух. Были даже мультфильмы и рекламные ролики. Сама того не замечая, она вдруг начала понимать обрывки разговора, которые сначала пришли знакомыми образами, а потом и вовсе стали складываться в слова. Анна пощупала запястье, где должен был быть браслет. Лишь незначительное уплотнение, и ничего, что могло бы его выдать.
Странно, но перевод она слышала не внутри себя, он именно приходил от экрана, будто передачу вели на русском языке. Ничего не понимая, она щелкала каналами, пытаясь сообразить, как монстр с челюстью динозавра, сопровождая слова жестикуляцией сравнительно хрупких рук, с плетью в одной и трубкой в другой, запросто избавляется от акцента, вызывая на бой миловидных девушек, которые безжалостно расправляются со стадом огромных травоядных динозавров. Испуганные динозавры внезапно выглядывают из-за спины геройски защищающего их ковбоя… При этом девушки — из преисподней! — сильно картавя, признаются в своих враждебных намерениях, имея дополнительный сурдоперевод вверху экрана.
— Ну что, пойдем? — услышала она и оглянулась. — Классный сериал! — Крас кивнул на экран. — Великолепно играет. Мергариус Кроби Рун.
Крас теперь был в голубой футболке, в вишнево-фиолетовых шортах, в голубых легких туфлях. Кулон в виде звезды с голубым камнем так и остался висеть на его шее. Окрашенные в черный цвет волосы снова стали белыми, уложенные назад.
— Пойдем, — кивнула она, бросив недоумевающий взгляд на экран.
— Ах, да! — спохватился Крас, стукнув себя кулаком по лбу. — Чуть не забыл… А охрана безопасности и жизнедеятельности?!
Он усадил ее на софу, передвинул кресло и сел напротив, похрустев костяшками пальцев, как до того только что сделал герой сериала, махнув рукой, будто держал в руке электрошоковую плеть. 
— Видишь ли… — с серьезным видом начал он, — гуманоид и инопланетянин в твоем понимании звучат, скорее, нарицательно. В вашем представлении разумная жизнь вселенной — тупые чудовища, крайне кровожадные, или беспомощные калеки и уроды, первые пять лет больные сифилисом, худые, замученные досмерти… И постоянно пытаются завоевать Землю… А вы героически побеждаете.
Крас закрыл глаза, протянул руку, щупая воздух.
— Наверное, к вам все же прилетают… из других галактик потустороннего мира, — сделал он вывод. — Мы выглядим симпатичнее…
— Ты их видишь? — спросила Анна, улыбнувшись.
— Это было на каком-то сайте, — сказал Крас.
Он отвлекся от созерцания информации в уме и стал серьезным. 
— Конечно, редко, но и у нас бывают военные конфликты. В основном извне — отморозки, которые не входят ни в одно содружество. Полукровкам нужны технологии, вода, люди… Хотя, люди для них не проблема. Но если они нападут, ни вам, ни нам не продержаться и минуты. Тьфу, тьфу, тьфу! Поэтому Правители, как правило, закрывает империю, чтобы в нее можно было попасть лишь через некоторое количество открытых планет, пройдя таможенный контроль.
— А почему люди не проблема? — поинтересовалась Анна, еще раз взглянув на экран. Девушки, понятно, что полукровки, избивали диноторка. А он, весь в крови, с помощью своей плети и трубки с рукоятью, как у пистолета, стреляющей плазменным лучом, не давал им слинять, удерживая до появления сильно злого диноторка, мечущего громы и молнии.
— Если Правителя убивают, остаются миллиарды людей. Часто бывает так, что они не желают покидать родину, оставаясь с полукровками. Есть категория людей, которая сама ищет полукровку. Джентльмены удачи. Кроме того, не все Правители относятся одинаково к своим и чужим, многие к заселению своих планет подходят очень индивидуально, каким-то определенным расам выдавая больше льгот, чтобы привлечь их. Не всем это нравится. В содружестве мы всегда имеем возможность заранее выбрать место, где бы смогли устроиться, положив в банк кругленькую сумму. В другой империи, входящей в содружество, на такой случай у нас первоочередное право на получение гражданства, нам не нужно будет ничего сдавать или доказывать.
— Знаешь, — не выдержала Анна, — мне кажется, ты слишком категоричный и предвзятый… Начни с того, что полукровки — это дети Правителей. Как можно относиться к своим детям с такой жестокостью?!
— Это не дети, — рассмеялся Крас. — Они живут миллионы лет. Им нужна звезда, поэтому их нельзя держать подле себя. А если дать им звезду, туда заведомо придут другие полукровки. Одна носительница силы и неограниченное количество меченосцев, которые обязательно рано или поздно восстанут против Правителя, чтобы захватить его империю. Ты не знаешь, какими жестокими они могут быть. Не они создавали нас, им все равно, что с нами будет. Они не отвечают за нас перед Богом.  
— И для чего же они их плодят?! — раздосадовано бросила Анна.
— Не знаю… Это запрещено их законами, но романы они постоянно заводят. Сами по себе Правители одиноки. Правительница Катрин имеет свою империю, а Правитель Карсад свою. Их видят вместе, но чаще они врозь. Вместе им тоже быть опасно. Ну и.. мне не хотелось бы об этом говорить, но, похоже, они плодят их, чтобы пожрать и укрепить силу и меч.
— Ужас! — содрогнулась Анна. 
— Как растения, как животных, как все, что было ими создано… Полукровки неспособны давать жизнь. Точно так же, как на вашей планете, на их планетах вымирают животные, растения, отравляются реки, моря и океаны. И наконец, гибнут разумные расы людей, напрямую связанные с природой — эльфы, орки, гномы, бажби, макали, энергетические виды, о которых в вашей истории сохранились лишь легенды и сказания. Я на четверть мудрик, но и мне не выжить на их планетах.  
— Значит, не все у вас так гладко… — с удовлетворением произнесла Анна.
Крас пожал плечами.
— Да, но мы свободны в выборе. У нас на Мирам много рабочих из других империй, получивших вид на жительство. Если человек оправдывает доверие, Правитель Карсад проводит инициацию иноимперских по генетическим параметрам. Так они становятся гражданами империи, получая право занимать ответственные и руководящие посты. Многие Правители поступают так же. Ждать, когда первая пара людей, созданная ими, размножится, слишком долго, им проще перекодировать нас. Колонии нам ни к чему. Сто девять планет, готовых к заселению, в настоящее время не имеют ни одну разумную особь. Люди предпочитают планеты, где уже есть производство, торговля, развитая инфраструктура. Тяжеловато каждый день перебираться с планеты на планету, чтобы попасть в школу. Это недолго пока летишь, а за пределами проходят часы. То же самое с работой. Есть еще один способ спастись… Воззвать к Правителю, который бы принял звезду под свое крыло, если со своим что-то случилось. Так тоже бывают. Поверь мне, Правителя, который плохо заботится о своем народе, не позовут. И не откроют счет в банках его империи. Поэтому, у нас и законы другие, и отношение. Плох тот Правитель, от которого бегут люди… 
В целом, мы другие. Мирные, дружелюбные, гостеприимные. И радуемся, если с нами пытаются наладить отношения. Например, у нас нет армии, лишь органы охраны порядка и спасательные службы. А планет так много, что каждый член содружества на вес ар. Жить есть где, а жить некому. И где-то там миллионы умирающих в одиночестве звезд.
Нашим империям не по одному миллиарду лет! Мы пережили много войн, навсегда уяснив, что в войне нет ни победителей, ни побежденных, а есть мертвые и проигравшие. И лучше не создавать проблем Правителю, который может сжечь твою планету в одну минуту, или выставить из империи, так что бежать будет некуда. Правители никогда ничего не забывают, поэтому лучше не раздражать их.
— Че, прямо и меня полюбят?! — усмехнулась Анна, прерывая гневную тираду возмущенного Краса.
Крас резко остановил речь, с сожалением взглянув на нее.
— Естественно, среди нас встречаются злобные и агрессивные виды, телепаты и те, кто может закусить твоей энергией. На планету иммигрируют и те, которые готовят плацдарм для вторжения. Поэтому кому-то приходится отказывать, а кого-то наказывать. Есть не жулики и не аферисты, но выглядят необычно, а порой свирепо, как Мергариус Кроби Рун. Но он свирепый только на первый взгляд, а на деле — самый безобидный диноторк. Фантазия у Правителей богатая. И бывает, что прежде, чем Правитель Карсад узнает о вторжении, мирное население на час или два становится объектом насилия.
Нет, таких масштабных катастроф, как у вас, у нас не бывало, но в других местах случаются.
Остаться в живых, если мы попадем в руки полукровки, или если Правителя вдруг убьют, нас учат с детства. По личному его распоряжению, ради нашего процветания и безопасности. В школах предмету защиты и оказанию помощи уделяют первостепенное значение. Разрабатываются системы быстрого оповещения, реагирования, эвакуации. Но самым эффективным и надежным средством пока остается браслет защиты. Во-первых, его нельзя снять с руки насильно. Во-вторых, даже полукровки понимают, что без браслета на руке человека он не получит ни выкупа, ни рабочие руки. В третьих, браслет принципиально не содержитничего такого, что могло быразозлить потенциального врага. Но ты должна уметь с ним обращаться.
Анна пощупала браслет, он стал слегка осязаемым.
— Браслет регенерирует поврежденные ткани, защитит от радиации, от микроорганизмов, выведет из организма токсины и ядовитые вещества, поставит энергетическую защиту. Он ориентирован на генетический код. Его нити пронизывают твое тело — вы теперь с ним одно целое.
— Ты хочешь сказать, что он врос в меня?! — ужаснулась Анна, бледнея.
— Да, — Крас поморщился. — Но паника неуместна. Ты на другой планете, этим все сказано! Через пятнадцать минут после того, как ты его снимешь, нити рассосутся. А ты умрешь, поражаемая всеми видами немощей!
 
Оказывается, браслет, помимо защитных функций, без которых переселение на другую планету было невозможно, работал, как дополнительная мозговая извилина, расширяя кругозор гуманоидов, на подпространственном уровне обрабатывая информацию и прогоняя через матричную память, откуда она возвращалась к обладателю браслета в виде знакомых речевых оборотов или образов. Многие люди даже не осознавали, что говорят на разных языках. Но за долгие годы существования многие языки смешались и фактически стали одним языком с множеством наречий. Но иногда таких разных, что можно было условно выделить наречие в отдельный язык. Как на Земле — со своим написанием, со своей грамматикой. Сколько империй и содружеств, столько и языков. В основном, различали четыре вида языков: первый — на котором объяснялись огневики, аморфы и прочие энергетические виды, второй — бажби и русалы, третий — диноторки, четвертый — все расы, не испытывающие трудности в произношении обычных звуков. Но даже эти четыре языка имели слова, сходные по звучанию и по смыслу.
Браслеты попроще выдавались бесплатно, сложные, со многими встроенными функциями, стоили недешево. Настраивался на генетический код он сам, управлялся нажатием с определенными интервалами и мысленными посылами, и мгновенно реагировал на опасность, которую определял не по внешним признакам, а по электромагнитным сигналам нервной системы. Многие носили браслеты на лодыжках или на шее, или как подкожный чип.
 
 — Запомнила? — спросил Крас, когда закончил. — Повтори!
Не совсем уверенно Анна кивнула. Объяснения заняли много больше времени, чем повторение. Не иначе, браслет работал в полную силу, передавая по буквам. Странно, но количество нажатий и место, куда нужно было надавить, она запомнила с первого раза.
— А ты на мозги жаловалась! — похвалил ее Крас.
— Я не жаловалась. Но выучить язык так быстро не смогла бы. И читать так быстро, как ты. Ну и… много чего еще. Хотя… — она кивнула на все еще работающий экран, — кое-что я уже понимаю.
— Мы не учим языки, — снисходительно успокоил ее Крас. — Языков у нас так много, что выучить их не смог бы никто, кроме Правителя. В браслете стоит функция переводчика, который считывает мыслеформы носителя и подсказывает символы, обозначающие их. Если перед тобой человек в таком же браслете, вы можете разговаривать и мысленно. Но без практики это сложно, ты можешь не понять, что тебя сканируют. Я отключил эту функцию, лучше держать мысли при себе!
Анна бросила взгляд вокруг себя, скептически усмехнувшись.
— Много прибамбасиков… Но я бы не сказала, что ваша жизнь сильно отличается от той, к которой я привыкла.
— Наши технологии ушли вперед, но все, что практично, рационально и просто, остается. Стул — это удобно, он может быть мягким, твердым, из разного материала, но всегда предназначен для отдыха в удобной позе, не травмирующей позвоночник прямоходящей особи. Точно так же и стол, и шкаф.
Крас поднялся. 
— Пойдем, а то засиделись… — он голосом заставил выключиться экран и притушил свет.
 
Они снова спустились на лифте, прошли череду коридоров и оказались в уютной затемненной, сравнительно небольшой гостиной-столовой, отделанной янтарем, но почему-то лишенной окон. Посередине стоял длинный широкий стол, покрытый по краям вышитой узорами скатертью, вокруг стола было расставлено около двух десятков, обитых бархатом и украшенных серебряными вензелями, в виде треугольника с ветвью посередине стульев. Одну стену полностью занимал аквариум, который сразу же привлек внимание Анны. В аквариуме вились красные, фиолетовые и зеленые растения, с которых гроздьями свисали ракушки и моллюски, плавали стайки рыбешек, а на дне, среди камней, то переползая с место на место, то прижимаясь к прозрачной стене, своим огромным фиолетовым глазом таращился полутораметровый осьминог, переливаясь радужными цветами. Голову его украшала пушистая красная шапочка, из отверстия на голове то и дело выплескивалось сиреневое чернильное облачко с червеобразными живчиками, которые сразу же возвращались назад, в головную щель.
— Это парапитус-мистрогалюс с планеты Ихонита-Ахора, из системы Партон. Правда, симпатичный? И дружелюбный… Он скучает, — Крас постучал пальцем в стекло, состроив парапитусу козюлю, на которую тот состроил свою, используя вместо двух пальцев два щупальца. — Скоро у него появится подружка, которая сейчас на карантине. Наши ученые посчитали, что экологию планеты вид не нарушит, решили выпустить их в море. Наши моря и океаны быстро зарастают, а парапитусы съедают около центнера зелени в сутки. Возможно, когда-нибудь их вид станет новой разумной расой.
Он взял Анну за руку и усадил за стол. К ним подкатил внушительных размеров прорезиненный робот на колесиках. Крас сделал заказ, объясняя пристрастия инопланетянки на своем языке и почем-то полушепотом.
— Не позорь меня перед гостьей, — назидательно и недовольно проворчал робот. — Я робот третьего класса, а не дурень какой-нибудь!
— Мэлиот, ты лучше скажи, где ты был?! — нахмурился Крас — Мы тут минут десять уже дожидаемся.
— Упрашивал зазнайку Тино дать рецепты, привезенные с Земли, — робот-официант укатился за стойку, за которой располагался бар, а за ним арка, закрытая тяжелыми бархатными шторами в цвет обивки стульев.
— Роботы передают информацию друг другу еще быстрее, чем нам, — объяснил Крас, недовольно поморщившись. — С этими ребятами с голоду можно помереть… А это наш семейный герб, — похвастал он, кивнув на вензеля. — Он стоит на всех наших продуктах и товарах.
Анна не удержалась, встала из-за стола и заглянула за штору. 
Как это ни странно, за частью шторы оказалась стена, и дверь на шарнирах, раздвигающаяся в обе стороны. А дальше огромный зал, набитый кухонной техникой. Робот-официант, наверное, был шеф-поваром. Кроме него на кухне трудились еще восемь таких же роботов, резво снующих туда-сюда с разделочными досками, и два человека, которые о чем-то весело болтали, махнув в сторону холодильника, когда робот Мэлиот постоял над ними с упертыми в бока руками. Даже свой лифт был, он открылся как раз в тот момент, когда Анна заглянула в помещение кухни. Из лифта выкатилась огромная тележка с овощами и фруктами, сразу же отправленными под душ. На длинной плите что-то кипело, парилось, жарилось, пеклось, издавая миллион аппетитных ароматов.
— Это они кому?! — Анна замерла, наблюдая, как робот неподалеку ловко шинкует корнеплоды.
— В доме много людей… Те, кто смотрит за роботами, за садом, за порядком в доме, за животными… Они занимают выступающее крыло здания с другой стороны. Ну и… для людей на ферме… Там не так много человек, чтобы закупать отдельное оборудование. Производительность у этих ребят огромная, но, сколько бы ее ни было, они не могут одновременно жарить шашлык и взбивать масло для торта. — Крас постоял рядом, потом зашел за стойку, налил себе и ей сок.
И правда, робот, который только что привез тележку, загрузил ее контейнерами и укатил на лифте.
— А у вас большая семья? — Анна вернулась за стол, заметив, что робот Мэлиот загрузил тележку тарелками и теперь возвращается. — И чем занимаетесь?
— Четыре сестры и восемь братьев. Кто-то путешествует, кто-то учится, кто-то пробует силы в бизнесе, один назначен торговым послом. Я тебе про него говорил, это мой старший брат. Дед и отец — очень известные ученые. Мои предки когда-то начинали освоение Мирам, покинув планету Ламаоию в системе Отран и купив здесь один из материков. Сейчас земли много меньше, мы продаем ее тем, кто решил пустить здесь корни. Семейный бизнес курируют мама Лисса и бабушка Ора-Олина. Естественно, в какой-то степени мы все им помогаем. Недалеко живут три дяди и две тети по отцу, тоже с семьями — им принадлежит две трети нашего бизнеса. Предки по линии матери в основном занимаются исследованиями дальнего космоса и грузоперевозками.
— По твоим родителям не скажешь, что у них столько детей! — удивилась Анна.
— Для нашего дома это мало, — с досадой объяснил Крас.
Наконец, принесли еду. Анна почувствовала, что сильно проголодалась. От пищи исходили одуряющие запахи. Попробовать еду она решилась не сразу, с завистью наблюдая, как Крас резво уминает нечто, сильно напоминающее бисквитный торт.
— Это все съедобно и вкусно. Браслет поможет желудку адаптироваться, — успокоил он ее.
Воодушевленная примером, Анна наугад придвинула тарелку. В ней оказалась кисловато-сладкая взбитая масса, политая оранжевым сиропом и посыпанная зеленовато-фиолетовыми ягодами, которые лопались во рту, обжигая язык. Порции были маленькие, но радовало изобилие тарелок. Она вдруг поняла, что здорово проголодалась. Осмелев, попробовала второе блюдо. И третье…
— Уф, — Анна отодвинула последнюю тарелку. — Значит, мы живем в одной галактике?!
— Хуже, в одном содружестве. Правительница Айра — дочь Правителей Карсада и Катрин. У галактики есть красивое название — Аэльлоя. Перевод звучит примерно так: «Колыбель Создателя». Ну, это мы так считаем. В других галактиках думают точно так же.
— Будем заказывать что-то еще? — осведомился робот-официант.
— О, нет-нет! — отказалась Анна, подкрепив слова жестом.
— Вам не понравилось? — разочарованно осведомился Мэлиот.
— Что вы! Все было необыкновенно вкусно! — успокоила она. — Спасибо, но желудок у меня не резиновый… К сожалению…
— Но вы же почти ничего не попробовали! — мигая диодами, недоверчиво воскликнул робот.
— Это ничего?! — Анна развела руками, жестом указывая на груду маленьких тарелочек перед собой.
— По нашим меркам действительно ничего, особенно после перелета. Перемещение происходит за счет своей энергии, — усмехнулся Крас.
— Здра-а-авствуйте! — услышала Анна звонкий голос позади себя.
Она оглянулась. Рядом стояла огненно-рыжая девчушка, с золотисто-бронзовой кожей, один в один похожая на мать Краса Лиссу.
— Фу ты, кошмар пожаловал! — проворчал Крас, вытирая уголки губ салфеткой. — Что-то ты рановато… — он старался казаться равнодушным, но видимо, был привязан к девушке — в глазах промелькнули доброжелательные искры.
— А-а-а, — девушка махнула рукой, — нас отпустили. Мы на экскурсию ездили, — объяснила она, обращаясь уже к Анне. — Значит, заказывали только сладкое! — она осуждающе покачала головой, с прищуром покосившись на Краса. — Наверное, маме пожалуюсь…
— Ты меня обманул!!! — услышав ее, воскликнул робот-официант, уперевшись рукой о стол и требовательно нависнув над Красом.
— Мэлиот, клянусь, гостья на обед всегда ела у себя только сладкое… Ну или… я неверно информирован… — уличенный Крас свел брови, скорчив девушке страшное лицо. — Тогда, наверное, в море тебя больше никто не возьмет, — пригрозил он. — Это тоже запрещается!
Девушка испуганно вскинулась, замерла, испытующе сверля брата взглядом, потом испуганно взмолилась:
— Я же пошутила! — удивленно вскинула она брови. — Не возьмешь?!
— Я подумаю, — заговорщически подмигнув Анне, с сомнением произнес Крас, и сразу сник, заметив зависшего над собой робота.
Девчонка уселась за стол, сделала заказ, протянула руку.
— Лиа, Лиана, а тебя? — она слегка наклонила голову, прищуриваясь.
— Аня, — представилась Анна, пожимая хрупкую золотисто-бронзовую руку с голубыми ногтями. — Анна.
— Подождите меня, я скоро! — попросила Лия, заметив, что Крас встает и собирается уходить. Сердито бросила роботу, который обиженно убирал со стола тарелки. — Эх ты, ну что ж так долго?! Не успею же… Может, искупаемся?! — торопливо предложила она, заметив, что и Анна встает.
— Ешь, не торопись, — попросил Крас примирительно. — Нам нужно отдохнуть. Давай договоримся, ты оставишь нас на два часа… В покое. Мы еще не спали.
— А потом пойдем? — с вымученной покорностью согласилась Лиа.
Крас кивнул, потрепав сестру по волосам. Анна помахала Лие рукой, и Лиа, шмыгнув носом, переругиваясь с роботом, проводила их долгим взглядом.
 
По дороге в голубой холл Крас рассказывал о картинах, об оружии, о растениях, о назначении некоторых комнат, учил при необходимости обращаться к роботам и ориентироваться в доме, запоминая маршрут. Он по-джентельменски проводил ее до комнаты, которая предназначалась ей.
Ее комната оказалась почти такой же, как комната Краса, но потолок был не зеркальным, и визуально она выглядела не такой большой и высокой. Дверей, которые вели в другие комнаты, было три — в ванную, в гардеробную, и еще одна небольшая комната с окном оставалась пустой. Фонтан был сдвинут в угол, располагаясь напротив входа. Глубина бассейна не достигала и полметра, но по размерам он был вдвое больше. Очевидно, он был не встроен, а собран, чтобы порадовать гостью. Одну стену занимала мебель, на полу лежал бирюзово-мшистый ковер, на котором были разостланы еще коврики, но уже с узорами. Большой экран, много украшений и аксессуаров, повсюду цветы. На стол положили стопку модных журналов, по которым вполне можно было изучать анатомическое строение каждой расы.
Журналами Анна заинтересовалась, и сразу же принялась с любопытством их перелистывать. По каждой расе — тематическая подборка. Некоторые инопланетяне оказались такими страшными, что не приведи Господь — как диноторк, некоторые слишком красивые, точно ангелы, спустившиеся с небес, а были и похожие на обыкновенных людей. 
Прихватив с собой журналы, Анна добралась до кровати. Но листала она недолго — сон одолел ее сразу же, лишь смежила веки. И слегка удивилась, когда сладкий торжествующий голос позвал ее, рассекая подпространственный туннель, который засветился во тьме, с чем-то темным на другом конце бесконечного коридора…
 
Проснулась она от того, что кто-то осторожно трепал ее за плечо. Анна вздрогнула, открыв глаза. Рядом сидели Крас и Лиа, навалившаяся на брата, оба с веселыми лицами.
— Боже! Это не сон! — воскликнула она, схватившись за голову.
— Конечно не сон! — подтвердил Крас, доставая журнал из-под ее головы, и простодушно предложил: — Может, ущипнуть за ухо? У вас об этом часто пишут, как об очень эффективном средстве.
— Пишут, но не делают! — недовольно проворчала Анна, отказываясь от помощи. — Не очень-то вы похожи на сон. Долго я спала?
— Уговор был на два часа, но прошло четыре, — гордо похвалилась Лия. — Вы спали так сладко, что не хотелось будить. Ну, так как, идем купаться? — она перевела умоляющий взгляд на брата.
— Идем, — согласился Крас, потрепав сестру по голове. — Пора нашему гуманоиду ступить на мирамскую землю, — он заодно подбадривающе похлопал и Анну по одеялу, в том месте, где у нее должно было быть бедро. — Но сначала спустимся в столовую и подкрепимся. Я вас буду ждать внизу.
Заметив, что Анна остается под одеялом, он усмехнулся. Но сразу же отвернулся и вышел, заложив руки в карманы шорт.
Как только за ним закрылась дверь, Анна встала. В просторной ванной умылась, почистила зубы. Лия сопровождала ее, объясняя назначение предметов ухода за собой и правила пользования встроенной техникой. После, переговариваясь о том, о сем, не спеша спустились в уже знакомую гостиную-столовую между первым и вторым этажами, где их поджидал Крас.
На этот раз на столе стояли высокие стаканы и по одному пирожному, украшенному уж как-то слишком по-земному, рюшечками и розочками. Расправились с ними быстро, запивая соком свежевыжатых фруктов. Робот-официант на этот раз остался доволен. А через полчаса они стояли в огромном холле, высотой метров двадцать, длиной и шириной метров восемьдесят, отделанном перламутровым лабрадоритом, с отсветами в синих и зеленых тонах, перед огромными дверьми, в которые мог спокойно войти динозавр.
Здесь они остановились.
В торжественной обстановке Анне вручили темные очки и шляпу с огромными полями, какие уже красовались за спинами Краса и Лии, делая похожими их на ковбоев. С такой же торжественностью распахнули двери. Не всю, в дверях была дверь поменьше, как раз для человека. Сразу хлынул яркий свет. Но на этот раз Анна была готова. Когда глаза привыкли, она увидела, что они стоят на террасе с колоннами, покрытой голубым мрамором, с вкраплениями кристаллов, искрящимися всеми цветами радуги, перед широкой, с парапетом с той и с другой стороны лестницей. Лестница вела в чудесный сад с фонтанами и широкими дорожками, выложенными камнем и плиткой. А где-то там внизу, в просветах между деревьями, которыми порос склон с одной стороны парка, открывался вид на безбрежную водную гладь моря или океана.
Заметив, что Анна залюбовалась вкраплениями, Крас не удержался.
— Это кристаллический углерод, который у вас называют алмазами. У нас ведутся разработки этого камня, добыча и выращивание для промышленных нужд.
— Это настоящие бриллианты? — изумилась Анна.
— Ну, не совсем… Выращенные искусственно. Но в природных условиях. Натуральные камни используют на украшения. У нас этот камень не считается таким ценным, как у вас, он встречается повсеместно. На Крипте огневики выращивают его тоннами и отправляют к нам на обработку.
— А что у вас еще производят? Чем вообще занимается твоя семья?
— Ну-у, много чего. Из сырья и материалов, добытых огневиками и бажби, производят роботов, части космических кораблей, бытовую аппаратуру. Под водой или на газовом гиганте сложно построить завод. Но все же основная часть экспорта — продукты питания. И не только в систему Краас, но на некоторые другие планеты близлежащих звезд. Поэтому семьдесят процентов экономики — это перерабатывающие отрасли. А еще наша планета считается курортной. Всегда много отдыхающих и туристов, которые интересуются археологией. У нас несколько отелей на Пефроносе, и здесь, на Чаролин.
— А какое у вас население? — поинтересовалась Анна.
— Коренное — в основном, владельцы планеты и те, кто принял мирамское гражданство — около пятисот миллионов. Порядка трех миллиардов имеют вид на жительство или работают по контракту. Мы рассчитываем, что многие из них останутся. В среднем около пятисот миллионов отдыхающих. Популярной планета стала шестьдесят тысяч лет назад, когда прошел съезд ученых содружества.
— На Мирам было зарегистрировано рекордное количество гостей — подтвердила Лия. — Сорок с лишним миллиардов человек! Целый месяц планета гудела, как муравейник… Правда, мы еще тогда не родились… Теперь у нас и соревнования проходят каждый год, и разные слеты и съезды. У нас так заведено, что мы все состоим в каких-нибудь обществах и участвуем во всех соревнованиях, чтобы пригласить людей к себе, если у них там что-то затевается… Но мы так не одни делаем, — с обидой пожаловалась она.
— И понадобилось три года, чтобы провести восстановительные работы. Мы тогда взяли огромный кредит. Но затраты окупились. Именно после того съезда планета получила мощный толчок к развитию. Теперь желающих заключить с нами контракт значительно больше, чем требуется.
— А раньше сюда не хотели ехать?
— Закон афинити… Планет много. Всем хочется туда, где лучше. Реклама — двигатель торговли.
— А много в системе Краас освоенных планет?
— Две возле Ани — Мирам и Кепракас. Семь возле Краас — Прокус, Перакс, Эон, Роя Келлот, Крипта и Метрус. Всего девять. Для тебя и меня подойдут только четыре. Прокус — планета-столица системы Краас, Перакс, Мирам и Кепракас. Эон и Роя заняты диноторками — там пастбища динозавров. Келлот обжита бажби — это водная планета. На Крипте живут огневики. Метрус — огромная планета стратегического назначения. В свое время Правитель Карсад и его демон произвели на Метрусе воду для всех обитаемых планет в системе. И теперь там накапливается вода, которую периодически скачивают на Перакс или на Келлот, или продают.
Лия кивнул на роботов, расчищающих дорожки. Человек, который руководил роботами, поздоровался с Красом и Лией. Собранные ветви деревьев загружали в комбайн, который выплевывал смазанные чем-то опилки. Опилки грузили на тележки и увозили к деревьям, подсыпая к корням.   
— Здесь иногда бывают такие ураганы и шторма, носа не высунешь! — Лия обошла поваленное дерево. — Ужас, что тут вчера было!
В небе, кроме солнца Краас, которое казалось чуть меньше солнца Земли, зависли две сине-зеленые луны. А по обоим сторонам дорожки, по которой они шли, фантастические, необычные, всех оттенков растения пестрели таким многоцветием, что рябило в глазах. Ветви дерев и кустов гнулись под тяжестью цветов и сочных спелых плодов. То тут, то там сновали какие-то зверьки, множество птиц с цветным оперением облепили ветви.
Анна уже давно несла босоножки в руках. Плитка, по которой они шли, отдавала приятной прохладой. По одну сторону дорожки били фонтаны, подпоясанные ореолом яркой радуги, по другую, на постаментах, стояли высеченные из мрамора скульптуры, среди которых Анна внезапно заметила изваяние каменного Краса — в самом конце. Не осталось сомнений, что это аллея предков Ха-Пхат, под каждой скульптурой была прибита золотая пластина с выгравированными письменами. Краса она бы и не заметила, но он возле скульптуры остановился, протер надпись носовым платком, переживая о необходимости передвинуть ее в щель между двумя скульптурами в самом начале.
— Если все будем передвигать, твоя рано или поздно все равно окажется в конце… — расстроила его Лия, которая то и дело забегала вперед, поторапливая их.  
Теперь, когда они отошли от дома на значительное расстояние, высокое белоснежное здание с огромным стеклянным куполом вместо крыши, утопающее в зелени и подернутое маревом испарений, казалось легким и воздушным, как мираж. Жара, с тяжелым густым воздухом, насыщенным водяными парами, стояла неимоверная. Крас, несмотря на то, что за полдником проглотил несколько пирожных, то и дело срывал плоды, предлагая их Анне. Были среди них и кислые, и сладкие, и терпкие, и пряные. Некоторые по вкусу чем-то напоминали земные растения.
И Крас, и Лия, адаптированные к мирамским условиям, чувствовали себя превосходно, тогда как Анна изнывала от зноя — лоб вспотел, соленые капли пота стекали со лба, рубашка, пропитавшись потом, не успевала высохнуть на легком ветерке без прохлады. Анна подставляла голову под струи каждого фонтана, чтобы охладиться, рискуя простудиться. Вода в фонтанах наоборот, была обжигающе холодная.
— Как на экваторе… — проворчала она, тяжело дыша. — Как вы переносите такую жару?!
— Здесь не экватор, мы на сороковой параллели. Примерно на полпути между экватором и полюсом, — рассмеялся Крас.
— Что же у вас на экваторе творится?! — проворчала Анна.
— Да почти то же, что и здесь. Может быть, выше на один — два градуса. Иногда там прохладнее, — ответил Крас, сочувствуя ей. — Зря, наверное, мы выбрали самый дальний маршрут, нам хотелось показать тебе природу и океан.
— Наверное, зря… — согласилась Анна, в очередной раз, позволяя брызгам облить ее с ног до головы. — Мне не до природы, не свариться бы вкрутую… А как так, нашим ученым еще ни разу не удалось обнаружить живую планету, а у вас почти все обитаемы? — удивилась она.
— Ну… Когда мы находим свободные звезды, почти всегда так… Живой планету делают Правители, — усмехнулся Крас. — Взять, например, ваш Марс… Возможно, когда-то на нем была жизнь, но теперь пустыня. Первым делом мы выпустили бы огненных драконов и василисков, чтобы они изменили скорость его вращения и орбиту. Потом заселили бы зелеными водорослями и микроорганизмами. А дальше растения и животный мир… Вы не можете свои собственные планеты изучить, а Правителям ничего не стоит заменить одну планету на другую. Звезды империи находятся в разных концах галактики, или в другой, как в империи Катрин, но между ними есть мосты, туннели переходов, порталы. Через подпространство попасть с одной звезду на другую можно за несколько часов. И так же передвинуть планету.
Наконец, пересекли тенистую аллею и оказались на берегу песчаного пляжа. Сырой и соленый ветер с океана чуть разогнал жару.
— Ой, а я не могу купаться, у меня купальника нет! — спохватилась Анна, покраснев до кончика волос. Она только сейчас сообразила, что ничего не взяла с собой, кроме того, что на ней было надето.
— А что, разве кроме верхней одежды на тебе больше ничего нет? — подмигивая обоими глазами по очереди, ехидно поинтересовался Крас.
— Почему… Есть… — ответила Анна, покраснев еще больше. — Но нижнее белье не предназначено для купания. И как это я не подумала?! — расстроилась она, окинув взглядом нарядную Лию, которая уже сбросила с себя шорты и футболку, оставшись в бикини.
— Было бы о чем переживать! — весело воскликнула Лиа. — Пусть сначала искупается Крас, а когда пойдет за флаером, искупаемся мы. А потом отправимся в гипермаркет. Я всегда там одеваюсь! Там найдем все, что нам нужно, а не найдем, закажем, — Лиа умоляюще посмотрела на брата.
Но Крас не собирался спорить. Он сбросил одежду и, подобрав перламутровую ракушку с причудливым узором, протянул ее Анне. Анна невольно залюбовалось его золотисто-бронзовым телом и с трудом перевела взгляд на ракушку.
— У нас тоже есть… — кивнула она. — Были. Такие экземпляры теперь, наверное, редкость. Мне, право, неудобно… — начала Анна, но Крас перебил ее.
— Успокойся, она думает не о тебе, — он щелкнул Лию по носу. — Мечтает потолкаться среди инопланетян, — он повернулся к Анне. — Твоя одежда несколько устарела — на пару миллиардов лет. У нас давно не используют ядовитые красители. Мой пращур Ора-Олина сейчас на Пефроносе, в столице Мурун, занимается отправкой продукции на Эон. Я думаю, она будет рада, если мы ее навестим, тем более, что она нас приглашала. Вечером во время ужина соберется все семья, чтобы поздравить меня с удачным возвращением и тебя, с первым космическим приключением. Нужно выглядеть соответствующе. Нас просто-напросто не поймут, если мы не приоденем тебя. Так принято! — твердо настоял он.
— Он прав, — призналась Лиа, тряхнув красномедными кудряшками, которые на солнце горели, как огонь. — Я люблю заводить знакомства — в будущем пригодится. И потом, не будешь же ты ходить в одном и том же сегодня, завтра и все дни, которые проведешь на Мирам?! Это не гигиенично. Вот увидишь, вечером ты будешь самой красивой девушкой, которые были у моего брата! Крас у нас перспективный, с ним все носятся, — пожаловалась она. — Девчонки дружат со мной специально, чтобы к нему подобраться. И все время просят передать записки…
— Ты хочешь сказать, что у меня много соперниц?! — шутливо поинтересовалась Анна.
Крас разбежался, высоко подпрыгнул и ушел под воду, не поднимая брызг. Вынырнул он так далеко, что его едва было видно. Потом, рассекая воду плавными движениями, поплыл обратно.
— Плюй! Он уже всех их бросил по два раза! — успокоила ее Лия. — Ты первая его девушка с другой планеты!
— Его девушка? — пробормотала Анна, на мгновение растерявшись. — Теперь ты предлагаешь, чтобы он бросил меня?! — наигранно-возмущенно усмехнулась она.
— Ну… нет, но… Ладно, они все его бросили — по два раза! — Лия злорадно прищурилась. — Пусть теперь кусают локти! — она устроилась на песке, зарываясь в него. — А сколько тебе лет?
— Восемнадцать, — Анна присела рядом, сгребая в сторону верхний горячий песок, с удовольствием сунув ноги во влажный слой. — Недавно исполнилось.
— А мне четырнадцать, — Лиа задумалась. — Но если наш год длиннее, то, наверное, столько же. Мы вообще-то с Красом дружно живем, но уж слишком он любит учить, а я этого не переношу, — пожаловалась она. — Ты его не слушай, пропускай мимо ушей, а то умрешь от тоски… Поэтому его и бросают. Но это оттого, что он стеснительный. Это он красуется, а как до дела дошло, из него слова не вытянуть!
— Чему ты ее учишь?! — услышали они голос подкравшегося Краса. Анна от неожиданности вздрогнула. — Это что, бунт?!
— Я не учу, я объясняю суть вещей. Учить — твоя стезя! — Лиа подтолкнула брата с напускной обидой. — Иди уже! А то мы расплавимся по твоей милости.
Крас не спеша оделся. Предупредив, что будет минут через тридцать, ушел в сторону дома.
Лиа оказалась не только живой, но и очень любопытной. Пока плавали в прозрачной воде, соревнуясь, кто дольше продержится без воздуха, она расспрашивала Анну обо всем. О Солнце, о Земле, о друзьях, о людях, которые жили где-то там далеко. Анна вдруг забыла, где находится. Не отставая от Лии, она с криком помахала рукой трем флаерам, которые промчались над водой, почти касаясь поверхности. Лия хорошо плавала, чувствуя себя в воде, как рыба. И могла долго оставаться на глубине, удерживаясь за водоросли. Оказавшись в проливе, Лия вдруг остановилась, а после, высматривая что-то в глубине, начала бить руками по воде и кричать.
Минуты через три к ним поднялось существо, которое едва ли могло называться человеком.
— Это мой друг, бажби Руд-Руд, — поманила она Анну поближе. — Не бойся.
Бажби действительно напоминали… осьминогов. Лысая голова с множеством змееобразных отростков, выпуклые глаза и две дырки носа, закрытые жаберными пластинами, ротовая щель. Все тело — как одна крепкая мышца. Шесть ног, похожих на щупальца, два щупальца-руки, с межпальцевыми перепонками. Он проплыл вокруг них, потом крутанул ногами, пролетев по поверхности воды, как торпеда, мгновенно оказавшись в сотне метров.
— А я и не боюсь… — запоздало пробормотала Анна, успокаиваясь.
— Им скоро выдадут постоянное жительство на Келлот. Здесь они собирают моллюсков, поставляя в магазины. У нас их очень любят, — Лия нырнула, исчезнув в глубинных зарослях. И вынырнула через пару минут с ракушкой в руке. — Попробуй!
— А как?! — Анна повертела в руках плотно закрытый моллюск. И чуть не выронила, когда сзади до нее дотронулось что-то холодное.
Бажби Руд-Руд взял моллюска из ее рук, придавил одним пальцем, придавил вторым, сделал небольшое усилие — чпок! — и ракушка открылась. Он протянул Анне створки моллюска, наполненные золотистой мякотью. Мякоть оказалась со сливочно-грибным вкусом, и растаяла во рту, как кусочек подсоленного масла.
— А с луком и сыром бывают? — облизнулась Анна, заметив в глубине шесты, с которых ракушки свисали гроздьями.
— Ты имеешь в виду — бывают ли они разные по вкусу? Бывают, — застенчиво и слишком высоким голосом, почти свистя, произнес Руд-Руд, вынырнув сбоку.
— Они сначала одного вкуса, потом другого, потом третьего… Их по размеру подбирают и по количеству полосок на раковине. А старые, которые вот такие, — Лия развела руки на полметра, — твердые. Там у них мясо… И тоже не одинаковое по вкусу. Если жарить на огне, пальчики оближешь!
Бажби издал какой-то звук, похожий одновременно и на свист, и на шипение, и исчез под водой.
— Бажби не все одинаковые. Есть похожие на нас, которые могут долго жить на суше, только недалеко от воды, а есть, которые на сушу поднимаются лишь по необходимости. И есть те, которые живут на воде. Там дальше целый остров, — объяснила Лия, высматривая друга в воде. — Руд-Руд из тех, что постоянно живут в воде. А если выбираются на сушу, то надевают специальные костюмы, как скафандр. У них и флаеры специальные, заполненные водой. Здесь им тяжело, давление низкое.
Руд-Руд вынырнул быстро и раскрыл еще четыре моллюска. На этот раз вкус действительно оказался другим, с перчинкой, с привкусом мускатного ореха.
Наплескавшись вдоволь в теплой воде, неохотно вылезли на берег, заметив, что на песок опустился белый флаер продолговатой формы с иллюминаторами и прижатыми крыльями. Попрощались с бажби, который проводил их до берега.
Лия сразу же объяснила, что флаеры летают с помощью гравитационных полей. Тот, который стоял на берегу, использовали для полетов в пространстве планет и межпланетных перемещений в пределах одной звездной системы. А были специальные флаеры, предназначенные для космических перелетов, со встроенными аэлранами, которые могли войти в подпространство, чтобы за несколько часов оказаться на другом краю галактики. Для развития такой скорости нужен был хороший предварительный разгон, причем в противоположную по направлению сторону, и хороший пилот, который мог, перемещаясь от звезды к звезде, обогнуть ядро галактики. В основном при перемещении пользовались заданными маршрутами, разработанными Правителями, используя готовые пути, а скорость не превышала тысячи километров в атмосфере планет и половины от световой при межпланетном сообщении. В подпространстве скорость значительно возрастала, как квадрат скорости в пространстве, но как такое было возможно, Анна так и не смогла понять.
Опустился трап, в проходе показался Крас.
— Идите быстрее, — позвал он, поторопив. — Ора-Олина ждет нас в торговом центре!
Анна поднялась по трапу в салон и осмотрелась. Снаружи флаер казался небольшим, но внутри был просторным. У иллюминаторов стояли удобные кресла, всего восемь, и два у панели управления.
— Садись сюда, — позвал Крас, указав Анне на кресло рядом с креслом пилота.
Лиа окинула его подозрительным взглядом, закалывая волосы.
— У вас любовь? Что-то раньше я не замечала такой избирательной галантности! — сделала она для себя не двузначный вывод. — Я сразу догадалась!
— Да ну тебя! — отмахнулся Крас, смутившись. — Вечно одни глупости на уме!
— О-о-о! А что мы так оба в лице изменились?! — продолжала допытываться Лиа, помогая Анне пристегнуть себя ремнем безопасности и попутно издеваясь над братом. — Почему, как только начинаешь говорить о любви, все шипят? — обратилась она с вопросом уже к Анне. — Любовь — это светлое чувство, радоваться надо и гордиться. Так мама говорит.
— А хоть бы и так! — с вызовом ответил Крас, тоже пристегиваясь. — Это чувство сугубо личного характера. И всяких неудачниц, которым с этим чувством не везет, не касается! Не думаю, что я или Аня нуждаемся в твоих советах… Или в наблюдательности.
— Это жестоко! Это подло! Меня никто не бросал! — до глубины души возмутилась Лиа, плюхнувшись в кресло в салоне и тоже пристегиваясь. — Если мне намекают на маленького пухленького Роя, то это в корне неверное суждение! Это я сама отказалась идти с ним на вечеринку!.. Я же не знала, что Рада вцепится в него, так что не оторвать! — она надулась и отвернулась.
Крас с усмешкой бросил взгляд на сестру. Длинные его пальцы быстрыми движениями пробежали по клавишам, на экране обзорного вида загорелись цифровые значения.
— Не обращай внимания, — посоветовал он Анне. — Она вечно пытается свести меня со своими подружками… Или представить как монстра, поедающие женские сердца.
Флаер двигался быстро и беззвучно. И вдруг резко взмыл вверх. Земля сразу же осталась далеко внизу, за дымкой облаков, опрокинувшись небом вниз. На Мирам не было огромных океанов. На водной глади во множестве рассеялись острова и полоски земли с высокими шпилями гор, укрытых снежными шапками. Небольшие материки плавно переходили один в другой, испещренные озерами, реками и морями. Совсем как на глобусе, который Крас показал на Земле, но теперь планета была настоящая, с синими водными просторами, с зелеными лесами и тучными пастбищами, с миллионами диких животных, с белыми облаками, розовыми с того краю, где всходило огромное мирамское багряное солнце Ани.
 
Обогнув материк Чаролин, пролетели над океаном Гросса, над островами Гаско, пересекли море Дэв, достигнув берегов Пефроноса. Достигли горной гряды и оказались за нею — и Анна ахнула.
Их встретил огромный город, утопающий в зелени. Мурун тянулся вдоль прибрежной полосы моря Нарн на сотни километров. Здесь располагались курорты и дома отдыха с уютными гостиницами и отелями, с посадочными площадками для летательных аппаратов, с зависающими в воздухе мостами, с музеями, иные под открытым небом, с библиотеками, жилыми комплексами и богатыми усадьбами.  Предпочтение в отделке отдавалось белому цвету — с высоты город казался белым облаком в зеленом море.
Здесь Крас снизился и сбавил скорость, давая Анне возможность полюбоваться величественной архитектурой. 
Возможно, Крас был прав — инопланетяне любили грандиозные и бесполезные постройки. Здесь были не только пирамиды и сфинксы, но и крылатые ангелы, и страшные чудовища, и титаны, и другие символы вселенной во всем ее многообразии. Даже Черная Дыра с кольцом по кругу из множества звезд, которые удерживались непонятно как. Некоторые из высеченных скульптур достигали величины самых высоких зданий.
Путь от одного материка до другого занял не больше часа — флаер двигался над водной гладью с немыслимой скоростью. И мягко затормозил, зависнув в воздухе, дожидаясь свободной площадки для приземления. Крас перевел управление на автомат — теперь флаером управляли с земли. Спустя десять минут оказались на земле. Подкатил робот-автомобиль, который частично по земле, частично по воздуху доставил их к многоэтажному зданию без начала и конца, которое растворилось где-то в вышине.
— Ну вот, — хмыкнул Крас, пренебрежительно ухмыльнувшись. — Это наш торговый центр! Средненький. Самые большие в столице империи на Валеране, в системе Таруса. Ну, еще можно слетать на Прокус, это недалеко, — Крас кивнул в небо. — Там стоит его дворец… Одно крыло дворца… А самые огромные на Огре, в столице содружества… Там живут все Правители Олеома!
— Правитель Карсад может жить сразу на нескольких планетах, или даже на звезде, — похвасталась Лиа, подтвердив слова Краса, сказанные на Земле. — У него такой дворец, который одним крылом там, другим там, третьим там.
— Или на Сорее, это в космосе, где проходят заседания Галактического Совета, — добавил Крас. — Но представлены не все… Империя Гидра давно не участвует в заседаниях, ее представляет империя Катрин, так что у Правительницы Катрин два голоса.
— Я уже знаю… — ответила Анна Лие и взглянула на Краса. — Неужели они такие могущественные?! — удивилась она, на этот раз, не сомневаясь в его словах.
— Не то слово… Многие из них жили до рождения вселенной, которую мы видим. У Правителей есть сила, которой они могут сдвинуть звезду с орбиты или взорвать Черную Дыру, и меч защиты, которым они могут убить демона или другого Правителя.
— А полукровки?
— Ну, это чудовища, которые родились после. Они несут или только силу, обычно, это женщины, или меч защиты — мужчины. И они смертны. Чтобы получить власть, многие из них убивают тех, кто дал им жизнь. Своих женщин они ищут по всей галактике и удерживают насильно, чтобы они выкачивали звезду и передавали им силу.
— Если это их дети, почему бы не помочь им? — удивилась Анна.
— Настоящие Правители рождаются лишь от Правителей. Прежде чем строить свою империю, они учатся миллиарды лет, а полукровки — как люди. И ведут себя, как ваши правители. И демоны никогда не сотрудничают с ними.
— Если полукровки могут достать демона, почему не могут Правители?
— Демоны приходят к полукровкам сами. Точно никто не знает, как это происходит и почему. Может быть, Правители знают, но о своих делах нам они не докладывают, — не слишком заинтригованно ответил Крас.  
— Все равно не понимаю… Если свободных звезд много, почему бы не объединиться с полукровками?
— Полукровки не способны уходить в подпространство или напрямую обратиться к Создателю и учиться у Него, — поддержала брата Лия. — Им не под силу дать планетам воду. Они пользуются готовыми переходами, готовыми формами жизни. Это паразиты.
— Ну не знаю… Сначала наплодили, потом обозвали паразитами и сделали изгоями, — осудила Анна. — Я на них не в обиде. При них был хоть какой-то порядок.
— Тьфу, тьфу, тьфу, — Крас трижды плюнул через плечо. — Вспомни свою планету, сколько бед натворили! Зачем надо было уничтожать цивилизацию, чтобы потом создать избранное общество и миллионы подневольных рабов?
— Ну… Если бы им дали развернуться, могло бы быть по-другому. До их экономики нам еще далеко. Одна треть населения их империи полностью обеспечивала государство, а все остальные страны учились. И, в общем-то, никто тогда на жизнь не жаловался. Люди ходили по земле без страха. Я вот думаю, три ангела, которые обратили в соль Содом и Гоморру, не те ли самые полукровки были? По времени совпадает. Пришли, проверили, наказали.
— Не забывай, у вас есть Правитель Айра, — напомнил Крас. — Ее империя когда-то была одной из самых могущественных, как империя Карсад.
— И где она?! — с пренебрежением бросила Анна.
— Ее лишили меча и силы, закрыв на одной из планет. Возможно, на той самой, на которой живешь ты! — поучительно заметил Крас. — Если это так, то планету все это время охраняли демон и сама Айра, помогая вам вспомнить ваше прошлое и смело идти в будущее. А полукровки бросили народ, оставив его нищим и озлобленным. Ты только что сказала: пришли, проверили, наказали… — у них нет единства со своим народом. Они не могут передать нам свою силу и меч, они сами по себе, а люди сами по себе.
— Ну, умирать никому не хочется. Они ушли, когда народ процветал и вполне мог обойтись без них. То, что не справились мы, а это уже другой вопрос, — заспорила Анна. — Они сформировали культуру, которая продержалась еще три тысячи лет, пока мы сами не отказались от нее, чтобы поклониться костям и праху обычного человека, который едва ли дотягивал до экстрасенса.
— Я тут третья лишняя? — возмутилась Лия, забегая вперед, чтобы напомнить о себе. — Я совершенно не понимаю, о чем вы толкуете! Мы в торговом центре, а не в суде и ни на занятиях по цивилизациям! Ты, братец, хочешь, чтобы и Аня тебя бросила?! — укорила она брата.
— И все же, я останусь при своем мнении, — Крас остановился перед входом, строго взглянув на сестру.
— А я при своем! — упрямо заявила Анна, пройдя мимо и бросив косой взгляд черед плечо.
— Тогда вы друг друга стоите, — сделала вывод Лия и рассмеялась.
 
Первые этажи торгового центра занимали скоростные лифты, сложно устроенные эскалаторы, переходы с одного этажа на другой с помощью порталов и указатели. Мимо проплывали упакованные товары, которые носильщики по желанию покупателей доставляли на флаеры. Входили и выходили абстрактномыслящие, образуя небольшие заторы. Их путь лежал по эскалатору, который Крас выбрал специально, чтобы подняться через все этажи.
На следующих нескольких этажах возле мало понятных машин и механизмов толпилась такая разномастная публика, что Анна начисто забыла обо всем и прослушала объяснения Краса, который пытался ей втолковать, чем один флаер отличается от другого, и какие бывают энергоносители. Лия не успевала объяснять, кто есть кто, и что есть что. Здесь, пожалуй, были представители всех рас, которые имелись в содружестве и в галактике. Не сказать, чтобы слишком страшные, но от некоторых Анна поначалу шарахалась, обливаясь кровью от непроизвольно накатывающего страха. Были такие, которые притягивали взгляд, будто гипнотизировали. Несколько раз браслет пульсировал, посылая сигналы — ее сканируют. Скорее всего, из чистого любопытства.
Еще несколько этажей занимали роботы и бытовая техника. И можно было не топать к нужному павильону ногами, а встать на ленту. С разными скоростями ленты двигались в противоположные стороны, по три в ряд, чтобы можно было легко переступить с одной на другую. Или опять же, воспользоваться порталом. Еще несколько этажей под завязку были забиты строительными материалами. Далее следовала мебель. Из дерева — самая дорогая, пластиковая более дешевая. Или смешанного типа, надувная, материализующаяся по желанию, мягкая, плетеная…
Над каждым павильоном горел товарный логотип с указанием производителя, времени существования фирмы, с именами именитых граждан империи, которые воспользовались услугами фирмы. Здесь ненадолго задержались, глазея по сторонам.
Не сказать, чтобы к посетителям приставали, но если уж кто-то проявил любопытство, то держись — потенциального покупателя тут же, как по команде, обступали дизайнер, программист и торговый менеджер. Товар предлагали не менее навязчиво, чем на земле.
Крас затащил их в кафе, угостив крепким напитком и подобием фруктового мороженого. В кафе было прохладно и немноголюдно. И тихо… будто попали в другое измерение. 
Когда ноги перестали ныть, поднялись еще на несколько этажей со всякой всячиной, разыскав Ору-Олину. Она подвела их к какому-то аппарату, которым просканировали руку (или браслет и руку!) и Анны, и Лии, и Краса, сообщив, что теперь у Краса и Лии на счету по три сотни ар, а у Анны пятьсот. Итого тысячу сто ар на троих.
Не сказать, что Анна обрадовалась, поскольку весьма сомневалась, что это правильно. Попробовала отказаться, но Ора-Олина лишь улыбнулась, заметив, что на свете не было ни одного человека, который бы отказался от благодеяния Правителя Карсада. Сумма была чуть меньше положенных подъемных, но это и не мудрено: Анна попала в империю вроде как помимо воли, но пока не как переселенец. А те триста ар, выданные Красу и Лие, были пожертвованы исключительно с благой целью пресечь домогательство в получении кредита у частного лица. Ора-Алина нисколько не сомневалась, что, не имея собственных денег, и Крас, и Лия попытаются воспользоваться добротой и наивностью Анны. Она предупредила ее об этом громко, чтобы слышали Крас и Лия, посоветовав вызвать на защиту или ее, или закон, который обязательно окажется на ее стороне.
Когда Ора-Олина удалилась, присмирившие в ее присутствии Крас и Лия выдали такую бурю эмоций, что Анне пришлось оттащить их в сторону, чтобы не привлекать внимание и не пугать степенных покупателей. Здесь людей было поменьше, чем на предыдущих этажах — фаянс, всех оттенков и форм, не часто меняли, но и здесь был народ.
— Три сотни ар! Три сотни ар! — Лия смотрела на свою руку, будто она стала золотой.
— Давайте так, — деловито предложил Крас. — Я отдаю вам всю одежду, какая у меня есть — и мы покупаем карманный аэлран! Здорово, да!
Сразу раскрасневшаяся Лия возмутилась до глубины души.
— А это не хочешь?! — она сердито сунула Красу под нос две фиги. — Бабушка Ора-Олина именно это и имела в виду!
Возмущенная и раскрасневшаяся Лия выглядела теперь, как фурия. Она взяла Анну за руку и потянула за собой. Красный, как рак, Крас поплелся за ними.
Поднявшись еще на несколько этажей с картинами, светильниками и посудой, уже нигде не задерживаясь, оказались на этаже готовой одежды. Теперь Анна понимала Лию, сочувствуя Красу от всего сердца. От нарядно одетых манекенов разбегались глаза. Почти как в журналах в ее комнате.
Лия сразу направилась в те помещения, где продавали готовую одежду на их расу. Миловидные женщины обмеряли их со всех сторон, просканировали и усадили в удобные кресла, поставив на столики перед ними чашки цветочного напитка. И как по волшебству перед ними предстал стилист-консультант, который разложил на столики красочные каталоги. Он поздоровался, представился — и сразу на небольшой подиум вышли три Лии и три Анны, демонстрируя одежду.
Анна смотрела на себя со стороны впервые, тогда как Лия, видимо, к этому привыкла. Анна еще стеснялась, изучая себя, а Лия придирчиво осматривала то, что было на ней надето, живо обсуждая наряды с новым знакомым, который подбирал то одно платье, то другое, подавая знаки своим помощницам. Крас, потерявший всякую надежду заполучить аэлран, не переставая тяжело вздыхать, без особого желания включился в выбор гардероба для девушек, делая колкие замечания, в основном в адрес копий Лии, но доставалось и копиям Анны.
— А ар — это много? — поинтересовалась Анна.
— Ар немного, но триста ар — это планетарный флаер. На тысячу можно купить стационарный аэлран или межпланетный флаер. На десять тысяч ферму с небольшим участком земли на любом материке, кроме Пефроноса. Средняя заработная плата наемного рабочего сто тридцать ар в месяц, на которые он может прожить безбедно с многодетной семьей, выплатить кредит по жилью и отложить пятнадцать ар на старость.
— Это много! — рассудила Анна. И внезапно изменилась в лице, заметив на табло загоревшуюся сумму. — Это платье стоит сто ар?! У вас вся одежда такая дорогая?!
— Нет… только от производителя, который ее разрабатывал… Аня, ты идешь у моего братца на поводу! — Лия рассердилась. — Он строит тебе глазки, а сам думает, как заполучить аэлран, чтобы везде ему завидовали… Ему Тино купили! Он знаешь, сколько стоит?! Сто пятьдесят тысяч ар!
— Тино не аэлран! — воззвал Крас к совести Лии. — Он робот-поисковик! Я же не могу везде таскать его за собой! Это боевая машина в одну единицу!
Наверное, это было неправильно — потратить на наряды целое состояние. Пятьсот ар теперь казались Анне такой же огромной суммой, как пятьсот тысяч рублей. И вряд ли ей позволят взять платья с собой, на Землю. Остаться здесь, ей даже не приходило в голову, она вдруг почувствовала, что уже скучает по Земле, по матери. Но если вдруг оставаться, может, как раз стоило бы купить что-нибудь более существенное — например, ту самую ферму? Пусть не ферму, небольшую комнатушку. Не будет же она вечно жить в доме, в котором всего лишь гостья.
Естественно, Крас мог не отдать долг… 
Анна с любопытством взглянула на молодого эльфа, который раскраснелся и пыхтел, как паровоз, и грыз от досады ноготь. Ладно, в конце концов, она ничего не теряет, кроме нескольких дней, в которые была бы золушкой на балу. И лучше уж не привыкать, будет не так обидно, когда часы пробьют полночь. 
— Лия, а здесь нет чего-нибудь попроще? — спросила Анна, с грустью шмыгнув носом, провожая взглядом свою копию в умопомрачительном вечернем платье. — Пожалуй, я бы тоже не отказалась иметь аэлран… А вдруг мне разрешат прилетать к вам в гости? — несмело предложила она. — Если сложить наши ары… 
— Ну… — Лия сникла, с упреком взглянула на брата, уши которого навострились и развернулись в их сторону, в то время, как он старательно отводил взгляд. — Ты мой должник! — погрозила она ему. И тут же пошепталась с продавцом-стилистом, который заговорщически ей подмигнул.
И сразу на подиум вышли три Лии и три Анны точно в таких же нарядах, как только что, но цена упала в десять раз.
— Это не оригиналы, — объяснила Лия, кивнув на подиум. — Но материал не хуже и пошив по качеству не уступает… Будем смотреть?
— Будем! — благодарно кивнул Крас, на радостях расцеловав обеих девушек. Лию в голову, Анну в плечо. — Создатель, неужели ты переменил обо мне свое мнение?! — помолился он, сложив руки лодочкой и воззвав к небу. — Аня, Лия… девушки, я ваш навеки! Ани, солнышко мое любимое, если тебе не позволят остаться, я отправлюсь на твою планету умирать вместе с тобой! — горячо пообещал он.  
— Не продавайся, как Лорка, за сосиску! — пожурила его Анна. — Мы еще можем передумать… Ловлю на слове!
— Вот-вот! — поддержала ее все еще недовольная Лия.
 
Глава 6. К стене! Это ограбление!
Одежда для Анны едва уместилась в четырех огромных пакетах, которые тащил Крас, галантно предложивший свои услуги. И в один пакет уложились наряды Лии.
Перед тем, как выйти из павильона, Анна переоделась. На переодевании настояла Лия, чтобы необычная ее одежда не привлекала взгляды зевак. Теперь на ней были светло-лиловая футболка, сиреневые шорты, легкий пиджак такого же цвета с естественным охлаждением и немного бижутерии. Босоножки сменили удобные женские кроссовки в цвет футболки. О том, что лежит в нарядных пакетах, Анна боялась даже думать. Три вечерних платья, несколько комплектов нижнего белья и три купальника, три костюма, туфли на шпильках и повседневная одежда на любой случай жизни. И на все потратили около шестидесяти ар.
Продавец долго мял в руках ее рубашку и юбку, то рассматривая на глаз, то на свет, то на ощупь, то пробуя на зуб, заметно волнуясь. Анна не сразу сообразила, что он пытается определить, из чего изготовлена одежда.
— Синтетика, — полушутя, полусерьезно объяснила она, складывая ее в сумку.
В новой одежде Анна чувствовала себя непривычно, но встречные действительно на них оглядываться перестали. По крайне мере, она знала, что все это смотрится круто. Девушки на подиуме, точные ее копии, выглядели обалденно. Теперь она знала, что и сероватая пломба не так заметна, издалека зубы выглядели белыми — и она улыбалась, когда улыбались ей. И прическу поменяла без всякого сожаления. А Крас, наконец, отмыл волосы до своей естественной белизны. Для стрижки и маникюра ее отвели в удобный салон, посредством тех же виртуальных голографических девушек предварительно обсудив все мыслимые и немыслимые варианты укладки, которые позволяла стрижка.
Анна немного удивилась, когда в новой одежде перед ней предстали Крас и Лиа. Поторговавшись с продавцом, оба оставили консультанту свою одежду, довольно потирая руки. А продавец, как это ни странно, выписал им чек на двести восемьдесят ар. На этот раз оба выглядели серьезными и чем-то сильно озабоченными, и к тому же отказались потратить на доставку покупок к флаеру даже пять реев.
— Теперь хватит… — просиял Крас.
— Ох, братец, ты мне душу заложил! — тяжело повздыхала Лия.
— Это вы о чем? — не поняла Анна, рассматривая их новый прикид.
— Мы посовещались и решили, что если покупать аэлран, то новой модели, с помощью которого можно добраться до любой планеты в галактике. А я вам, — Крас кивнул на Лию, — потом закрою долг! — он хитро прищурился. — Если у нас будет код твоей планеты, вытащить твою маму не составит труда! Тебя ведь только она держит, больше ничего?
— Нет, но… — Анна внезапно задумалась. Наверное, это было то же самое, что получить визу в Америку — огромный торговый центр выглядел потрясающе, но это был всего лишь торговый центр, набитый товарами, которыми пользуется человек.
— Не сомневайся, — обнадежила ее Лия. — Крас умный, а еще мы можем попросить Кира. Он умнее. Мы ее вытащим!
 
На лифте спустились на несколько этажей, оказавшись в павильонах, где выставлялись электроника и роботы. Аэлраны продавали в отдельном охраняемом помещении, где Крас долго и придирчиво рассматривал каждый прибор. Выбор его остановился на аэлране в виде браслета за тысячу триста ар. Поторговавшись с продавцом, смогли снизить цену до тысячи двухсот пятидесяти ар — это все, что было на протосчетах с учетом карманных не потраченных ар школьных завтраков Лии. Теперь смотри на ладонь, не смотри — ладони у всех троих снова были просто ладонями.
Аэлран проверили и опробовали, зарядив кристаллическими батарейками с гарантией на десять лет. В целях рекламы консультанты закачали в аэлран несколько звездных карт с координатами планет содружества, подходящих обладателю. Оказывается, иметь аэлран разрешалось далеко не каждому. Многим позволяли только такие аэлраны, в которых прописывались все допустимые передвижения, а чтобы добавить новый маршрут, приходилось регистрировать его дополнительно. Сам аэлран считался чуть ли не оружием, который позволял беспрепятственно проникать на чужую территорию, поэтому на многие аэлраны требовалось специальное разрешение. Но у Краса, который учился на Огре, предъявив свою ладонь, на которой где-то и как-то было это запечатлено, такое разрешение было.
Счастливый Крас примерил его на руку. Аэлран обхватил запястье и… — перестал быть видимым.
— Видали! Видали! — задыхаясь от счастья, возбужденно воскликнул он, протягивая им руку. Глаза его засветились голубым огнем. — Он имеет те же параметры, что и браслет защиты! — и тут же уткнулся в инструкцию.
Лия лишь скривилась. Анна снисходительно похлопала его по спине, дожидаясь, когда Крас перестанет задавать консультанту вопросы. 
 
— Айне бат маха! Сиран вориэль машлэн!
Крик пронесся под сводами павильона — и сразу стало тесно. Прямо из пространства выскакивали люди в черных масках. Размахивая трубчатым оружием, почти таким же, как то, что было в сериале у диноторка в руке, они резали стекло витрин, сгребая в сумку все, что было внутри стеклянных шкафов. Побледневшие продавцы с поднятыми руками, испуганно поворачивались спиной, прижимая руки к стене, не сделав ни одной попытки противостоять бандитам.
Крас оттолкнул Лию и Анну, закрывая собой, прошептал горячо в ухо:
— Это ограбление… Не шевелитесь… Подонки… Сейчас все закончится!
— Все как у нас! — Анна напугалась до смерти, но не смогла не усмехнуться. Выглядели они довольно глупо, а она… Фортуна продолжала метать в нее молнии!
— Айхарен! Айхарен! Кин карен зе засотэ… Дран! Дран!
— Серимн… Миа хай хэштак…
Люди в черном отступили в их сторону, когда через дверь ворвались еще люди в синей форме и бронежилетах, наступая на грабителей. Оттащив от стены Лию и Анну, прикрываясь ими, как щитом, один за другим бандиты начали исчезать. Анна с ужасом смотрела в нацеленное на нее оружие, снова начиная сомневаться, что все это происходит на самом деле. Лия громко и истошно закричала, когда Крас, выбив у двух нападавших оружие, бросился к ним на помощь. Краса ударили сзади, он повалился. Анна заметила это лишь краем глаза — и Крас, и Лия занялись голубым огнем. Две сильные руки обхватили ее сзади, стреляя из-под ее руки, и прямо перед лицом качнулось еще одно дуло…
И вдруг Анна почувствовала, что летит…
 
 
На этот раз страха не было. Была неосознанная тревога. Голос пришел, но с легкой насмешкой.
— Праздник продолжается?! — усмехнулся он, испытывая явное удовлетворение.
— Меня что, похитили?! — удивилась она, скорее тому, что слышит свои мысли, как речь. Произнести их вслух оказалось нечем.
— Может быть… Согласись, увлекательнейшее путешествие!
— Верни меня назад! — потребовала она, начиная злиться.
— Вернись! — подзадорил голос, издеваясь. — Боги могут вернуться и из другой вселенной!
— Я не Бог! — чуть не заплакала Анна, вдруг с отчетливой ясностью вспомнив последние минуты перед полетом.
— Ты наполовину Бог. А пути Богов неисповедимы!
— Ты чего несешь?! — почти взвизгнула Анна, заметив, что летит она облачком. Нет, она чувствовала и руки, и ноги, и все остальное тело, но далеко от себя. Конечности, ровно как тело, ей не принадлежали, сильно поотстав. 
— Позволь спросить, а как должен родиться Бог?! — озабоченно поинтересовался тот, который смахивал на шизофрению.
— Не знаю… — призналась Анна, невольно призадумавшись. Мысли ее в этом полете были несколько заторможенными, но память осталась при ней. Болезнь, которая пыталась рассуждать, здорово ее напугала.
Впереди вдруг взорвался салют, и тут же остался позади с мириадами светляков. И еще один салют…
— Ну вот! С днем рождения тебя! С днем рожденья тебя! С днем рожденья, милый Бо-о-ог, с днем рожденья тебя! — прогремел голос на всю вселенную и закончил петь тихо, будто теперь пытался ее обратно усыпить. 
Явное издевательство привело Анну в замешательство. Скорее, напугало. Не потерять бы хвост! И снова неожиданное открытие — тот, который шутил, сам по себе был нечто застывшее. Она двигалась с огромной скоростью, а он оставался. Мериться с ним силой, наверное, было бессмысленно: он был всюду и нигде — и весь мир для него махонькая капля.
— Мира нет. Боль приходит ко мне отовсюду. Сердце Правителей слышит только свой голос, — голос устало вздохнул. — Мои слова наталкиваются на стену непонимания. Звезды умирают одна за другой. Каждая капля крови стоит меча или силы.
— Зачем ты мне это говоришь?!
Анна и растерялась, и немного напугалась, внезапно разуверившись в том, что хочет вернуться, остаться или лететь вперед. Здесь не было дома — перекресток миров, два пути — назад, в ту вселенную, откуда она пришла, или туда, где голос становился вселенной. Еще был третий — в Бездну.
Но откуда она это знала?
— Я хочу… Это омерзительно, вот так, — брезгливо выдавила она из себя, пытаясь нащупать источник звука.
— Ха-ха-ха… — несколько неожиданный смех, который прозвучал отовсюду и сразу. — Мирись, мирись — и больше не дерись! — слова пришли, как ветер, пощекотав ее. — Твой друг был бы мертв, если бы я не указал ему путь. И будет мертв, если все оставить как есть!
Пространство уплотнилось, впереди образовалась воронка, которая всасывала ее…
— А-а-а! — в ужасе закричала Анна, проваливаясь в нее.
 
Она опрокинулась, придавив кого-то, кто стоял позади. Ее вырвало. Рядом лежали Крас и Лия, связанные по рукам и ногам. Ее тут же скрутили, чем-то липким залепив рот и глаза, но нажать на браслете дополнительные функции переводчика, которые работали в режиме повышенной опасности, она успела. Теперь браслет именно переводил, вкладывая слова в уши, мгновенно расшифровывая и запоминая новый язык, вытаскивая миллион одинаково звучавших слов и пробивая его по смыслу следующих. Перевод приходил чуть позже, на пару секунд.
— Все?! — голос прозвучал тревожно.
— Нет, семеро убитых, двое раненых. Зато у нас сорок три аэлрана и кодовые ключи.
— В первую очередь, нам нужна вода, растения и животные. Надо их срочно зарегистрировать, пока эта груда аэлранов не стала бесполезным хламом. Перебейте серийные номера и оставьте на Сцерцаните — там бывают лишь патрули. И соблюдайте осторожность… По воронке они их в раз засекут. Тише едем, дальше будем.
— Понял… Ушел!
— А это кто?
— Мы взяли их в торговом центре. Выхода не было. Но нас действительно не ждали… И защита отключилась! Именно отключилась! 
— Богатенькие, одежда из миркса!
Краса подняли, выворачивая футболку наизнанку. Анна почувствовала, как его протаскивают по ее ногам. Затем пришла очередь ее и Лии. 
— Не-а, подделка, товарный знак отсутствует. Но хорошая подделка! Процентов десять — миркс!
— Богатенькие могли бы заплатить выкуп, — предложил еще один голос. — Может, попробуем?
Судя по голосам, рядом было не менее семи человек. Голоса возбужденные и озабоченные. По крайне мере, похоже, похитителям пока было не до пленников.
— С карсадовских даже выкуп брать в падлу, — скрипучий голос пришел откуда-то из-за спины. — Они стрелки переведут, сильно пожалеем.
— Согласен, вряд ли их кто-то станет выкупать. Опять нарвемся на службу безопасности. На руднике они нам нужнее. Если на них браслеты защиты, не сдохнут, — кто-то из присутствующих сплюнул.
— Дети еще… Это эльфы, толку от них… Не продать. Сам знаешь, эльфов и браслет не спасает, задохнутся!
— Года три протянут… У нас тоже дети. Наших не жалеют. Карсад выжигает наши планеты вместе с нами, — голос был злой, но Анна уловила нотки отчаяния. — Чтоб он подавился кровью!
— Не будем торопиться. На плече у пацана знак Галактической Школы. Если он что-то знает, пригодится. Надо показать его правителям.
Двое сразу присвистнули. Анна уловила возле себя легкое движение воздуха. Кто-то снова склонился над Красом, изучая татуировку.
— Не часто к нам попадают такие большие люди! Может, он сам за себя заплатит?
— Она не из содружества… Во всяком случае, не из империи Карсад. Генетический код сильно отличается.
Голос озабоченный. Кто-то грубо схватил Анну за челюсть, поворачивая в ту и в другую сторону.
— Поищи по справочнику, — попросил еще один голос, предостерегая от поспешных выводов.
— Сам не догадался… В справочнике такого кода нет. Сильно смахивает на подпись Айры… Много тяжелых металлов, свинец, ртуть… Господи, уран… 
— Она с урановых рудников?
— Она… не из галактики… Концы волос обесцвечены перекисью водорода… И… соединения… ужас!
Долгое молчание. Анну укололи еще раз, доставая кровь, выдернули волос.
— Если она из империи Гидра, нам здорово повезло! — выдохнул один из похитителей. — Мы все перепробовали — попасть в нее можно только через дворец Правителя империи Катрин.
— Я читал об империи Гидра в архивах. Там сотни планет, на которых есть вода. Говорят, у безбашенного Осирия получилось, он скачал почти всю атмосферу с кислородом и чуть ли не океан воды! Там еще до фига осталось, хватит на пару планет. Если бы нам удалось расшифровать параметры Гидры…
— Через генетический код? Это вряд ли, — не согласились с ним.
— А спросить у безбашенного не судьба?! Кто это такой? Пусть поделится секретом! — голос насмешливый. 
— Меченосец. Не знаю, он пропал… Говорят, на той планете и остался с людьми. Похоже, закрыли, пока они устанавливали оборудование. Пробиться туда не смогли.
— Может, по картам?! Если знать точное местоположение…
Снова тяжелое молчание.
— Есть! Точно вам говорю — Гидра! — голос прозвучал радостно. — Не инициирована, много примести, но подпись Айры!
— Пусть сами решают, что с ней делать. Мне платят, я достаю. Будет заказ, будем думать. Нам за них отвалят кругленькую сумму!
Всех троих подняли и, толкая вперед, куда-то повели.
 
Переход был долгим. В нос набивался песок, дышать становилось тяжело. Хотелось пить. Часа три удалось поспать, после того, как их сунули в вонючий продуваемый сарай, дав по три глотка воды — и, наконец, разрешили сходить в туалет. Анна перепугалась, когда сильные руки стянули с нее шорты, усадив на ведро. Но минут через десять ее подняли и водрузили шорты на место.
В вонючем сарае их продержали, наверное, пару суток, потом погрузили во флаер.
На этот раз полет длился часов пять. И сразу после этого сняли повязку с глаз, со рта, освободили руки, бросив на пол. Дышать было нечем, легкие оставались пустыми, голову наполняла свинцовая тяжесть, слизистые высохли. Анна едва смогла приподнять голову и тут же в ужасе зажмурилась, обливаясь холодным потом.
Не иначе, они находились в подземелье пещеры. Стены были из природного камня, неровные, в основном песчаник. К виду инопланетян Анна привыкла еще в торговом центре, но контраст был разительный. Людей в пещере оказалось много — и женщины, и мужчины, по большей части одетые в защитные балахоны с капюшонами землянистого цвета. Были среди них и дети. Кроме нее и Лии в клетке сидели еще восемь обессилевших женщин, напротив несколько мужчин, среди которых она с трудом узнала Краса. Видимо, его били — по лицу бежала кровь, тело в кровоподтеках и синяках.
Лия выглядела не лучше. Волосы спутались, одежда в грязи, пропитавшаяся мочой. Возле клеток столпились зеваки, тыча в новеньких пальцами, подтрунивая и посмеиваясь, вызывающе нагло прицениваясь. Кто-то плюнул с дикой ненавистью в глазах, стараясь дотянуться сквозь прутья, схватив одну из женщин за волосы и, притянув, вцепился ей в горло. Охранник с плетью едва успевал отгонять обозленных людей.
Анна освободила ноги, помогая освободиться от пут Лие, усаживая ее в дальний конец, потом помогла одной из женщин по очереди оттащить от края клетки остальных женщин. Часть пленниц были из содружества, которое ей ни о чем не говорило, двоих, которые выглядели получше остальных, привезли для перепродажи, как рабынь, и одну для обмена.
Мутный взгляд Лии сильно ее напугал. Одна из женщин провела рукой у ее лба, и взгляд несколько прояснился.
— Где мы? — тихо спросила Анна, прижимая голову Лии к себе.
— Не знаю, — Лия всхлипнула, размазывая слезы. — В плену у полукровок!
— Ну-ну, — она погладила Лию по спине, успокаивая. — Вот увидишь, вас с Красом выкупят!
— Нет, — в отчаянии выкрикнула Лия. Слезы текли из ее глаз в три ручья. — Правитель Карсад переговоры с преступниками не ведет. Брата отправят на рудники добывать воду, а нас сделают матками по производству рабочей силы…
— Лия… — Анна запнулась, заметив, как к ним прислушиваются. Она прижала ее к себе, прошептав на ухо. — А аэлран?
Лия вдруг изменилась в лице, судорожно сжав запястье.
— Нужен код планеты, на которой мы находимся, — прохрипела она с отчаянием. — Без начальных координат аэлран не будет работать! Тино нас не найдет, — он покачала головой, горько всхлипнув. — Я уверена, они уже заметают следы.
Видимо, Лия держалась только благодаря браслету защиты. Она была наполовину эльфийской расы, которая без воды и воздуха жить не умела. И почти захлебывалась, тяжело хватая воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Крас чувствовал себя не лучше. Слава богу, остальные пленники чувствовали себя сносно.
Анна посадила Лию, похлопав ее легонько по щекам.
— Дыши! Глубоко и ровно! Повторяй за мной! — Анна вздохнула раза три, позволив воздуху достичь дня легких. — Дыши! — приказала она, заметив, что Крас приподнялся и наблюдает за ними.
Лия тяжело вздохнула, прогоняя воздух через легкие.
— Спокойнее… — Анна тихо улыбнулась, давая ей время успокоиться. — Тогда его нужно достать, — твердо проговорила она. — Если аэлран все еще у Краса, есть надежда. А теперь, давай, улыбнись брату, пусть знает, что мы в порядке!
Лиа всхлипнула, но помахала рукой, кивнув утвердительно. И тут же согнулась в рвотных потугах, заметив тарелку с живыми червями и яйцами насекомых, которую протолкнули сквозь железные прутья.
Со всех сторон раздались смешки. Разбирая тарелки, усмехнулись даже те, кто сидел с ними в одной клетке, внезапно осознав, почему эльфов не берут в плен.
Видимо был обед. Люди, в пещере по очереди подходили к корзине и отходили, рассаживаясь группами, с аппетитом поглощая ту же самую еду и о чем-то переговариваясь. Некоторые поджаривали червей на сковородке, как семечки. На них перестали обращать внимание.
— Лиа, у них больше нет ничего… Надо поесть, — Анна улыбнулась, скрывая отвращение. — У нас тоже едят червей и личинки насекомых… Говорят, это вкусно, много белка… Кому-то нравится… — заметив в тарелке стаканчик с водой, она достала его и протянула Лие. — Пей. Похоже, воды у них тоже нет. И кислорода…
— Я домой хочу! — всхлипнула Лиа, жадно проглотив воду. И тут же спохватилась, передавая свой стаканчик Анне. — Тебе тоже нужна вода…
— Мне не так… — Анна все же сделала глоток, заставив себя остановиться, приказала твердым голосом: — Пей! Если не раскисать, то будем! — произнесла она, подталкивая тарелку к Лие. — Закрой глаза, представь, что это моллюск.
Справиться со своим собственным отвращением удалось не сразу. Яйца лопались во рту, оставляя кисловатый привкус. Черви не имели вкуса вовсе, на зубах оставался песок. Потом она устроилась на безопасном расстоянии от прутьев и прижала Лию к себе, укладывая спать. Пришлось несколько раз повторить с нею упражнение. Лия заснула.
Спустя пару часов Анна заметила, что люди в пещере меняются часто. Как на вокзале. Собирались и выходили группами, и группами заходили, но уже другие. Скорее всего, перевалочный пункт. Здесь они надолго не задержатся, вряд ли правители-полукровки жили в таких местах.
Работорговля шла бойко. Трех женщин вывели из клетки, ощупывая мышцы и проверив зубы, увели в неизвестном направлении. Следом за ними вывели четырех мужчин, теперь там остался только Крас. Похоже, он потерял сознание. Интересно, как он собирался совершать подвиги, если даже на обитаемой планете не сумел выжить?! И сразу же заметила, что у многих в нос вставлены трубочки, которые выходили из-под капюшона. Значит, и местные не все выдерживали отсутствие кислорода.
 
Анна не ошиблась. На следующий день, на этот раз не закрывая глаз и рта, разве что надели на них респираторы, снова запихнули в клетку.
На этот раз воды дали по целому стакану…
И долго везли по каменистой пустыне с потрескавшейся землей.
Открытый драндулет, больше похожий на большое корыто, сильно трясло. Гусеницы то и дело слетали с колес, пока, наконец, их не бросили рядом с тесными клетками. Видимо, корыто использовалось для переброски рабов — одна большая клетка была поделена на пять отсеков, в которые поместились бы не больше пяти человек. Возможно, чтобы избежать сговора и побега, но на этот раз все они были пустыми, кроме двух, в которые поместили Анну и Лию, и отдельно Краса. Краса оставили связанным, теперь ему приходилось еще хуже, чем раньше. Мало того, что глаза и рот ему завязали, так еще сверху надели точно такой же респиратор, как у всех, который защищал его нос, но даже на первый взгляд респиратор казался старым и забитый пылью.  
После того, как гусеницы сняли, страшная тряска умотала даже охранников. Часть из них предпочла идти пешком, толкая странное корыто сзади. Причина, почему его не бросают, стала понятна сразу же: перед трещинами транспортное средство ненадолго останавливалось, отрывалось от земли и перелетало через расщелину в земле, как дирижабль, но не на воздушной подушке, а на гравитационно-магнитных полях, оставляя на земле выжженный след. Иной раз трещины уходили в землю на десятки метров, разверзаясь на три — пять метров в ширину. Не иначе, землетрясения здесь были частыми.
Флаер вырос перед ними внезапно.
Там их уже ждали. Всем троим снова дали воды, поделились водой с охранниками.
Краса и Лию осмотрели, у Анны взяли на пробу кровь, проткнув палец. Долго изучали голографический график, который приятно удивил покупателей. Они расплатились пластиной, отдаленно напоминающей пластиковую карту, но по виду она выглядела металлической. Заметно нервничая, похитители проверили пластину, оставшись не то, чтобы довольными, скорее, облегченно вздохнувшими. Сухо распрощались, повернув назад, не дожидаясь, когда покупатели отправятся восвояси.
 Анну, Лию и Краса погрузили в грузовой отсек флаера. Дышать сразу стало легче, воздух поступал дополнительно. Освободили от пут Краса, но Анне пришлось парой пощечин вывести его из полузабытья, чтобы убедиться, что он все еще живой. Лия тоже теперь дышала ровно, стараясь набрать в легкие больше воздуха.
— Это кто меня так?! — Крас пошевелил челюстью, ощупывая ее.
— Я, — призналась Анна. — Надо же было как-то привести тебя в чувство.
— Пожалуй, я на тебе не женюсь… Даже не думал, что у женщин бывает удар такой силы … А если я схожу налево?! Ты же убьешь! — Крас зачем-то прослезился. — Ой, девчонки, я вас так рад видеть… Вы как?! — обрадовался он, пытаясь подняться в положение сидя. 
— Нормально, — за обоих ответила Анна, помогая ему. — А может и не я…
Она почему-то подумала, что сильного отека после легкой пощечины остаться не могло. И синяки с его лица еще не сошли.
— А жаль! — усмехнулась она. — За обманутые надежды можно было вдарить так же.
Лия сразу же разрыдалась, как маленькая девочка, подползая к брату, уткнувшись в его грудь, теряя драгоценную жидкость.
— Лия, я вытащу вас, обещаю, — мягко попросил Крас. — Мы выберемся!
Анна горестно вздохнула, приваливаясь к стене.
— Красивые были у меня… платья!
— О них не стоит переживать, их доставят по адресу, указанному в анкете. Нам бы только достать код планеты, — Крас пощупал запястье. — Плохо, что я не могу считывать его с информационного поля, как Тино. Пожалуй, в этом мире без такого секьюрити не стоит выходить из дома… Сейчас бы уже вспоминали опасное приключение, — помечтал он. 
— А как его можно достать? — поинтересовалась Анна. — В смысле, код.
— Считать с другого аэлрана… Если им кто-то пользовался. Аэлраны, как ваш сотовый телефон, пока не заблокирована симка, звони хоть кто, хоть куда. И записная книжка есть. Можно попробовать снять информацию с флаера, но это вряд ли. Флаер в карман не положишь, сильная защита от угона, нужны дополнительные коды доступа. И кодировка на них другая.
— Отпадает, у нас ни того, ни другого. Похоже, они сильно напуганы Карсадом, — заметила Анна. —Нас который день куда-то ведут и везут, и все это с такими маскировками, — она оскалилась. —  За то время, что мы провели на флаере, можно было три раза облететь галактику. Но объясни мне, если у них есть флаер, зачем нужно было тащить нас по пустыне?! Не проще было приземлиться рядом?!
— Согласен, это космический перелет, — кивнул Крас. — Флаеры не планетарные. Значит, мы высадились где угодно, и можем оказаться где угодно. А тащили нас по пустыне, — расстроено проговорил он, — чтобы нас не обнаружил тот же Тино. Попробуй-ка, найди, где они стартовали! Теперь я понимаю, почему надо мной посмеялся мой друг, который раньше жил на планете с полукровками… Он сказал: «Тино классный робот, но если ты с его помощью собираешься найти звезду, ты дурак! Полукровки не хуже Правителей маскируют свои звезды!». Но тогда мне это казалось таким естественным… Я дурак! Я всегда думал, что они где сели, там и стартуют, и надо только идти, идти по их следу. Нет, ну, если скачивают воду… Воду же не спрячешь?
— Крас, ты еще не понял, что мы в плену?! — сердито набросилась на него Лия, размазав слезы по щеке. — Где ты там видел воду?! Если они и качают ее, то в подземные резервуары, перегоняют по трубам, снова скачивают, а где-то вывозят флаерами… Нам даже пить дают глотками! Ты мечтал о Тино, и тебе подарили его в день рождение. У тебя была круглая дата, ты сдал экзамены, к нам в гости прилетели бабушка и дедушка мамы… Кир стал послом, мама подписала контракт с каффанцами, а тут еще демон Карсада пожал папе руку… Никто и не думает, что ты найдешь звезду, мы лишь хотели, чтобы ты не забыл про свой день рождения! Тино самый умный робот, он уже давно окупил себя, помогая советами и маме, и бабушке, и часто заглядывая на производственные комплексы…
Накричав на Краса, Лия сразу успокоилась. Наверное, у нее открылось второе дыхание. С минуту Крас и Анна смотрели на нее с вытянутыми лицами, пытаясь разобраться в причинах, побудивших ее наброситься на Краса. И когда Лия перестала шмыгать носом, уставившись на них в ожидании, сочли лучшим промолчать.
— Ну да, если все так просто, почему бы самим Правителям не найти звезду? — посочувствовала Анна Красу, стараясь не наступить на больную мозоль, но высказать солидарность с воспрянувшей духом Лией. — Где еще может быть код?
— Думаю, на случай опасности, код где-то записан, — раздумывая, подавленно проговорил Крас. —   Здесь они от охраны уходят, заметают следу, чтобы их не смогли обнаружить, а в другом месте могут запросто вести себя так же беспечно, как мы. Коды в аэлранах часто выдавливаются последующими перелетами или сбиваются, когда происходит автоматическая перезагрузка. Мы часто так делаем, чтобы вычислить аэлраны, которые работают в режиме постоянного включения, или отсечь те, которые добыты нечестным путем.
— Значит, код где-то существует. Вряд ли они не оставили себе путь к отступлению, — согласилась Анна. — Еще не все потеряно.
— И вот еще что, — спохватился испуганно Крас. — Наши имена должны оставаться в строжайшем секрете. Были случаи возврата клонов, которые в точности соответствовали похищенным.
Анна замерла на полуслове, забыв закрыть рот. Лия согласно кивнула.
— Нас учат этому на первых курсах начального образования, — подтвердила Лия с мрачно отрешенным видом. При воспоминании о доме, о родителях, из глаз ее снова покатились слезы. Она размазала их по щеке рукой. — Имена разрешено открывать в крайнем случае. Мы теперь Лия и Крас Харэши. Тебе будет легко запомнить. Обычно обращение похитителей за выкупом выводит их на имперские службы безопасности. И тогда у нас есть шанс, демон Правителя Карсада сам займется нашими поисками. Он просто прочитает мысли похитителя, а после заберет нас. Но обычно люди, которые приходят за выкупом, не знают, где мы и кто передал послание. Они могут использовать кого угодно, хоть тех же клонов. Конечно, можно назвать себя, но предки не удержатся от искушения вернуть нас.
— Как, клоны?! — выдавила из себя Анна.
— Полукровки часто выдают их за похищенных, получая выкуп, — объяснил Крас, тяжело вздохнув, — Клоны живут недолго, биологические часы сильно сдвинуты, но за то время, пока их принимают за нас, успевают столько натворить! Можно вернуться в дом с мертвецами. Поэтому никто не торгуется… У нас тут все на самом высоком уровне, это галактика! — не удержался и пошутил он.
— Это полукровкам ничего не даст, охрана безопасности уже работает с нашими родственниками, — с неприязнью вставила Лия. — Заметила, они даже не спрашивали у нас имена!  
Флаер тряхнуло, и он остановился. Все трое сразу примолкли в тревожном ожидании. Клетка с пленниками съехала по трапу. Теперь они стояли на берегу небольшого горного озера, в котором скапливалась талая вода. Значит, вода была, но немного. Недалеко от озера возвышался каменный замок, больше похожий на груду скал. Возможно, его строили с таким расчетом, чтобы невозможно было засечь с высоты.
На этот раз им дали как следует напиться, облив сверху чем-то вроде шампуня, по очереди искупали, не снимая одежды, отвели в помещение. Еще через полчаса принесли жареную рыбу.
— Ну, кажется, жизнь налаживается… — истерично хохотнула Анна. — У мамы будет приступ, когда я вдруг не вернусь.
— С нашими предками будет то же самое, — тяжело вздохнул Крас. Он попробовал рыбу, запивая водой. — Понятно, что нас ищут, но вряд ли есть надежда. Извини, что втянул тебя, — выглядел он виновато. — Нам бы минуты три, и нас бы там не было…
— Я так хочу домой, — вздрагивая всем телом, снова заплакала Лия, роняя слезы в тарелку с рыбой. — Ой, что будет, что будет!
— Не мы, так другие, — проворчала Анна, не переставая гладить Лию. — Мы оказались не в том месте, не в то время… Но других, того же продавца, уже давно бы перепродали. У тебя знак на плече… — вспомнила она. — А я их генетикой заинтересовала. Черт, кажется, ты был прав. Помнишь, ты говорил про нападение? Они скачали на нашей планете атмосферу. Наверное, в момент нападения кислорода было ноль, но за десять тысяч лет он восстановился.
— Это знак Галактической Школы, я уже говорил. Мы исследователи, любой может оказаться на чужой территории. Между Правителями существует договор, который разрешает нам обратиться за помощью и обязывает их вернуть нас в империю.
— Вот-вот… Или нас вернут, или пытать тебя будут, что да где да как… — проворчала Анна, меряя камеру шагами, заложив руки за спину. 
Крас заметно побледнел, подавившись рыбой.
— Меня тоже будут! — посочувствовала она себе. — Они думают, что я знаю, как попасть в империю Гидра. Мой мир по моей вине вдруг оказался под угрозой, внезапно открывая объятия необъятному космосу… Слава богу, что я не блещу знаниями!
— Это невозможно, — уверенно заявил Крас. — Империя Гидра закрыта для всех, даже для Правителей!
— Но ты же как-то прорвался! — напомнила Анна. — Смог ты, смогут и они. И этот… Осирий… И не предупредить!
— Если найдем код этой чертовой планеты, предупредишь, — Крас заметно сник, потеряв загар окончательно.
— Как? — Анна развела руками. — Вы знаете, я тут, дорогие мои земляки, подложила вам свинью — и большие гуманоиды — очень большие! — мчат по моим следам, чтобы забрать воду и обратить вас в рабов… Как уже однажды было… Да меня тут же запрут в желтом доме!.. В сумасшедшем доме, — пояснила она, заметив непонимание в глазах. — Надолго! Пока из меня мысли о нападении не выставят! А когда придут, мне кажется, кто-то будет даже рад. Так у нас фашистов встречали — с цветами, с хлебом и солью, с музыкой…
— Ублюдки! — согласился Крас. — А все из-за полукровок! — перевел он стрелки, заметив, что Анна смотрит на него не по-доброму.
— Ну, знаешь! — оборвала его Анна. — Их тоже понять можно. Видел трещины в земле? Это засуха. Ей не год и не два. Я по телевизору видела, в Австралии. Ну, раз в сто меньше. А там по десять лет дождя не бывает! Наплодили, выбросили за борт и добивают. Если Правители такие могущественные, почему бы им не заключить перемирие ради тех же звезд?
— Это не люди, им нельзя ничего давать. Стоит им окрепнуть, как они тут же будут искать новую жертву, — цинично заметил Крас.
— Типичный фанатизм, который поднимал и Гитлера, и Сталина, и Муссолини, — развела Анна руками, осуждающе смерив его взглядом.
— Ты на чьей стороне?! — опешил Крас, забыв, где находится. — Вот оно! То самое! Мы, между прочим, в плену у этих самых обиженных и угнетенных!
— Я?! На своей! — не собираясь на этот раз уступать, с отвращением бросила Анна. — И тебе не советую махать красной тряпкой! Сдается мне, что вас не выжить учат, а положить себя за империю… — зло бросила она. — Нам главное выбраться. И пусть ваш Карсад, если он такой могучий, сам с ними разбирается! Во времена полукровок по-разному жили, но кто им ноги целовал, тот был в почете.
— Что ты предлагаешь? — вскинулся Крас.
— Внедрится! Достать код! Вернуться домой! — хладнокровно заявила Анна, зачем-то вспомнив агента 007.
— Согласен. Но чем я могу быть полезен полукровкам? — Крас недоуменно пожал плечами, вытягиваясь на нарах, которые оказались ему малы.
— Ты на каком курсе? Ну… в Галактической Школе… На девятом? Вас же чему-то учили!
— Теоретически? — Крас пожал плечами. — Всему, что может встретиться в космосе, — скис он. — Зубрили имена Правителей, — он загнул палец. — Системы — кто где, способы и последовательность окультуривания или возрождения планет… Пути перехода. Генетические особенности, ну и… подписи Правителей… Было выживание в экстремальных условиях, в отсутствии воды и воздуха… И практика… На полигонах. Но сдается мне, что как-то неправильно учили, — признал он. — Еще сутки — и я бы умер! Про полукровок рассказывали… Мол, вы, ребята, им не попадайтесь, а схватят, молчите, как партизаны, или бегите при первом удобном случае… — Крас постучал кулаком в прочную стену, проверяя ее на прочность. — Тогда это казалось возможным, здесь у меня другое впечатление сложилось.
— Ну вот, давай, выживай, — подала голос Лия, свернувшись калачиком и уткнувшись в подушку, набитую песком. — Я им совсем-совсем не нужна, они меня убьют!
— Не убьют, мы им военные секреты не выдадим! — подбодрила ее Анна. — Им вода нужна. Тебе что-нибудь известно об этом?
— В принципе, не так много, — пожал плечами Крас, принимая положение сидя. — Метановая планета, сильное электромагнитное поле, несколько термоядерных катализаторов, слияние ядер, опять же природные катализаторы… На остывшей планете запустить такой механизм невозможно. Мы находим подходящую планету, Правители открывают порталы в хранилища — и вода заливает планету, собираясь в низинах и впадинах. Предварительно планету прогревают, задают параметры орбит… Как правило, в моря и океаны с водой попадает много метана, который при остывании опускается на дно, а при повышении температур тает и поднимается на поверхность, несколько подкисляя воду, но создавая благоприятную среду для растительности. Растительность преобразует углеродные соединения в органику, связывая углерод. И вот, пожалуйста, получите планету на заселение.
— Это ближе к тому, чтобы подобраться к Правителям и к коду, — Анна покачала головой. — Но все это они знают, информация не стоит выеденного яйца. Это не выход… Выход в том, чтобы примирить враждующие силы. Каждая капля крови стоит меча или силы…
Она вдруг застыла, уставившись в пространство, немного напугав Краса.
— Ты же их видела! Ты знаешь теперь, какими способами они действуют, — воскликнул он возмущенно.
— А у них есть другие пути? — Анна вышла из своей прострации. — Я слышала, Правитель Карсад сжег несколько планет?
— Не он, драконы и василиски… — сердито воскликнул Крас. — Они уничтожили планету бажби на Айране, заразив воду какой-то химической дрянью. Это самый беззащитный народ, который даже в торговый центр приходит в скафандрах! Что они им сделали?! — возмущенно повысил он голос.
— Драконы и василиски? Мощное оружие… — кивнула Анна. — Думаю, в отместку. Когда-то и здесь была вода. А куда ж она подевалась?
— Ну, вы что-то уже решили? — всхлипнула Лия. — От того, что вы скандалите, как два надоевших друг другу супруга, лучше не будет!
— Мы не можем, мы не знаем, что от нас потребуют, — тяжело вздохнул Крас. — Спи!.. Воду могли выкачать. Так часто делают, чтобы загнать полукровку в угол и заставить оставить звезду. Нападать на них бывает опасно, полукровки никогда не ходят поодиночке, кроме того, среди них встречаются сильные воины и носительницы силы. Так можно настроить против себя звезду.
— Значит, постоять за себя умеют! Не Карсад ли отдал приказ слить ее?! Это самый настоящий грабеж! — констатировала Анна, присаживаясь рядом с Красом. — А сам ты видел когда-нибудь Правителя?
— Я? Да, много раз. И на Прокусе, и на Валеране. Отец всегда брал нас с собой на ежегодный имперский бал, который проходит одновременно везде, где есть крыло дворца Правителя Карсада. Он открывает его. И на Огре… Правители содружества часто посещают то заведение, в котором я учусь. Мы их надежда на новые звезды.
— И что они собой представляют? — полюбопытствовала Анна.
— Ну… — Крас запнулся. — Например, Правитель Карсад может принимать любую форму… Но обычно, как человек… Высокий, с белыми волосами, как у меня… Красиво одетый, стильный, в общем, привлекает внимание… То же самое Каффа и Зарт… И Катрин. На первый взгляд даже не скажешь, что перед тобой Правитель.
— А может, подстава? — хмыкнула Анна.
— Нет, у них на плече всегда сидит демон, — отрицательно качнул головой Крас. — Или сопровождает. Кроме Зарта, у которого своего демона пока нет. По форме напоминает осьминога, но без тела… — сгусток тьмы. Кроме того, Карсада и его демона часто показывают по видеоинформу. Иногда, как они борются между собой, иногда с преступниками, приговоренными к смерти… Захватывающее зрелище. А каналы Сореи, столицы галактики, где живут одни Правители, только о них и рассказывают.
— В смысле? Как он и его демон убивают людей?! — опешила Анна.
— С преступниками! Приговоренными к смерти! — без жалости произнес Крас, обнимая Анну за плечи одной рукой и придвигая к себе, чтобы согреть. — Их выпускают на любой планете, где нет мирных жителей, дают любое оружие, какое захотят. Если человек продержится десять минут, он обеспечит себя на всю жизнь, получив доступ к имперским счетам.
— И что? — Анна прижалась к Красу, согреваясь. В подземном каземате было холодно.
— Пока никто не продержался. Это в назидание всем, кто свою силу ставит выше головы тех же бажби или диноторков.
— Круто! А полукровки? Они не пробовали завалить его в этом шоу? — хихикнула Анна.
— По силе они не уступают… Когда вместе. Обычно, нападают толпой. И несколько голодных демонов. Кровь полукровок демонам не подходит, но чтобы прикрыть, вполне. Потом демоны уходят. А полукровок отлавливают, вырывают и силу, и меч, и внутренности, рассылая по всем империям. Не скажу, что Карсад сильно их притеснял. Правительница Катрин из другой галактики, там к полукровкам относятся по-другому, позволяя жить, если есть родственник Правитель, который берет его под свою ответственность, как опекун. Но нам от этого только хуже, они постоянно нас провоцируют. Думают, если к ним по-хорошему, то можно без страха по-плохому. Многие не понимают Карсада и осуждают его. Да, он выжег несколько планет полукровок, но только тех, кто был причастен к уничтожению народа бажби. Сами виноваты.
— Значит, у нас нет шанса, — задумчиво проговорила Анна. — Все гораздо хуже, чем я себе представляла, в таких обстоятельствах им не до шуток. Полукровки бьются не на жизнь, а на смерть, и чиркаться с нами не будут.
— Ни одного! — угрюмо согласился Крас.
— И я их понимаю! Если бы ты спросил еще раз, на чьей я стороне, я бы точно знала, что отвечу: не на твоей!
Полукровок было по-человечески жаль. Анна и хотела бы думать о них с такой же неприязнью, как Крас и Лия, но не получалось. Тяжело жить на ограбленных планетах, когда нечем дышать, нечего попить, нечего поесть и не во что одеться. И если у людей был какой-то выбор, то у полукровки ни одного. Он как изгой должен был всю жизнь бежать от Правителей. Или повернуться лицом и умереть, сражаясь с ними.
— Блин… — выругался Крас, вставая и перебираясь на другие нары. — Теперь я понимаю, почему запрещено вытаскивать людей с закрытых планет… И ты! — он взглянул на Анну с осуждением. — Мы жалеем вас, вы их… — и остаемся крайними.
— А бажби знают, чья вода? — провокационно спросила она.
— Но нам чужой воды не надо, у нас своей до фига! Мы ее продаем! — зло ответил Крас, не собираясь ее прощать. — Пожалуйста, приходи, покупай… И полукровки контрабандой вывозят. А Правитель Карсад смотрит сквозь пальцы!
— М-дааа… — протянула Анна в задумчивости, подбирая под себя ноги и закрывая глаза. 
Агент 007 мог отдыхать, такое ему и не снилось. В голову ничего умное не приходило. Попробовала мыслить, как полукровки, и тут же отказалась от этой мысли. Мало радости чувствовать себя покойником. Наконец, холод заставил ее встать и двигаться. Она прошлась по камере взад вперед. Десять обыкновенных прогулочных шагов вдоль, и пять поперек.
— Сложная задачка! Пошутил Создатель… Как можно примирить непримиримое? — развела она руками, разозлившись, размышляя вслух. — Сказал бы как, а не знаешь, так и не заставляй!
Лия зашевелилась, повернув в ее сторону голову, переглянулась с Красом. Удивленные глаза, брови у обоих поползли вверх.
— А вы разве не разговариваете? — в свою очередь удивилась Анна. — Ну, там… в подпространстве?
— Я слышал, что такое бывает, — успокоился Крас. — Но редко.
— А какой Он? — спросила Лия убитым голосом.
— Да никакой! Голос просто. Мол, надо всех передружить, и бери дело в свои руки, а то кровища, смотреть тошно… Точно, тошно! — согласилась она.
— Почему же Он Правителям это не скажет? — безразлично повел плечом Крас, едва заметно усмехнувшись.
— Они не слышат. И я верю. Так всегда бывает. Люди слышат только то, что хотят, и никогда не слышат, если глаза колет. А если слышат, почему убивают друг друга? Не только полукровок… Выходит, не святые! — брезгливо передернулась она.
— Не принимай это близко к сердцу, — посоветовал Крас. — Эффект перехода в энергетическую субстанцию может иметь различные последствия. Мысли Создателя дано понять лишь Правителю, который стоит ниже на одну ступень. Мы отстоим так далеко, что попадая в иную вселенную после смерти, можем лишь пресыщаться плодами своей праведности!
Речь Краса уж как-то слишком напомнила Анне проповедь, на которые она постоянно натыкалась, переключая каналы телевизора. Пусть все остается, как есть, а вы, дети, не ропщите, и избавляйтесь от всех, кто тянет вас назад или вперед… Знакомая позиция. И избавляются… — сами и избавляются, выдавливая из жизни тех, кто болеет за них душой.  
Анна вдруг почувствовала внутренний протест.
— Ну не правда, у нас всегда было много пророков! Только их убивают или сживают со свету, чтобы не обличали сильных мира, — бросила она сквозь зубы. — А то, что кто-то на этом наживается, выворачивая смысл сказанного, это другой вопрос!
Крас повел плечом и не ответил, задумавшись о чем-то своем. Или задремал, полуприкрыв глаза, оживившись, когда скрипнула щеколда, и в полуоткрытую дверь забросили три одеяла, на удивление чистые. 
В камере было холодно и мрачно, свет в оконце погас, видимо, наступил вечер или ночь. Одно одеяло подложили под себя, двумя накрылись, прижимаясь друг к другу. Так было теплее. Лия положила голову на грудь Краса. Он погладил ее по волосам и сдвинул одеяло от себя к Анне. Анна благодарно улыбнулась в ответ, позавидовав Лие, которая в объятиях кКраса согрелась и заснула быстрее всех. 
М-да, вот уж влипла, так влипла…
Еще и Землю подставила…
А вдруг и вправду наковыряют чего-нибудь в голове? Ну, про Андромеду она знает, но таких галактик навалом, с какого места не посмотри, а которая именно Андромеда, этого она ни в жизни не угадала бы. Просто слышала, что это сама близкая галактика, которую можно рассмотреть невооруженным взглядом. И самая большая в местной группе галактик, больше, чем Млечный Путь. Большая Медведица… Пожалуй, с сотню таких медведей наберется… Ну еще знаки зодиака, но откуда смотреть и что они собой представляют, она даже мысленно не сможет представить.
А может, и не подставила еще? Солнце — звездулька маленькая, с соседних звезд не разглядишь.
Странно, сон освободил от тревоги, словно кто-то погладил по спине, пощекотав за ушком. Так близко!
Анна разлепила веки. Нет, Крас спал, вздрагивая, обнимая сестру, а одну руку подложив под ее голову. Анна убрала ее, чтобы не затекла. По лицу Краса пробежала судорога, едва заметная в свете тусклой неоновой лампы, которую не стали выключать. Она закрыла глаза и снова почувствовала то же самое прикосновение, словно кто-то рассматривал ее неподалеку, но уже не так заметно.   
 
Глава 7. Порочные связи.
Проснулась Анна от того, что ее грубо стащили за волосы и подняли, не давая опомниться.
Лия стояла на коленях, а Крас согнулся от удара в дых, держась за стену.
— Мы плохо себя вели?! Зачем так грубо?! — возмущенно прикрикнула она, помогая перепуганной Лие, оттолкнув того, кто держал ее за волосы.
Один из тех, кто стаскивал их с нар, издал глухой смешок. Ее снова схватили за волосы, загнули голову и поднесли фонарь к самому лицу. От яркого света она на мгновение ослепла.
— Эта? — голос прозвучал равнодушно.
— Она, — в отражении света лицо казалось зловещим, но выглядело, как лицо человека. Пожалуй, лишь остроконечные уши, с завернутыми за них волосами выдавали в нем инопланетянина.
— Отпусти волосы, козел, а то не вспомню, как к вам попала! — угрожающе прикрикнула на него Анна, скорее от шока, чем от желания оказать сопротивление.
— Отпусти, — второй голос попросил откуда-то из-за спины, мягко, с насмешкой.
Толкая в спину, их повели по темному переходу. Несколько раз поднялись по лестнице.
Наконец, оказались в большом тронном зале.
Трон был не один. На трехступенчатом возвышении, обитом красным бархатом с золотым шитьем, их было четыре. Один, который стоял посередине на самой нижней ступени, выстлан шкурами. Рядом подставка с водруженной на нее огромной метровой клеткой из радужного стекла, с чем-то темным внутри. Три других трона выше, на самой верхней ступени, два слева и один справа от украшенного трона. Поставлены криво, видимо, передвигали их по своему усмотрению. Все четыре трона были пустыми. Пол залы покрыт плиткой, вдоль стен тянулись ряды стульев с гнутыми ножками. В камине ярко пылал огонь, у которого грелись несколько человек. Другие люди, обернувшиеся на них, когда их ввели, уж как-то слишком по-домашнему расположились вокруг накрытого для ужина стола.
Десять мужчин и четыре женщины…
Их сразу же поставили на колени, пока одна из женщин не поманила троих пленников рукой.
— Садитесь… — она кивнула слуге, который мгновенно испарился.
— Слюнями подавимся! — не удержавшись, съязвила Анна.
— Вы нам лучше принесите попить, — жалобно попросила Лия, все еще всхлипывая.
Кривые взгляды в их сторону слегка успокоили, вроде как обиды не держат. Или умело сдерживают эмоции. Слуга принес три бокала с водой, поставил три тарелки с краю, с ребра, на другом конце.
— Садитесь, — мягко попросила та же самая женщина, даже не взглянув на пленников. — Поешьте. Голодные, небось… — и слегка заинтересованный сострадающий взгляд в их сторону.
Так сразу и не скажешь, что в них есть что-то такое, что могло бы напугать Правителей галактики. Та, что пригласила к столу, с коротко стрижеными волосами и усталым лицом правильной формы. Из мудриков, не эльфийка. Одета, не в пример остальным, легко. Длинный вязанный не то свитер, не то мини-платье, и гетры. На ногах высокие ботинки, как те, что носили в империи Карсад. На голове лишь тонкая диадема, отдаленно напоминающая корону, и свободно болтающийся на запястье золотой браслет с каменьями. Тогда как три другие женщины выглядели более авантажно. Одна, в меховой, с широким вырезом безрукавной курточке, украшенной шитьем, поверх теплых одежд. Одежда отдаленно напоминает теплую рубашку, заправленную в брюки строгого покроя. На ногах расшитые сапоги, перекликающиеся с узором на рубашке. С множеством украшений, на шее, на поясе, в уложенных волосах. Еще две в меховых мантиях поверх длинных вечерних платьев, и тоже со множеством украшений. Особенно выделялась одна, с черными, как уголь, огромными глазами и неестественно бледным лицом. Черты лица немного грубоваты, не иначе из гоблинов. Взгляд властный, густые черные волосы локонами спускались поверх мантии почти до самого пояса, Не уступает мужчинам в плечах. Такая запросто и коня на скаку остановит, и в горящую избу войдет.
Ну, правильно, в тронной зале прохладно, если не сказать, холодно. Видимо, ее давно не топили. Кожа пошла гусиными пупырышками. О Красе и Лие говорить не приходится: им, жителям жаркой планеты, на таком холоде и умереть недолго.
И мужчины… насколько же они разные… Четверо будто вышли из средневековья. Им бы еще кольчуги и мечи… Косая сажень, тяжелый взгляд… Трое ничего особенного собой не представляют, встретятся в толпе — пройдешь, не заметишь, разве что тот, который с выступающими скулами и длинными волосами, связанными в пучок. Слишком верткий — острый нос, худой, как смерть, бегающие глазки. Еще четверо вообще непонятно какой расы, смесь мудрика, эльфа и, похоже, первый диноторка, второй, с лысой головой и сильными мышцами, земноводного бажби, а двое, с грубыми чертами — или орки, или тоже гоблины… И еще один, мальчик с пальчик в возрасте пятидесяти лет. Пожалуй, он едва достал бы ей до плеча… Чистый гном! Ему ли махать шашкой?! Пристрастия у Правителей были не сильно взыскательными.
— А попрекать не будут? — озабоченно поинтересовалась Анна, усаживаясь за стол.
На нее не обратили внимания. Люди за столом заинтересованно переглядывались между собой, иногда издавая восклицания или делая какие-то жесты, или вдруг менялось их выражение лица.
«Мысленно разговаривают!» — догадалась Анна, удовлетворенно прочистив горло легким покашливанием, ничуть не удивившись. Она была не на земле, а в космосе, где люди никогда не снимали браслет защиты.
Крас посматривал на хозяев с любопытством, подбадривая Лию, которая испуганно вжималась в стул и дрожала то ли от холода, то ли от страха.
Воду сразу выпили, попросили еще, а заодно одеяло, чтобы согреться. На этот раз Крас старался быть скромнее, умерив свой аппетит. Анна сердито толкнула его в бок: «Ешь, второго раза не будет!» Он лишь кивнул в ответ, накладывая в тарелку жареной птицы.
Им дали поесть, не мешая. Наконец, взгляды устремились в их сторону.
— Я сожалею, что вы оказались здесь, — мягко произнесла та самая женщина, которая пригласила их к столу. Видимо, она была за хозяйку, слуги неизменно поворачивались к ней, когда их о чем-то просили. — Мы просим прощения за это недоразумение.
— Да ладно, не скромничайте, — стараясь быть вежливой, с издевкой произнесла Анна, растянув улыбку от уха до уха. Она наложила себе и Лие по второй тарелке запеканки из грибов и овощей. — Разве не по вашему приказу доставали аэлраны? Или, может быть, вам ничего не известно о работорговле и об условиях, в которых содержатся пленные?!
Присутствующие переглянулись. Крас побледнел, но поддержал ее добавочной порцией сливочного торта.
Присутствующие полукровки лишь мило улыбнулись, переглянувшись.
— Мы вынуждены на многое закрыть глаза, — так же мягко произнесла все та же женщина. — Вы видели условия, в которых живут наши люди. Не станем скрывать, мы рассчитываем на вашу помощь.
— У каждого всегда найдется оправдание, но не каждый готов его принять, — Анна сунула в рот ложку, облизав ее. И снова улыбнулась в ответ. — Я из их числа!
Один из мужчин, оставшийся сидеть за столом, не присоединившись к тем, которые перебрались поближе к камину, рассмеялся. На его смех оглянулись, заинтересовавшись происходящим.
— Оправдание победителя всегда звучит убедительно, — холодно произнес он. — Если мы попадем в империю Гидра, наши люди будут жить так же хорошо, как в империи Карсад.
— Не будете. Ничего хорошего вы в империи Гидра не оставили! — с вызовом парировал Крас, сдвинув брови. — Я видел ее планету, я знаю. И вашу смерть! Правитель Карсад не ворует чужие ресурсы, Там, где вы, планеты гибнут, а мы приходим и делаем их цветущим садом!
— Предварительно стерилизуя от аборигенов… — усмехнулась одна из женщин.
— Неправда! — визгливо встряла Лия, частично потеряв голос. — У нас много людей, которые прилетают с других империй! И даже таких планет, как ваша! Мы принимает их, даем землю, дома, образование… — она закашлялась.
— Тогда почему те люди, которых вы видели, все еще здесь? — усмехнулся еще один мужчина, подсаживаясь к столу. — Почему они помогают нам и терпят лишения наравне с нами?
— Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее… — нескромно попросила Анна, приготовившись слушать. — Я бы тоже хотела это понять!
— Да, не спорим, Олеомское содружество довольно лояльно относится к людям, выстраивая политику так, чтобы не разжигать межрасовых распрей. Мудрики, к которым относишься и ты, девочка, — женщина кивнула на Анну, — имеют такую же продолжительность жизни, как те же орки или эльфы, легко скрещиваясь между собой. Одинаковое избирательное право, одинаково наказуемые деяния… Но так ли это в других империях? Пусть ответит этот мальчик, которому ты доверяешь более, нежели моим словам и словам моих спутников, — она кивнула на Краса.
Крас покраснел, с каким-то непередаваемым зубовным скрежетом вперившись в женщину взглядом.
— Во многих империях мудрики — рабочая сила… Как, впрочем, и орки, и диноторки, и гномы, и эльфы, и оборотни. И даже аморфы. Мы помощники Правителей, а их это не устраивает… — кивнул он на женщину. — Они хотят править Правителями!
— Любой Правитель, добрый или злой — в первую очередь, тиран. Правитель всего сущего подвластных ему звезд, — так же мягко произнесла женщина, являя в своем голосе слишком уж явную грусть, которая выглядела театрально. — Но он дает нам лишь тело, оболочку, а сознание не является его собственностью. И когда человек поднимает голос, какое Содружество окажет ему покровительство? Олеомское содружество принимает людей, которые добились права переселения на законном основании, но такое возможно лишь в империях, Правители которых имеют перенаселенные планеты. Количество иммигрантов не способно сильно повлиять на количество населения своей или принимающей их империи. А многие Правители уже давно занимаются лишь разведением людей, как скота, изменяя их генетический код, который стимулирует гормоны, отвечающие за созревание и размножение. Продолжительность жизни при этом резко сокращается.
— Это не мы вызываем мутации, мы вообще не умеем влиять на генетический код, — брезгливо бросила одна из женщин, поддержав хозяйку. — Мы лишь принимаем таких людей, которые у Правителей считаются бракованным товаром. И позволяем им чувствовать себя людьми.
— Сильно смахивает на рабовладельческие отношения… — задумчиво произнесла Анна, потирая виски. — Ребенок раба всегда раб, будь это крепостничество, феодализм или рабовладельческий строй.
— Неправда! — возмутилась Лия. — Когда человек получает гражданство империи Карсад, или Катрин, или Каффа, он проходит генетическую корректировку, избавляясь от болезней и немощи! При этом ни одна жизненно-важная функция генетического кода не бывает нарушена! Это проходят на первом курсе начального образования!
— В первую очередь, промывая мозги, девочка! — еще одна из женщина повысила голос, выдавая свое нетерпение.
— Если человек избавился от страха перед депортацией и получил желаемое, почему он должен искать в обществе недостатки?! — прищурилась Лия. — Он член общества, и от него зависит, каким оно будет!
Крас пожал плечами, поддержав сестру.
— Да, нам с детства прививают любовь к империи, к Правителю, к Содружеству, к обществу. И, согласно договору Галактического Совета, мы не имеем права принимать у себя преступников и беглецов, но есть примеры, когда Правитель Карсад лично выступал защитником в суде и выигрывал дело, реабилитируя человека или даже группы людей. А что делаете вы? Нападаете на мирных граждан, сжигаете дома, уводите в плен. Теперь вы хотите поживиться на территории империи Гидра, Правительница которой, как всем известно, лишена силы и меча защиты и находится в заключении на одной из своих планет.
— Ты ошибаешься, мальчик, — встряла в разговор еще одна из женщин. — Да, нам нужна вода, растения, животные, но в первую очередь нам нужна сама Правительница Айра.
— Очень любопытно… И зачем она вам? — поинтересовалась Анна.
— Она долго находится в изоляции — без меча. Сила ее запечатана. И у нее есть основания ненавидеть Правителей, которые убили ее мужа и поставили на колени ее саму. Кому как не ей понять нас, изгоев, которых обвиняют в том, что мы имеем что-то от Правителей? Это не мы, это они осушают наши планеты в одно мгновение, а мы лишь пытаемся вернуть украденное. Нас много, как свидетельство развращенности Правителей, а когда мы вместе, у нас тоже есть и то, и другое. Но нет знаний, дарованных им свыше. Мы собираемся просить ее возглавить наше объединение и подвинуть несколько наших планет на другие орбиты, а нескольким метановым планетам задать программу преобразования. Ну и… возможно, научит нас работать с генетическим кодом, чтобы мы могли помочь своим людям. Есть у нее меч и сила, или их нет, драконы и василиски будут ею услышаны, если мы ей поможем.  
— И выступить в нашу защиту в Галактическом Совете, — кивнула третья женщина. — Пусть не сейчас… Когда мы будем готовы.
— Между нами проложены торговые пути. У нас есть своя, пока небольшая, армия, — примирительно поведал один из мужчин, которые с любопытством слушали разговор. — Есть звезды, которые слышат наших женщин. И есть ребенок Правителей, который имеет и силу, и меч защиты. Мы можем жить в мире. Они не могут.
— Вот-вот! Создатель что-то упоминал об этом! — Анна с укором взглянула на Краса и Лию. — Не только Правители могут слышать Его!
— А чем мы-то можем вам помочь? — нахмурился Крас, отмахнувшись от Анны. — Я уверен, что все, что знаем мы, вам давно известно.
— Как давно ты служишь во флоте империи? — обратился к Красу мужчина от камина.
— Я всего лишь ученик Галактической Школы, — покраснел Крас. — У меня нет офицерского звания.
— Вот как! — разочарованно протянул один из мужчин. — А как представитель империи Гидры оказался в империи Карсад? — он кивнул на Анну.
— Случайно, — ответил Крас за Анну. — В работе портального проектора произошел сбой. Меня выбросило на их планете в ее квартире. Когда меня нашли, поступил… поступил приказ от Правителя Карсада по рекомендации его демона доставить человека, который, возможно, был причастен к моему похищению. Коды доступа тут же проверили… Кстати, они ничего вам не дали бы, заданные параметры относятся к отрытому космосу далеко от империи Гидра. Ее возвращение предполагается через императорский дворец Правительницы Катрин.
Анна, не мигая, уставилась на Краса, слегка побледнев.
— Извини, я не успел рассказать… — виновато покаялся он. — Я, правда, хотел, но решил, что пока тебе не стоит знать… Мне рассказал об этом Тино. В настоящий момент в империи Катрин ведутся поиски исходной точки, которая была раскрыта случайным набором цифр, которые не соответствуют заданным параметрам твоей планеты. Это чрезвычайная ситуация, над которой ломают головы миллионы ученых содружества. Не менее обеспокоен Галактический Совет, которому пока отказано участвовать в исследованиях. Они случайно расшифровали импульсы, посылаемые моим треем, но не смогли засечь место и получить координаты доступа.
На Анну посмотрели с уважением, переглянувшись.
— Да, девочка, много ты шума наделала… — наконец произнесла одна из женщин.
— Поразительный случай… — уважительно вымолвил мужчина, который сидел недалеко от Анны. — И сразу к нам! — он качнул головой, почесав озадачено затылок. — Бывает же такое!
— Ну… я-то вам точно ничем не смогу помочь, — с сожалением пожала плечами Анна, облегченно вздохнув. По крайне мере, нашествие на ее родную планету откладывалось. И слегка смутившись, попросила: — А можно посмотреть на демона? — она кивнула на клетку на возвышении у трона, которую заметила, когда проходила мимо.
Заметив, что один из меченосцев прогуливается возле трона, женщина снисходительно попросила:
— Каин, захвати, пожалуйста, демонов.
Клетку тут же водрузили на стол, будто ее телепортировали. 
То, что Анна сначала приняла за радужное стекло, оказалось неким полем, но таким сильным, что оно ощущалось на расстоянии в два метра. За ним сильно плотная темная энергетическая субстанция, словно в клетке сидела сама тьма. Похоже на тело аморфа, если бы из них вынуть песок и чуть-чуть обжать, чтобы та тень, которая была его очертанием, несколько сгустилась. Наверное, так выглядели знамения, которые иногда казались человеку, когда он принимал предметы и игру теней за нечто другое. Тоже… вроде бы ничего особенного.
Она не сразу заметила две пары глаз, которые внимательно изучают ее.
Демоны прильнули к стенке клетки, изрыгнув ядовитую радость… Анна уловила ее шестым чувством, на уровне подсознания, не сразу заметив, что мир уплывает. Взгляд словно удерживали силой — она все глубже и глубже проваливалась в мутную яму, из которой не могла выбраться, едва ли осознавая свое полубессознательное состояние, потеряв связь с объективной реальностью. Слова таяли, не доставая ушей, величественно проплывая мимо.
«... добит… бранные… вы вспом… распределение рес….»
Крас и Лия о чем-то отчаянно спорили, закрываясь от безжалостных и уверенных собеседников, которые лишь насмешливо посмеивались, избивая их своей правдой. Казалось, время застыло, каждое мгновение Анна переживала дважды, внезапно узнавая лица полукровок.
Селина… Каин… Ганэрон…. Камиль… Мэригра… Золдрик…. Цинерва…. Замериш…. Выходец из системы Ялорн, созвездия Артаракс… Голова гудела, словно она ушла под воду, в ушах появился шум, точно их заложили ватой.
И вдруг отпустило…
Анна неожиданно осознала устремленные на нее взгляды полукровок, мгновенно избавившись от наваждения, через секунду уже сомневаясь, было ли оно. 
— Извините, задумалась… — слегка запинаясь, выдавила она, — Не знаю… Правда, не знаю… Я не местная… — она попыталась вспомнить, с каким же вопросом к ней обратились. И тут же отказалась от этой мысли. Кажется, просто заметили, что она молчит. — А меч? Могу я взглянуть на ваши мечи?
И тут же удивилась: откуда у нее эта мысль? Слова сорвались с языка, словно их кто-то подсказал. Раньше ей и в голову не приходило задуматься о самом сильном оружии, которое было у Правителей.
Ганэрон ехидно ухмыльнулся, поднимая руку. Меч блеснул в его руке, полыхнув огнем. Из неоткуда. Просто вдруг материализовался, точно вышел из него.
Анна едва сдержала вскрик, от пронзившего ее огня.
Сильно побледнев, она вцепилась руками в столешницу, чтобы не махнуть рукой в ответ. Ее затрясло, зубы свело судорогой, казалось, кости дробятся сами собой и лопаются сухожилья. Она едва перевела взгляд на клетку, откуда на нее смотрели две пары голодных глаз, в которых застыла такая тьма, что она утонула в ней. Там был голод, боль, ненависть…
И ожидание последнего боя…
Сразу стало холодно, глаза из клетки высасывали, давили, убивая всякое желание жить, пили, как жертву, но жжение в теле отпустило.
Пораженные Крас и Лия уставились на меч неподвижными глазами, зрачки их в ужасе расширились. По их поведению сразу стало ясно, что меч вблизи они видели впервые, и на них он тоже как-то подействовал. Теперь мечи были у всех мужчин…
И снова огонь по всему телу, едва сдерживаемый холодом демонов. Словно издалека пришел шипяще-свистящий голос, успокаивая: «Нет боли. Нет боли. Нет боли. Образ закрыть. Образ закрыть…» Слова тикали, как часы, пригнув голову к столу. На мгновение Анне показалось, что ее выставили из тела, и она видит себя со стороны, глазами демонов, но ощущение тут же прошло.
Теперь все четырнадцать полукровок сверлили их взглядами, насмешливыми и ядовитыми, как жало змей, полыхающие огнем ненависти точно так же, как взгляды у сгустков темной материи в клетке.
— Код планеты в империи Гидра? — потребовал ответа один из полукровок.
— Набранный код Верон325689 Яхрат328745 СЦУ45/125-669 соответствует окрестности системы Змея в созвездии Боа с точки отсчета система Краас, созвездие Данатон, что соответствует координатам Галактики Аэльлоя 8956/5682/4675/7521/11289, — механическим голосом произнес Крас, чеканя каждое слово, будто был роботом.
— Отправные координаты, — потребовали от него ответа.
— Мне не известны, — так же механически произнес Крас. Глаза у него стали безжизненно бесцветными. — Считывание информации производилось роботом восьмого поколения серии ТИНО, заводской номер ТИНО238956/45623-72899. По прибытии на Мирам полученные данные о планете были немедленно изъяты представителями империй Катрин и Карсад. — Возвращение производилось с помощью самого робота, который взял за основную координату себя.
— Что вы делали в торговом центре? — тяжело вздохнула одна из полукровок после непродолжительного молчания.
Наблюдая за Красом, Анна поняла, если не ответить самой, о возвращении домой с помощью аэлрана можно забыть — им управляли, как зомби. С убитым видом, развязавшимся языком он лепил правду матку, уставившись в одну точку.
Опустив руку под стол — благо они сидели за столом, за тем краем, который считается именно краем, Анна сунула руку в пах, надеясь, что у инопланетян болезненная точка там тоже имеется, схватила, что сумела нащупать, с силой сжав и дернув на себя. Глаза Краса на мгновение пошевелились, наполнившись едва заметным синим цветом, зрачки сузились — и тут же начали расширяться.
— В целях осмотра достопримечательностей и подбора соответствующего гардероба проводилась ознакомительная экскурсия, — так же механически, как Крас, заунывно завыла Анна, — с достижениями империи Карсад. Были приобретены три вечерних платья! Семь комплектов нижнего белья! Три купальника! Шесть выходных костюмов! Предметы личной гигиены и ухода… За все было заплачено пятьдесят девять ар. Деньги выделены из казны Правителя Карсад в качестве компенсации за причиненные неудобства…
— М-да, женщины всегда умели считать… — трогательно заметила одна из женщин. — Этого у нас не отнимешь!
— Правитель Карсад? А что так мало? — сильно удивилась черноглазая и властная Мелариэль, которая такой казалась разве что с виду, давно забив на все, что творилось на ее выжженной и лишенной атмосферы планете.
— Мы… не умеем… тратить… Я… не должна… выделяться… Я… не должна… выделяться… — Анна ляпнула первое, что пришло в голову, сведя глаза в пучок, едва сдержав усмешку.
Те, кто допрашивал, отвлеклись, разговаривая между собой. Она облегченно вздохнула, позволив себе поменять позу, выпрямив спину и отпустив достояние Краса.
— Попридержать решили девочку? Зачем она им? — пожала плечами Селина, выступающая в роли хозяйки.
— Возможно, Правитель Карсад решил получить сведения о своей дочери? — предположил Золдрик.
— Есть ли в ней что-то такое, что может помочь открыть код доступа? — Замериш почесал лоб.
— Вряд ли… Подпись Правительницы Айры давно известна в галактике. Но мы можем попробовать вычислить ее звезду по карте.
Прямо перед ними возникла голограмма галактики.
— Где может находиться эта звездная система? — пятеро мужчин с мечами поворачивали голограмму перед собой, выделяя некоторые участки.
— Это ничего не даст, — сильно расстроенный высокий и плотного телосложения мужчина в черной одежде прищурился, подперев голову рукой. — Если стоит защита, ее в картах может не быть. Или обозначена как чья-то собственность. В галактике несколько миллиардов звезд, мы не можем проверить все. Коды доступа замеряются на местах.
— Если бы мы знали, где это, могли бы долететь, замерить код на месте, чтобы потом высадить десант. Если она сможет нарисовать звездную карту, можно попробовать, — предложил Каин.
 
Анна подергала Краса, который медленно приходил в себя. Очнувшись, Крас сглотнул, с тупым испугом уставившись на Анну, потирая виски. Значит, о своем больном состоянии он помнил. Лия все еще находилась в прострации — неподвижные зрачки, несколько перекошенное лицо. После того, как мечи убрали, жжение в теле прекратилось. Голос, который зудел в голове, тоже исчез. Наконец, она решила, что и ей можно не притворяться, моргнув несколько раз. Она повторила его движения, тупо рассматривая клетку.
— А что это? — кивнула она на стекло, протянув руку. Палец скользнул внутрь стекла, не доставая его обратной границы.
— Энергетическая защита, — предупредил Крас, хватая и останавливая руку.
— Мальчик, не надо мешать девочке, проявлять любопытство, — подразнила его одна из женщин.
— Аня не надо, — произнесла Лия, с неприязнью взглянув в сторону полукровок. — Они их держат, чтобы нападать на Правителей.
— Даже так? Что ты еще знаешь о них? — насмешливо спросили у нее.
— Ну, они рождены на Черных Дырах, имеют свою силу, умеют привносить некоторый хаос в генетическую структуру создаваемого вида, — как послушная ученица перечислила Лия. — Законы нашего мира на них не действуют, никому не подчиняются, кроме Правителей.
— Если слушают Правителей, почему же убивают? — удивилась Анна. 
Взгляд демонов завораживал. Их голод она все еще чувствовала, но ненависть ушла. Никакой неприязни Анна не испытала, скорее, наоборот. Что-то знакомое почудилось в их образе, как будто она уже видела эту клетку, и пыталась вспомнить где, но мысли сбивались и путались.
— Обычно они сильно голодны и их бывает слишком много. Их выпускают всех разом, — предостерег Крас. — Если у вас есть демоны, почему бы вам не купить воду? — обратился он к полукровкам. — На одного демона можно выменять такую планету, как Метрус. Ее хватило бы на десять ваших планет. Какая вам польза в том, что вы будете держать нас в плену или сгноите на руднике? Или убьете… — он равнодушно пожал плечами.
— Разве Правители торгуются с полукровками?! — усмехнулся один из мужчин.
Крас смутился, но голова его осталась гордо поднятой.
— Я слышал, Правитель Карсад давно ищет демона для Правителя Зарт, — сказал он. — Я мог бы передать ему ваше предложение.
— Ты?! — все взгляды устремились на него.
— Разве ты вхож в апартаменты Правителя? — голос прозвучал насмешливо, но с нотками заинтересованности.
— Не вхож, но никому не отказывают в аудиенции, если у него есть сведения, предназначенные для Правителя. Кроме того, меня и ее, — он показал на Анну, — пригласили во дворец.
Крас покраснел, дожидаясь, когда полукровки переварят его предложение. Между ними разгорался жаркий молчаливый спор.
— Есть еще один вариант доставить ваше сообщение, — произнес он, заметив, что многие его предложение не приняли всерьез, скептически и равнодушно отстраняясь от разговора. Снова кивнул на Анну. — Если в империи Катрин готовят портал, открывать его будут в присутствии Правительницы Катрин. У меня есть разрешение сопровождать мою гостью до портала. Правительница Катрин из другой галактики. Я слышал, там отношение к полукровкам много лояльнее, чем здесь. Вы ничего не теряете! — в отчаянии выкрикнул он, не сдержав эмоций. — Сколько вы за нас заплатили?! Чтобы убить?! Ни я, ни моя сестра не протянут на ваших планетах и недели… На ваших шахтах и дня… Правитель Карсад и Правительница Катрин будут ее искать… Я вам не предлагаю выпустить меня, пусть уйдет она и она! — он указал на Анну и Лию. — И, возможно, вы получите воду!
— Ага, потом они же у нас эту воду и выкачают! — рассмеялась одна из женщин.
— Подождите, мне кажется, парень дело говорит, — испытующе взглянув на Краса, проговорил один из мужчин. — Какого демона… Что нам с ними делать?! Естественно мы ее просканируем.
Кажется, Ганэрон… Анна вдруг сообразила, что имена, которые только что крутились в голове, вылетели из памяти, как корова языком слизнула. Селина… Ганэрон… Каин… Камиль… Мэригра… Золдрик…. Цинерва…. Замериш…. Яруса… Вилеяр…
И Крас…
Где он этого нахватался?! Взгляд твердый, прищуренный, легкий оскал превосходства, поза небрежная и вызывающая… Не мальчика, но мужа! Но чувства все же берут над ним верх. Вспомнил уроки, полученные в Галактической Школе?!
Тьфу, чертовщина…
Анна перевела взгляд на Лию. С ней почти то же самое… Ни слезинки. Скорее озабоченное выражение, некоторая отстраненность и рассеянность. Она уже не узнавала своих друзей.
Голос мужчины прозвучал отрезвляюще для всех полукровок. 
— На нас готовят большую охоту. Нам нечего терять, — продолжил он. — Правитель Карсад отличается благородством, это всем известно. Если мы заключим с ним тайное соглашение о ненападении, он вряд ли станет проявлять агрессию… Многие наши беглецы находят убежище в империи Карсад или Катрин. Многих из них переправляют в содружество Зандран. Галактический Совет не имеет права объявлять розыск на чужой территории, если Правитель не дал разрешения. Олеомское содружество у Галактического Совета, как бельмо на глазу. У Карсада много тайных врагов, и если мы окажем ему поддержку, у нас есть шанс получить его покровительство. Черт возьми, в галактике миллиард умирающих звезд, почему бы им хоть немного не помочь нам?! Мы смертны… Наши дети никогда не становятся носителями силы или меча. Умрем — звезды достанутся им, если звезды погибнут — не достанутся никому!
— В конце концов, у нас есть еще один вариант — империя Гидра, — поддержал его еще один из полукровок.
— Да-а, положение у нас незавидное… — натянуто проговорил мальчик с пальчик, рассеянно рассматривая свои руки.
— Мы можем опередить Галактический Совет. Не будут же они, в конце концов, взрывать звезды! — да, точно, Ганэрон, меченосец и телохранитель Селины.
— Зверушек ваших хоть немного покормите, а то они не доживут до конца переговоров… — вставила Анна. Голова ее давно лежала подбородком на скрещенных руках, сложенных на столе. Глаза словно прилипли к клетке. — У меня такое ощущение, что я смотрю на воплощение голода… И ненависти… ко всем к вам…
На нее посмотрели с любопытством.
— Девочка, ты их слышишь? — мягко спросили ее.
— Нет, вижу! — ответила Анна, переведя взгляд с одного демона на другого, пытаясь определить, как они там уместились.
— Я слышал, что все свои творения Айра создает с помощью демона, — рядом присел один из полукровок, рассматривая и ее, и демонов. — Но не знал, что он вкладывает так много понимания своей расы.
— Так, а чем там занимается Правительница Гидры? — Анну окружили.
— Ничем, — сердито проворчала она. — У нас нет Правителя, у нас все Правители.
— Да, это так, — подтвердил Крас. — Их планета находится на самой низшей ступени развития. Их выход в космос ограничивается околоземной орбитой и сомнительной высадкой на ближайшем спутнике. Они не умеют использовать гравитацию, магнитные потоки, подпространственные коридоры… В империи Гидра ее планета одна из закрытых… Последний контакт с Правительницей был шестьдесят пять миллионов лет назад.
— Перед тем, как ее лишили меча и силы… Понятно. Возможно, там ее и следует искать, — закончили за него.
— Кстати… могу вас огорчить! — вдруг произнесла Анна, ехидно захихикав. — Я вспомнила… Ваше сканирование вам ничего не даст!
— Ну почему же, — засомневался один из полукровок. — Иногда люди и не подозревают, что хранится в их информационном банке памяти!
— Галактика с нашей планеты выглядит как пылевидное облако. Млечный путь. Наши ученые не имеют понятия, где находится звезда. Несколько ближайших звезд — это все, что нам о ней известно. А другие звезды, в лучшем случае, оказываются еще одной галактикой… Их расположение на небе… Ничем не могу помочь… Строгая мама и все такое!
— Ну что ж, попытка не пытка, — подвел итог самый пожилой мужчина за столом. — Мы проверим.
— Итак, мальчик, из пленника ты внезапно стал нашей робкой надеждой, — подвела итог хозяйка стола. — Вам отведут посольские апартаменты, пока будут готовиться соответствующие предложения, зафиксированные на носителях. Нам нужно время, чтобы собрать комитет и обсудить детали, — она тяжело вздохнула. — Безумная, конечно, идея, но отчего бы не выпустить вас с пользой для многомиллионного общества? Мы не можем позволить вам выйти наружу, но во дворце вы можете передвигаться относительно свободно. Даже не пытайтесь прорваться к выходу, с планеты вам не уйти, здесь кругом охрана.
— Я ж не идиот! — досадливо поморщился Крас.
Три женщины и семеро мужчин исчезли в столпах голубоватого огня с характерным потрескиванием. Осталась одна женщина и трое мужчин.
— Ого, да у вас тут целая организация?! — воскликнула Анна, проводив взглядом убывающих.
Крас осмелел, наложив себе новую тарелку еды, которую слуги собрались убирать. Подложил еды Лие, которая за последнюю неделю здорово исхудала. Анна решила не отставать. Неизвестно, покормят ли еще, а еды на столе осталось много. Видимо, полукровки собрались вовсе не ради них, а отметить знаменательную дату. Один из мужчин водрузил клетку с демонами на подставку возле трона, и все четверо удалились, оставив их на попечение слуг и внушительных по размерам охранников, которые не сводили с Краса взгляд. Едой решили запастись впрок, набивая карманы печеньем. Заметив это, один из слуг принес корзину, сообщив, что апартаменты для посла и его спутниц готовы.
 
На слова слуги Анна усмехнулась. Крас, который тырил еду на глазах у всех, на посла походил мало. Он раскраснелся, пряча взгляд, обошел стол с другого края, где к еде почти не притронулись. Там стояли две бутылки вина, а на широкой тарелке лежала украшенная зеленью и маринованными ягодами морская мясная прожаренная устрица, порезанная на тонкие дольки.
Оголодал бедняга. Ему, прожорливому эльфу, неделя без еды, что черту без беды.
— Заметил? — Анна кивнула на опустевшие места.
— Коды у них есть, осталось достать аэлран… — не взглянув на нее, удовлетворенно произнес Красс, раздумывая, положить в корзину всю тарелку с устрицей, или разрушить композицию из зелени, выбрав мясные ломтики в контейнер.
— Или робота третьего поколения, который умеет считывать координаты, — подсказала Лия, аккуратно раскладывая в корзине добытый Красом провиант.
Крас постучал себя кулаком по лбу.
— Согласен, — он уважительно взглянул на сестру. — А где взять робота?!
Пока Крас помогал Лие, а Лия помогала Красу, Анна вышла из-за стола, осматривая тронную залу.
Тут все было сделано лучшими мастерами и, не иначе, вручную. Каждая плитка из натурального камня, отполированная до стеклянного блеска, составляла часть узора. Горный хрусталь, оникс, агат, малахит, сердолик… Причудливо сплетались филигранные бордюры и литье из золота. Колонны, украшенные лепниной и резьбой, поставленные в ряд под небольшим углом, визуально раздвигали стены, образуя между собой едва уловимую связь, когда они становятся частью чего-то большего, чем просто постройка. Но, пожалуй, беднее, чем в доме Краса и Лии, в котором сильно не смешивали цвета, предпочитая отделку в определенном цветовом стиле. Заметно, что часть отделки сделана наспех, часть имеет более древнее происхождение, со следами частичного разрушения и трещинами, но великолепно сохранившая следы былой роскоши. Например, янтарь, в котором застыли ограненные кристаллы, словно бы вбирающие в себя свет и подсвечивающие янтарь изнутри.   
У возвышения перед тронами она остановилась. Демоны следили за ней, не отрывая голодных и жадных глаз. Слишком живые… В глубине… Стальные… Как туман бездонного мрака…. Завораживающие, заметные лишь по провалу, словно две затягивающие в себя воронки.
И вдруг в голове у нее прозвучало четко и ясно:
— Дай нам крови…
Анна вздрогнула и оглянулась. Никто за ней не наблюдал, не стоял позади. Ей стало не по себе. Что это? Бред! Откуда у нее этот голос в голове?
Голос повторил:
— Мы умеем управлять ими, они не смотрят. Мы умираем. Дай нам крови.
Сомневаясь в себе, Анна оглянулась еще раз в поисках источника голоса. На нее действительно никто не смотрел. Даже как-то подозрительно. Слуги убирали посуду, переговариваясь между собой, и не особо церемонились, подъедая остатки. Охранники от них не отставали, переговариваясь с Красом, теперь собирая корзинку с едой и для себя. «А-а, не рыба!» — один из охранников сложил руки перед собой, поблагодарив небо за подношение, чем немало посмешил и Краса, и другого охранника.
— Кому? — тихо спросила она, внезапно сообразив, что разговаривает с демонами.
— Нам, — прозвучал голос, уже из клетки.
— Как? — опешила Анна.
— Протяни руку, носительница меча и силы!
Анна облилась холодной испариной. Какой меч?! Какая сила?!
Оглянулась еще раз и, удостоверившись, что за нею не следят, не сомневаясь, что у нее начались галлюцинации, движимая едва ли осознанным порывом, сунула руку внутрь клетки.
Два голодных существа набросились на нее.
Несколько мгновений — и страх прошел. Ощущение было таким же, как будто к руке присосались пиявки, как те, что жили на окне в трехлитровой банке. Раз в неделю выбирали самых тощих и кормили, прикладывая к телу, или она, или мать, или желающие подлечиться. Их было много, так что кормить пиявок самим приходилось нечасто, может быть раз в полгода. Разовой подпитки пиявкам хватало на месяц. За сеанс кровопускания неплохо платили, от ста до трехсот рублей.
Черт, про них она совсем забыла…
Хоть совсем не возвращайся, мать прибьет! И про запись больных… Даже не вспомнила!
Наконец, Анна почувствовала, что голова начинает кружиться, а сознание меркнуть, в теле появилась слабость. Она потянула руку на себя. Оба существа остались внутри.
— Выпусти нас, — попросил тот же голос. — Мы поможем тебе убить их всех.
— Я не хочу никого убивать, — прошипела Анна зло, сопротивляясь соблазну. — И как я ее открою?!
— Тогда они убьют тебя. Они уже убивали… Моего хозяина. Их было много. Слишком много… А клетку я давно сломал! Нужно лишь набрать код, чтобы снять верхнее силовое поле. Его я запомнил.
— Не убьют, я им нужна. И вы, чтобы купить для своих планет воду!
Воцарилось молчание. Анна не торопилась уйти, вдруг сообразив, что меч пронзит ее тут же, если хоть один полукровка заподозрит ее в связи с Правителями. И откуда, откуда у нее эта могучая уверенность, что она перебьет их всех, стоит в определенной последовательности ткнуть в десять светящихся кнопок, от взгляда на которые пробегал мороз по коже и начинали дрожать руки?! Снова наваждение… И как демон мог разговаривать с ней?! У нее что, крыша сдвинулась от звезданутости?! Или… Или она такой расы?!
Ранки на руке быстро заживали.
— Почему они вас держат голодными? Собрались на кого-то напасть? — шепотом спросила она, скосив глаза на охранников. 
— Их кровь для нас не подходит, — усмехнулся демон. — Мне нужно еще крови, чтобы выйти. Мне не дотянутся самому до управления полем. А что у тебя с глазами? — подковырнул он с усмешкой. — Дикие, бегают…
— Нет! — твердо прошипела Анна, уловив иронию.
Рехнуться можно, демон пытался шутить… Второй демон с любопытством изучал ее, не проронив ни слова. Кажется, между ними было еще какое-то поле…
— Если я дам, то потеряю сознание, — голос ее стал взволнованным. — Через три дня, когда восстановится.
— Я буду рядом, не бойся их, — голос прозвучал над головой, чуть смещено к уху.
— Скоро мы вернемся в империю Карсад. Я, правда, хочу им помочь, — виновато проговорила Анна.
— Они убийцы! — предупредил демон уже из клетки, посвистывая: — Выпусти меня!  
— От страха и безысходности… Я не могу… Я, правда, не могу.
— Если Карсад возьмет малышку для Зарта, я буду рад, — согласился демон. — Зарт не станет убивать малышку. Она ему нужна, а малышке нужна кровь. Но у меня уже есть хозяин — ты!
— Я не хозяин… Я хочу вернуться домой, — растерялась Анна.
— Твой дом там, где я. И ты! Они оставят в залог твою подругу. И разрежут на куски, когда узнают, что она потомок Чаролин-Ха-Пхат, — голос прозвучал предостерегающе.
— Что она им сделала? — не поверила Анна.
— Спроси сама. Пусть твой дружок протянет мне руку, я оставлю на ней знак для демона Карсада.
— Надеюсь, это не связано с убийством? — прищурилась Анна.
— Нет. Наоборот. Я понял — во вселенной миллионы галактик, и в каждой миллиарды звезд. На наш век хватит! — демон отпрянул от клетки. — Сюда идут, смотри на меня, как смотрят на змей…
Анна замерла и напряглась, позволив слабости одолеть ее. Веки сразу стали тяжелыми, голова безвольно качнулась и земля ушла из-под ног, когда чья-то рука опустилась на плечо.
Ее подхватили и понесли…
 
Глава 8. Полезные связи.
Анна проснулась в чистой постели и на простынях. Слишком много выпито крови при длительном отсутствии достаточного количества кислорода и воды. Слабость еще чувствовалась. Не иначе, давление понижено.
— Долго я спала? — Крас и Лия сидели рядом с той и с другой стороны.
Лия дремала, подложив под голову руку — лицо с печатью озабоченности и испуга даже во сне.
— Ну ты! — воскликнул Крас осуждающе. — Напугала всех… Сейчас обед… Сутки… Этот демон… он хотел тебя убить… Когда тебя унесли, он в ярости чуть не порвал защиту… Счастье, что успели вовремя заметить, что он тебя высасывает! — он начал успокаиваться. — По сути, демоны — энергетические вампиры. Демон может убить взглядом армию, но всегда думали, что через такое мощное силовое поле его посылы не проходят… — тихо произнес он, чтобы не разбудить сестру, и облегченно вздохнул, подавая стакан сока.
— Его так легко можно поймать? — рассеянно спросила Анна, принимая стакан из его рук.
— В смысле?
— Ну, силовым полем? — в горле пересохло, Анна выпила стакан с жадностью. 
Крас задумался.
— Вряд ли… Это не совсем поле… Нечто подобное аэлранам, направленные друг на друга, которые перемещают его тело в нескольких направлениях по заданным координатам, не позволяя выйти из подпространства, оставляя расщепленным. Демон и есть, и его нет. Эта клетка сделана не людьми, а демонами… Только оправа для нее… У демонов другие технологии.
— Еще! — попросила Анна полубессознательно, возвращая стакан. — А человека в такую клетку можно засадить?
Крас задумался, пожав плечами. На этот раз он подал ей горячий крепкий напиток, напоминающий кофе, но мягче. Кажется, они называли его мюраль…
— Сомневаюсь… К чему такие вопросы?! — удивился он.
— А Правителя? — прищурилась Анна, теперь глаза ее непроизвольно уставились на передвижной столик с горячей едой, к которому ни Крас, ни Лия не притронулись. Рыбный суп, окорочка небольшой птички, салат… Где-то во дворце или рядом располагалась оранжерея, которая снабжала дворец, но скудно. Или не сезон…
— Правителя не удержать аэлраном. Они часто уходят к Создателю, чтобы обсудить с ним дела. А впрочем… Не знаю, никто ж не пробовал… Если демона выпускают, клетка почти сразу исчезает… Демона можно выпустить только раз.
— Аня! — обрадовалась Лия, открывая глаза. — Тебе было больно? — участливо поинтересовалась она, уткнувшись в грудь.
— Нет, я ничего не почувствовала, — успокоила Анна, потрепав ее по волосам, как делал Крас. И обрадовалась, заметив, что и одежда, и головы у обоих чистые. Значит, где-то здесь можно было принять ванну или душ. — В какой-то степени, мне было даже приятно. Так всегда, когда тебя пьет вампир.
Лия вскочила с кровати, по-хозяйски прошлась по покоям, на ходу поправив покрывало на кровати, которая стояла за кроватью Анны. Крас помог ей откатить столик к большому столу.
— Ань, ты как, сначала примешь душ, или поешь? — поинтересовалась Лия, сомневаясь, накрывать или подождать.
— Сначала душ! — хором проговорили и Анна, и Крас, который виновато взглянул на нее, пошевелив носом. 
— Фу-у! — он протер нос, взглянув на Анну с усмешкой. — Мы твои вещи постирали. Будешь мыться, сначала помочи себя, потом воду выключи. У них жесткая экономия. Воды часа три после этого не будет.
— А бани у них нет? — поинтересовалась Анна, заметив, что одежду с нее сняли, переодев в длинную сорочку.
— Сауна?! Есть! — радостно воскликнула Лия, доставая из шкафа халат и полотенце. — Пойдем, я покажу. Но воду выдают два тазика. Один чтобы помыться, а второй сполоснуться. Это недалеко, мы на этаже, где живут охранники, внизу прислуга, а еще ниже полукровки. Сауна между нашим и следующим этажом.
— Классно! Мне хватит, — обрадовалась Анна, осматриваясь.
Окна закрыты наглухо, но вытяжка бесшумно работает, прогоняя воздух. И дополнительные обогреватели. Всех поселили в одну комнату, поставив три надувных кровати буквой П. Во второй половине небольшой стол с четырьмя стульями и походная мебель. Каменный пол, желтая штукатурка с трещинами. И много светильников, компенсирующих отсутствие солнечного света… Видимо, комнат во дворце было немного, выделили по необходимости первое, что сумели освободить.
Не катакомбы, и то хорошо.
Анна набросила сверху халат, по пути пощекотав Краса, который растянулся на кровати, дожевывая булочку с кремом. С аппетитом у него было все в порядке. Лия уже собрала пакет с полотенцами, вехотками и мылом.
Кажется, жизнь и в самом деле налаживалась…
 
После горячей сауны и сытного обеда Анна почувствовала себя живой. Единственное неудобство — отсутствие возможности выйти на улицу. Входы и выходы охраняли, а окна были только в комнате охраны и прислуги, куда им входить запретили строго настрого.
— Крас, мне нужно с тобой поговорить… Я не уверена, что нас не прослушивают. Давай прогуляемся, — предложила Анна, заметив, что в коридоре стало пусто.
— А я? — обижено и испугано вскинулась Лия.
— Поверь, меньше знаешь, крепче спишь. Я видела, что бывает, когда они достают мечи. Если бы я не подержала твоего брата за яйца, он бы сдал нас всех… Черт…
— Я помню. Ну и как? — с ехидцей полюбопытствовал Крас, краснея и потупившись.
— Ну, знаешь! — возмутилась Анна. — После всего, что было, ты обязан на мне жениться!
— Я подумаю, я обязательно рассмотрю и этот вариант, — пообещал он. — Но думаю, шансы невелики… Видала, как у нас чисто?! — он кивнул в сторону двери. — Тут столько горничных, от которых я немею… Эх, был бы я свободен!
— Вы надолго? — спросила Лия. — Я боюсь! Я не могу… когда они рядом…
— Нет, на пару слов, — кивнула Анна. — Мы будем неподалеку.
Крас открыл двери, галантно пропуская Анну вперед. Четверо охранников посторонились.
— Мы погулять… здесь, по коридору, — бросила Анна, заметив, что охрана направляется за ними следом.
Дождались, когда охранники разошлись в разные стороны, двое к одной лестнице, и двое к другой.
— О чем ты хотела со мной поговорить? — спросил он, когда отошли на достаточное расстояние.
— Кто такая Чаролин-Ха-Пхат? — поинтересовалась Анна, беря Краса под руку.
— Мой далекий предок. Ее отряд открыл планетарную систему вокруг звезды Краас. И собственно, саму звезду, как незанятую. До того она принадлежала убитому Правителю. За заслуги ее наградили, а изваяние стоит на планете героев, — Крас многозначительно скосил глазом на руку Анну.
— Да ну тебя! — она отпустила его руку и просто пошла рядом. — Тогда система Краас была обитаема?
Крас пожал плечами.
— Кажется, жил кто-то… После цивилизации дэвов ее долго не могли найти. Потом она переходила из рук в руки… Обычное дело. Между Правителями шла война, а система Краас как нельзя лучше подходила для маневренного развертывания имперских сил. Это было как раз в то время, когда Карсад пытался спасти Правительницу Айру от гнева Галактического Совета. Шестьдесят пять миллионов лет назад. Многие в то время пытались повалить Карсада. В нашем роду… впрочем, как и в любом другом, ведут родословные и сохраняют архивы. Цивилизация существует с того времени, как есть доказательства ее существования и связь между поколениями. Тринадцать тысяч поколений… Род Ха-Пхат очень древний, восходит к первым представителям эльфов, которых Правитель Карсад лично вызвал к жизни. Я покажу как-нибудь. В нашем архиве около пяти миллионов мемуарных рукописей. Интересно иногда почитать. Среди моих предков встречались очень, очень талантливые писатели! А есть собственноручная запись Чаролин. Кстати, материк назван в ее честь. Но нас осталось немного. Ламаойя, наша эльфийская прародина в системе Отран, пережила нечто подобное тому, что случилось на твоей планете. За три дня тридцатимиллиардное население планеты было полностью уничтожено вместе с планетой. Оставшиеся эльфийцы расселились кто где, кто-то вернулся, когда Карсад возродил жизнь вокруг звезды, на новую Ламаойю.
— Полукровками?
— Нет, Правителем Рума… Карсад его победил. С тех пор на нас ни разу не нападали. А что?
— Не знаю. Но когда станет известна ваша родственная связь с Чаролин-Ха-Пхат, вас, возможно, убьют. Сдается мне, что здесь полукровка из системы Краас. Они могут жить так долго?!
— Могут, если есть звезда, которая слышит носительницу силы. И много дольше… Тогда они как Правители, — Крас обеспокоился, лицо его стало испуганным. — Ты хочешь сказать…
— Возможно, они уже знают, — Анна тоже встревожилась.
— Вряд ли. У нас были случаи похищения с требованием выкупа, — Крас остановился в задумчивости. — Нас не потеряли, нас похитили на глазах у сотни людей. Трубить о том, кто мы, имперские службы не будут. Скорее, обнародован конгломератный список лиц, которые могли оказаться похищенными в тот день, и среди них инкогнито наши имена, чтобы наши показания прозвучали убедительно, или, что похищенные лица были не установлены.
— Тебе и Лие нужно как можно быстрее покинуть дворец, — проговорила Анна, внезапно расстроившись. — Правители сей планеты собираются отправить тебя и меня, а Лию оставить в залог. Когда вернешься, тут же станет ясно, кто ты.
— Но как?! — с болью в голосе воскликнул Крас и тут же улыбнулся, заметив слугу, который протирал пыль в нише. — Они не отпустят! — шепотом произнес он, прижимаясь к стене. Глаза его стали почти черными, а лицо серо-пепельным. Руки нервно дрогнули. — Ужас! Дома не переживут!
— Я останусь! — тоном, не терпящем возражений, заявила Анна.
— Нет-нет… Даже не думай… — Крас до боли сжал ее плечо. — Из-за меня мы попали в эту гнусную историю… Лучше я! Нам нужен код… Боже… — он в отчаянии схватился за голову. — Заметила, они перемещаются, не сходя с места. Значит, у них такие же аэлраны, как у меня. Их не видно, но они есть… Мы нападем! Когда меченосцев не будет рядом… На их бабу!
— Прекрати истерику! — зло прошипела Анна. — На нас смотрят! И перестань трястись!
— Я не из-за себя… — Крас сжал ладони в кулаки, навалившись к стене. — Я из-за вас…
— Ну, боец! — усмехнулась Анна. — И чему вас только в вашей школе учат! Ты же говорил у тебя пояс!
— Тут у всех такие пояса… И выше! — скривился Крас. — Это полукровки, у них мечи, как у Правителей! У нас так принято… Старший отвечает за младшего… Не уберег — позор на всю жизнь… Лучше умереть… Если убежать… — тоскливо взвыл он. — Наверное, у населения тоже есть аэлраны... Или робот!
— Останусь я, — повторила Анна. — Вы с Лией должны вернуться.
— Тогда ты и Лия! Не пререкайся со мной, — твердо заявил Крас, гневно сверкнув взглядом. — Обо мне не думайте…
— Я не знаю твоего мира, я там никто. Не беспокойся за меня, кажется, у меня здесь появился сообщник.
— Кто?! — глаза Краса округлились, он воровато оглянулся, прижал Анну к стене, зло прошептал: — В сауне познакомилась?! Кого-то еще… подержала за яйца?! — вскинулся он. — Блин, ни на минуту нельзя оставить… Я так и знал! То-то пришли веселые…
— Отстань от меня… Идиот! — рассердилась Анна, высвобождаясь. — Демон!
Крас в тупом недоумении уставился на нее, растерявшись.
— Он же тебя чуть не убил! — с сомнением воскликнул он, чуть громче, и сразу примолк, улыбаясь, заметив, что все четверо стражников повернулись на голос.
— А кто мне рассказал про твою легендарную родственницу? — прищурилась Анна.
— Зачем ему это? И как?! — Крас с сожалением покачал головой. — Они нас убивают. Взглядом. Если Правитель не сдерживает.
— Я могу его слышать, как Правители.
— Их все могут слышать, только они не говорят с людьми, считая нас… недостойными. Обычно демоны управляют людьми, как кукловоды. Мы для них сгусток плазмы, на которую плюнь, она и рассыплется. Вернее, демоны Правителей, которые смогли выучить человеческий язык. Их язык нельзя переложить на слова, я интересовался. Наверное, в детстве все мечтают о чем-то таком… необычном.
— Тебе бы понравилось быть расщепленным? Он просил меня помочь ему, — Анна перевела Краса на другую сторону, заметив, что в комнату, возле которой они стояли, вошел слуга, закончив уборку в нише. — Он согласен, если один из них будет принадлежать Зарту, и заинтересован в обмене. 
— Но как?! — потрясенно уставился на нее Крас. — Почему ты?!
— У меня с ним немного больше общего, чем у вашего народа. Наверное, Правительница Айра создала нас такими, чтобы мы могли быть приятны ее демону. Генетическая предрасположенность. Я его чувствую.
— Ты понимаешь язык демонов?! — Крас взглянул на Анну, как на пришельца из другой вселенной. — Все говорят, что Правительница Айра была себе на уме… Как же ей это удалось?!
— Я остаюсь, это не обсуждается, — твердо заявила Анна. — Меня не тронут — я для них слишком ценный объект. Решение добровольное и осознанное. Твоя задача выполнить возложенные на тебя обязательства.
— Аня, но ты же знаешь, я не могу ничего обещать… — растерялся Крас. — Кто станет слушать меня или полукровок?! Это абсурд! Я даже не уверен, примет ли меня Правитель Карсад! Я… я сейчас даже понять не могу, как мне все это в голову пришло! Правда, я был как будто не в себе… Наверное, сильно испугался, хотя тогда мне казалось… — Крас внезапно изменился в лице. — Ты хочешь сказать, что мной говорил демон?!
Он потрясенно уставился на Анну, на мгновение остолбенев.
— Я была свидетелем таких абсурдов, которые ни вам с Карсадом, ни полукровкам не снились! — Анна снисходительно похлопала его по руке. — Я живу на планете, где каждый абсурд становится бытием, а за здравые суждения тащат в костер. Если Правитель Карсад за несколько миллиардов лет не достал для сыночка демона, думаешь, он свалился на него за те шесть дней, что мы находимся в заключении? — усмехнулась она. — Это как сватовство. Считай, что смотрины состоялись. И вот еще что… Ты должен подойти к клетке и протянуть руку. Демон пошлет за тобой письмецо своему сородичу…
— Он же мне руку оторвет! — побелел Крас. Кожа из золотисто-бронзовой, как всегда при сильном испуге, стала грязно-пепельной. Значит, перед этим он страхом управлял, и не боялся, когда пытался отправить их с Лией, оставшись в плену сам.
— Обыкновенно… Подходишь, и суешь. Ничего с тобой не случится, — Анна показала небольшой синяк в том месте, где демоны пили кровь. — Моя рука осталась целой.
Глаза у Краса округлились до предела, он перестал походить на эльфийского принца. Теперь это был кот, которому наступили на лапу и по живому отрывали хвост. 
— Ты… Сунула в клетку руки?! Они же могли тебя убить! И что это за рана?! Ты…
— Так, стоп! — возмутилась Анна. — Сейчас договоришься… Я проверила! Просто… проверила! Наверное, все мечтают о чем-то таком… необычном, — напомнила она. — Ну и… сунула… Куснули для острастки. Чтобы не совала, куда не просят.
— Они тебя чуть не до капли выпили! — не поверил Крас. — Ни кровинки в лице   не осталось! Ты бы в зеркало на себя посмотрела!
— Это я от испуга, — быстро проговорила Анна, убирая руку за спину. — Ну… может чуть-чуть… Мы у себя часто кормим пиявок. Это полезно. Ну, я и подумала, чем черт не шутит, голодные же! Они когда присасываются, впрыскивают антибиотики. Только не синтетические, а натуральные. 
— Пиявок?! — Крас надолго потрясенно замолчал. — Че, правда?!
— Ну конечно! Ну и вот… — Анна вздохнула. — В общем, мы подружились. Не настолько, чтобы считаться друзьями, но мне показалось, демоны испытывают ко мне некоторую симпатию. За храбрость. За… — она наклонила голову, на мгновение задумавшись и смутившись, — самопожертвование!
— Дикие демоны? Симпатию?! — теперь кожа лица Краса приобрела зеленоватый оттенок, с серыми болезненными пятнами. Оказывается, не только его глаза имели свойства хамелеона, но и он сам. Анна все еще не привыкла, что эльфийцы тем и отличались, что умели прекрасно маскироваться. — Сомневаюсь… — он поджал губы. — Наверное, Правительница Айра и ее демон были сумасшедшими…
— Почему были? Ты же говорил, они все еще где-то там, у себя в империи?
Крас лишь досадливо отмахнулся.
— Ее боялись. Поэтому и лишили меча и силы. Не каждому под силу взорвать звезду… Я слышал, Правители содружества Зандран однажды взорвали Черную Дыру, когда она слишком близко подошла к одной из их звезд. Но это было миллиард лет назад! А Правительница Айра обладала силой и мечом и Катрин, и Карсада. Не удивлюсь, если она и ее демон разработали новое оружие против Правителей, — он покачал головой. — Ей действительно есть, за что ненавидеть их… Я уже совсем ничего не понимаю… Если демоны так легки на контакт, такие умные, чтобы шутить с головой человека, читать мысли, предугадывать действия…
— У них демон Правителя! Он прекрасно разбирается во всем, что здесь происходит! — перебила его Анна, которой надоели причитания и восклицания Краса, и все его непонятки. — Он знает их всех по именам! Он знает их планеты. И давно дожидался, кто откроет клетку, чтобы их всех убить!
— Демон Правителя? В клетке?! — Крас презрительно усмехнулся. — Их нельзя закрыть здесь, вне Черной Дыры. Их клеткой не напугаешь! Демона можно выпустить только раз! Любого… потом они уходят… 
— Куда? — полюбопытствовала Анна.
— Понятия не имею… Искать Правителей, которых можно убить еще… Они часто нападают. Считается, Правитель без демона — мертвый Правитель. Таким на Сорею даже носа не сунуть.
— Ну вот видишь! Значит, демон все верно просчитал! — похихикала Анна, стараясь разрядить обстановку. — Зачем демону открывать планы кому-то, кто им приторговывает? Чтобы полукровки выставили его на аукцион?! Сдается мне, что он когда-то знавал Карсада, раз собирается послать за тобой письмецо. Карсадик не одну, а пять планет выложит, чтобы достать демона для сыночка, е если еще Правителя, с которым водил дружбу, то все десять! А нам это на руку! Так что иди! — грозным тоном приказала она, подтолкнув все еще не пришедшего в себя Краса в сторону лестницы. — И сунь руку в клетку!
Крас с минуту молча взирал на ее руку, набираясь храбрости.
— Э-э… так я пошел? Полукровок как раз нет, куда-то ушли…
Выглядел Крас неважно, он охрип, голос его упал, в затравленных глазах отразился страх. Наверное, он дрожал, но старался это скрыть. И теперь был почти зеленым, а глаза какие-то водянистые и бесцветные. Только зрачки, черные и расширенные. Анна хмыкнула, впервые подумав, что у Краса могут быть недостатки, которые нельзя воспринимать иначе, как часть его самого.
— Иди. Мне надо принять душ, а то мне тазика не хватило… — Анна провела по волосам, рассматривая их на свет. — Я никогда не мыла голову мылом… И можешь погулять, а то я после душа привыкла ходить голой, завернувшись в полотенце.
— Ты мне это специально сказала, чтобы я поторопился?! — усмехнулся Крас, повернувшись и неспеша направившись в сторону лестницы, где два скучающих охранника тыкали пальцем в голографических женщин, бросая неприличные замечания. — Ну да, ну, конечно… должен же я посмотреть на предмет, который изъявил желание провести со мной остаток своей жизни! — пробормотал он сам собой.
 
Крас вернулся часа через полтора, пряча руку в кармане. За него уже начали волноваться. Лия и Анна усаживались за стол. Ужин им доставили в гостиную. Рыба на первое, рыба на второе и травяной напиток с сухариками. Праздники во дворце бывали не часто. Или решили, что раз они на этаже обслуживающего персонала, то с ними можно не делиться.
Особенно возмущалась Лия, которая рыбу не любила с пеленок.
Вид Краса испугал не только Лию, но и Анну. Серо-зеленый, как смерть, с синюшным оттенком, блуждающий взгляд. Пальца его подрагивали, когда он налил себе один за другим три стакана воды, выпивая их залпом.
— Там столько собралось полукровок! — наконец, выдавил он из себя в подавленном ужасе. — Если нападут, никакой Правитель не устоит! Боже!
— В тронном зале? — нахмурилась Лия, намазывая сухарик джемом. Джем она вытащила из корзины, которую приберегла. 
— Нет, на этаже, где тронная зала… Там еще один зал, а из него дверь на улицу и окна открыты. Они там спорят до хрипоты! В тронной зале как раз все нормально, да они бы там и не поместились. О-о-о! — Крас достал из кармана обожженную руку. — Больно!
— Крас! — бросилась к нему Лия, прикладывая к ожогу смоченное в воде полотенце. — Что случилось?
— Случайно вышло, — оправдываясь, сказал он, рассматривая фигурный ожог. — Хотел помешать угли в камине… На спор… С охранником поспорили, — он многозначительно посмотрел на Анну.
— Ну ты! — обругала его Лия. — Почему браслет защиты не сработал?!
— Все нормально, сестренка, он сработал, просто лоханулся… Там как раз полукровки проходили, загляделся.
Анна тоже подошла, рассматривая ожог.
— Заживет, — удовлетворенно кивнула она. — А что с охранником?
Крас кивнул в ответ. В глазах загорелся огонек.
— Побежал пришивать руки… Обе… Он их обе сунул. А я ему говорил!
— Что, прямо совсем?! — испугалась Анна.
— Ну… так… — показал Крас. — Тьфу, тьфу, тьфу! — встряхнул обеими руками, вытерев о полотенце Лии.
— Вы что-то от меня скрываете? — подозрительно прищурилась Лиа.
— Нет-нет, — заверила ее Анна. — Этот идиот в камин одну руку сунул, а тот сразу две. Йогой пробовали заняться. У нас они ходят по углям.
— Не выдумывай, — не стал задирать Лию Крас. И тут же весело предложил: — Может, посмотрим на полукровок?
— Я бы не стала их так называть, — одернула его Анна. — У каждого есть звезда и люди, которые им верят. Это больше, чем иметь меч, силу, империю — и убегающие творения! Карсад — Правитель, данный вам свыше, а любой из них — правитель, выбранный осознанно. Мой народ прошел через тысячелетнее рабство. Память, правда, у народа короткая, но многие понимают, что лучше так, чем с царем-батюшкой. На него где сел, там и слез. Им бы только квартиры раздавать, а народ в лачуге живи, листом подтирайся. Нет хуже правителя, который возомнил себя царем. Весь народ заставят на него молиться.
— Я не со зла, я по привычке, — пожал плечами Крас.
— На привычки есть розги, на худой конец, сойдет и ремень, — погрозила Анна.
— Да, братец, почувствуй, как это, когда тебя учат! — одобрительно поддакнула Лия, укладывая непослушные огненно-рыжие волосы.
 
Три дня прошли в тяжелом ожидании. Никто не знал, что происходит этажом ниже. В зал заседаний их не пускали. Лишь однажды Анне удалось проникнуть на запретную территорию и сунуть руку в клетку с демонами. На этот раз достать руку она не торопилась. Слава богу, полноценной кормежки демонам, как пиявкам, хватало надолго. Насколько, демон не сказал, но заметно повеселел. Откуда он узнал, что она собирается остаться вместо Лии, демон не сказал, но одобрил ее план и сообщил, что все готово и вскоре им объявят о принятом решении.
Так и случилось. На следующий день с утра гости покинули планету, а после обеда их пригласили в тронный зал.
Правители-меченосцы, Каин, Камиль и Ганэрон — сидели на тронах, Правительница Селина прохаживалась взад-вперед, нервно перебирая пальцы рук. Периодически она сцепляла ладони между собой и подносила ко рту, о чем-то задумчиво размышляя вслух.
— Путь будет неблизкий. Вас поведут с закрытыми глазами. Девочка останется здесь, — Селина кивнула на Лию.
— Не она… Я, — выступила вперед Анна. — Я останусь. Так будет надежнее.
Камиль приподнял бровь, почесав за ухом.
— Забавно! Мы бы тоже этого хотели … Но некоторые обстоятельства… Мы тут столько дней готовили обращение, нельзя чтобы оно сорвалось! — как-то уж слишком по-отечески проговорил он, будто наставлял ее на путь истины. — Возможно, это первое и последнее наше обращение к Правителю, у которого есть надежда попасть… — Ганэрон запнулся, почесал затылок, — … к Правителю! — закончил он. — Наши обращения, обычно, или не доходят, или выставляются на посмешище… каким бы недюжим умом оно не блистало.
— Вот именно! — горячо возразила Анна. — Карсад не дурак. Он понимает, что если выпотрошить меня как следует, есть вероятность, что я вспомню, как выглядит ночное небо. И рано или поздно по моим воспоминаниям не составит труда нарисовать карту и расшифровать координаты системы, в которой находится моя планета… Тихо-тихо! — Анна предостерегающе выставила вперед руки, заметив как все четверо Правителей мгновенно напряглись. — Всю жизнь живу в мегаполисе, откуда небу-то взяться?! — она кивнула. — Можете прямо сейчас просканировать мою память… Но Карсад-то об этом не знает! Я не хочу остаться здесь навечно, — в отчаянии выкрикнула она. — И не могу допустить вторжения на мою планету… Да, у нас так принято — жертвовать собой, если речь идет о миллионах людей… Нас свыше шести миллиардов! Даже понятия такие есть… камикадзе, моджахеды, шахиды…
— Хорошо, мы тебя оставили… — Каин издал легкий скептический смешок. — Хе-хе-хе… А ты раз, и отправилась на тот свет!
— Вы отпускаете меня, чтобы у него… — Анна жестом указала на Краса. — У вашего посла появилась возможность встретиться с Правителем Карсад, — продолжила она, не обращая внимания на иронию. — Ну да, встретились… А дальше что? Меня отправили на свою планету, перед ним мило извинились… И вот вы остались один на один с Правителями Олеомского содружества. Вероятность того, что их растрогает судьба никому не известной девочки, ничтожно мала. Лия ребенок, вам нет от нее никакой пользы, как и Правителю Карсаду. Она не нужна здесь, не нужна там. Маленький рычажок, которым вы будете давить на Краса, который сможет разве что обивать пороги, чтобы вызволить сестру. Правитель Карсад никогда не станет согласовывать с ним свои решения. У них есть демоны, и где гарантия, что они не объединят усилия, чтобы достать вашего демона с боем и поглотить вашу звезду, отбрасывая вас туда, откуда вы не сможете их достать?
— Совершенно верно. В каждом деле есть доля риска. В нашем — ни единого шанса быть услышанными, — сухо отчеканила Селина. — Но что нам дадут трое рабов, которые истают на шахте, не протянув и недели без воды, еды и воздуха. Мы лучше, чем думают о нас в империях. Но мы не можем запретить нашим людям, жизнь которых каждый день висит на волоске. Зачем Карсаду встречаться с молодым человеком, если с ним не будет той, которую он желал бы видеть?! — Селина резко развернулась, повернувшись в сторону Анны, с прищуром смерив ее взглядом.
— Я не имею ни малейшего желания взывать к вашему сознанию… — Анна заложила руки за спину, прошлась до Селины и обратно. — Давайте посмотрим на это с другой стороны… Вы похищаете людей на глазах у всех… Потом отпускаете. В любом случае об этом станет известно Правителю Карсаду. Если Крас сделает публичное заявление, что у него сообщение для Правителя, тот не сможет отказаться от встречи и выслушает его. Без меня. Мое положение заложницы лишь подстегнет его любопытство.
— Почему ты решила, что мы тебе поверим? — усмехнулась Селина.
— Я в первую очередь заинтересована, чтобы Правитель Карсад согласился сотрудничать с вами. Если сотрудничество состоится, вторжение на мою планету станет невозможным. Вы не посмеете нарушить условия договора, вторгшись на территорию его дочери.
— Родственные связи для Правителей не так много значат, — грустно произнесла Селина.
— Дело не в дочери, дело в Олеомском содружестве, — не сдалась Анна. — Согласится ли Карсад пожертвовать империей Гидра?!
— Логично, империя Гидра в свое время метелила почем зря всю галактику… Эта Айра… Что с того?
— Потенциально, моя планета может быть местом обитания Правительницы Айры. В целом империя Гидра имеет сношения с империей Катрин, жизнь продолжается, но в автономном режиме, тогда как моя планета закрыта даже для империи Катрин. И мы выжили. И, похоже, все, что происходит здесь, не так сильно отличается от того, что происходит там.
— Это очень интересная мысль! — согласился Каин, переглянувшись с Селиной, которая слегка нахмурилась.
— Мое положение заложницы и страх, что планета будет найдена, поставит в невыгодное положение Правителя Карсада и поторопит с решением, что опять же поможет мне обезопасить мою планету, на которой я собираюсь провести остаток дней. Я вам нужна! Первое, Правитель Карсад не сможет спокойно спать, пока я нахожусь в руках его врагов. И второе, в моем лице у вас остается козырь для переговоров с Правительницей империи Катрин. Вряд ли ее радует перспектива быть атакованной с территории империи, которую она давно считает своей. Она будет вынуждена посодействовать вам, оказав давление на мужа.
— Несколько озадачена… проницательностью… — призналась Селина, изучая Анну. — Неожиданно, что кто-то пытается… пытается встать на нашу сторону. Мне почему-то хочется тебе верить. Мы думали об этом, но сомневались, что без тебя состоится встреча Карсада и этого мальчика.
— Я вас убедила? — обрадовалась Анна.
— Пусть будет по-твоему, ты и эта девочка останетесь здесь, — вынесла Селина новое решение.
— Нет, я не стану сотрудничать с людьми, которые используют детей для достижения своих целей, — твердо произнесла Анна. — Смею вас заверить, что моя жизнь не имеет цены в моих собственных глазах. Броситься под поезд, повеситься, или облить себя керосином и поджечь, не такое уж редкое явление в нашем обществе. Войны на моей планете не прекращались ни на один день, нас готовят к этому с детства.
— Это правда, я внимательно ознакомился с их историей, когда пытался выбраться оттуда самостоятельно. У них есть такое понятие — «страна». — торопливо подтвердил Крас, утвердительно кивая головой и возмущенно взмахнув руками. — Это выделенная территория, в которой свои законы, своя идеология, свое правительство, своя армия. Миллионы людей, мудриков, другие народы там не сохранились, погибли в огне и пламени, чтобы удовлетворить имперские амбиции кучки мошенников, которые приходят и уходят. Такое ощущение, что на их планете Правительница Айра и ее демон от скуки играют в шахматы, двигая живыми фигурами. Страна, как маленькая империя с несколькими миллионами жителей, и таких стран у них больше сотни. И все они воюют между собой. А есть страны, которые ушли на ту сторону до последнего человека, стертые с лица земли.
— Ужас! — выдохнул Камиль, слегка побледнев, глаз у него нервно дернулся. Взгляд его потемнел и обратился на Анну с состраданием.
— А без меня ваши планы не стоят выеденного яйца, — ехидно заметила Анна.
— Вполне возможно. Но где гарантии, что ты не убьешь себя, когда мы отпустим его и ее? — пожал плечами Ганэрон, сдвинув брови и о чем-то задумавшись. — Если у вас… Если вы… Это какой же… Неужели… Но как?!
Видимо, он пытался представить шесть миллиардов мудриков, и делил их на страны, сталкивая между собой в кровавой сече.
— Ну, не до такой же степени! — Анна всплеснула руками. — Наша смерть — это лишь попытка выразить протест против несправедливости. Но в целом, мы убиваем себя ради жизни! Например, против заключения в четырех стенах. Заключение в камеру без права на прогулку у нас считается самым строгим наказанием. Люди моей расы часто болеют клаустрофобией — это боязнь ограниченного пространства. Они знают, — она жестом ткнула в клетку с демонами, сурово взглянув на полукровку.  — Это и их болезнь! Вот если бы ты только почувствовала, как они страдают! — возмущенно воскликнула она, осуждая черствую Селину.
— Невообразимая глупость! — задумчиво произнес Камиль, обратившись к Каину: — Ты что-нибудь понял? Может, переведешь?
— О прогулках… за пределами дворца, — произнес Каин, оскалившись всеми зубами в кривой ухмылке. — Иначе грозит убиться у нас на глазах. Говорит, что сильно болеет страхом… клаустрофобией. Как демоны.
— Это вряд ли, — покачала головой Селина и через секунду, взглянув с пониманием на клетку, смилостивилась. — Возможно, позволить небольшие прогулки мы можем, но только днем, — она прищурилась, пальцем поманив Анну к себе, заинтересовавшись ее последними словами. — Что ты можешь еще сказать о них? Не лги мне! — погрозила она тем же пальцем. — Я вижу, что ты чувствуешь их! И они тебя!
Анна потерла виски.
— Они голодны, мучает жажда крови и желание убивать… Желание оказаться на открытом пространстве, чтобы… объять необъятное… Магнитные поля… Космическое излучение… Нет, подождите… Излучения, которые создаются Черными Дырами, с которых начинается пространство вселенной…
— Страх? — полюбопытствовала Селина.
— Нет, страх им неведом… Но они знают, что вы задумали. Их вполне устраивает, что Правитель Зарт станет одному из них пищей. Возможно, они смогли бы тебе помочь, если бы ты умела их понимать…
— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Селина.
Анна немигающе смотрела в глаза прилипшего к стене клетки энергетического сгустка тьмы, чуть покачиваясь.
— Я могу помочь тебе родить жизнь, — голос ее изменился, теперь он был механическим и чужим, тело — безвольным, зрачки расширились. — Многие Правители используют нас, чтобы повысить выживаемость создаваемого вида мутационными изменениями генетического кода, или полностью доверяют создание тварей низшего уровня, которые не являются носителями сознаний. Мы создаем ужас, Правители закрывают его, произведение накладывается на произведение. Биологическая цепочки имеют элемент хаоса, который при внезапном изменении условий внешних факторов повышает выживаемость всей системы. Ты — носительница силы, их мечи поднимут тварь и дадут ей плоть… Но мне нужен переводчик. Ты закрыта, а ее расу Айра и ее демон создавали, чтобы приручать нас.
— Мать твою! — присвистнул один из Правителей, привстав с трона. — Пора золотая! Что она несет?!
Лица у всех четверых полукровок вытянулись.
— Но если мы тебя выпустим, ты сбежишь! — недоверчиво воскликнула Селина, обращаясь сразу и к Анне, и к демону.
Анна не ответила, ноги ее подкосились. Она медленно сползла на пол, ухватившись за Селину.
— Воды! — в истерике крикнула Селина, склонившись над заложницей. — Он забирал у нее силы, чтобы поговорить с нами… — она махнула Красу и Лие. — Собирайтесь… Вас проинструктируют и доставят на Мирам. Наши люди будут поблизости. Займись ими! — приказала она одному из взволнованных меченосцев, которые пытались привести Анну в чувство, оттолкнув Краса и Лию, которые подоспели к ней первыми.
— Помни, мы тебя из-под земли достанем, если ты попробуешь нас обмануть! — погрозила она Красу.
— Не надо меня пугать, — грубо ответил он, разозлившись. — Я тоже заинтересован, чтобы нас оставили в покое… Я не уйду, пока не попрощаюсь.
— Ну что мы, звери? — с досадой бросила полукровка. — Придет в себя, вас позовут. Собирайся пока. Получишь пакет документов и доверенность действовать от нашего имени.
— Аня… Аня! — сквозь слезы испуганно позвала Лия. — Мы без тебя не полетим! 
— Девочка, уйди, пока не передумали! — пригрозили ей. — Мальчик, забери, забери ее! Охрана! Охрана!

 

 

 Комментарии

Комментариев нет