РЕШЕТО - независимый литературный портал
Владимир Монахов / Художественная

Л Ж И З Н Ь

488 просмотров

ДАО
В юности я мечтал стать поэтом, рисуя себе сказочную жизнь творца по учебникам литературы. Свое наиболее яркое стихотворение о свободе, о равенстве и о братстве принес в редакцию городской газеты. Мне казалось, что стихотворение сразу же напечатают. Но редактор покрутил стишок в руках и неожиданно для меня спросил:
- А ты этим рифмоплетством на кого намекаешь, ты против соввласти? - у него была такая манера - даже в беседах делать сокращения в словах для экономии.
- Ни на кого не намекаю, - слегка сдрейфил я из-за обвинения в политической неблагонадежности. - Я писал абстрактно.
- А в газету писать абстрактно нельзя! - предупредил меня редактор.
- Так это же стихи! - возразил я.
- А в стихах особенно. Двусмысленность опасна для современного поэта. Надо поточнее и поконкретней. Работай!
И я ушел домой без надежды проснуться знаменитым. Дома мне попалась на глаза столичная газетка, где советская печать развернула кампанию по защите прав человека в США. На этот раз отстаивали негритянку Анжелу Дэвис. Меня так растрогала судьба заложницы американского империализма, что я тут же посвятил ей стишок о свободе, равенстве и братстве.
- Теперь другое дело! - подписывая в печать мое творение, сказал редактор. - Тебе не поэтом, а газетчиком быть - бойкий репортер получится.
И я внял его совету. Уже 25 лет строчу заметки в периодические издания. А ведь собирался быть врачом. Черт дернул меня стишок написать. Сейчас бы вырезал аппендициты и был уважаемым человеком. А так до старости лет ходить в щелкоперах.
Эх, не пишите, молодые, стихи, неровен час - в газету попадете!

Вос-поминание мертвеца
Я родился мертвым. Но мои родители даже этого не заметили, потому что я был подвижным мальчиком. Мама кормила грудью, а отец поставлял все новые и новые игрушки, которыми я их забавлял.
Когда я подрос, меня пристроили в детский сад, где приучили играть с детьми, над которыми я быстро взял верх. Несмотря на то, что был от рождения мертв, быстро рос, опережая своих сверстников в развитии.
Потом меня начали учить в школе, где я сидел на последней парте и производил на учительницу Раису Ивановну тягостное впечатление.
Как-то гладя меня по русой головке, учительница шепотом спросила у мамы: "Как вы думаете - с мальчиком все в порядке?!" На что мама ответила: "А вы разве не заметили, что он очень умный ребенок?!" "Неужели?" - заглянула мне в глаза учительница и, рассмотрев, видимо, что-то страшное, отвела взгляд. А я стоял такой равнодушный - мертвого словом не обидеть.
Я быстро освоил преимущества мертвеца перед живыми одногодками и захватил лидерство во дворе и в школе - командовал пионерами и комсомольцами, дрался с пацанами, доказывая свою силу, учился на "отлично", и многие учителя ставили мне пятерки даже не спрашивая урока... Потом служил в армии, где погибло много моих товарищей, но я выходил сухим из воды, потому что не боялся быть убитым. Мертвому смерть не страшна.
На свадьбе я был единственный мертвец и удивился, что от меня родились живые дети. Всю долгую-предолгую жизнь строчил в газеты заметки и, как со временем выяснилось, их содержание понимали только мертвецы, среди которых я стал знаменитым.
А когда скончался, то, рассматривая меня в гробу, все воскликнули: "Как живой!". А я действительно ожил, потому что родившиеся мертвыми не умирают, а оживают. Я впервые смотрел на мир из гроба и поражался его красками, что раньше было недоступным. И все, стоящие вокруг гроба, видели, что я ожил, и перешептывались друг с другом, не веря своим глазам. Но пришли другие мертвецы и потащили меня на кладбище, где закопали в землю.
- Вот еще один живой! - радостно встречал Петр у райских ворот.
- Очень хорошо! - обрадовался Господь. - Наконец-то опять повеяло и у нас жизнью.
- Господи, отпусти меня жить, - взмолился я.
- Никогда! - был непреклонен Бог. - Так давно не приходили к нам живые...
- О, Господи, как остро чувствуешь жизнь в первые минуты смерти.
- Понимаю, - посочувствовал Бог и, взяв меня за руку, повел за собой. - Вживайся!

Запрет
Мы рождаемся и живем под присмотром "нельзя". И все время интересуемся, а когда будет можно. "Вам скажут", - утешают нас носители запрета "нельзя". Вот настает пора, что, кажется, можно, но выясняется, что тоже нельзя, потому, что мы это уже говорим другим. Так узнаем, что можно только говорить "нельзя", причем только тем можно, кому разрешено говорить "нельзя".

Старик Фицджеральд
Каждый день у окна стоит старик и смотрит во двор на проходящих мимо людей. Проходящие мимо каждый день видят старика в окне и радуются: "Вот опять старик смотрит на нас!". Радуется и старик им в ответ: "Вот опять меня видят, а пока меня видят, значит, я существую". И он безотрывно стоит у окна, глядя на протекающую мимо него чужую жизнь, и демонстрирует возможности своей жизни. И жизнь за окном не заканчивается, и старик все живет и живет. "Жизнь видишь лучше всего, когда наблюдаешь ее из единственного окна", - постоянно повторяет про себя важную мысль старик Фицджеральд.

Открытие птицы
Ко мне в комнату залетела птица. Она испуганно билась крыльями о потолок и стены, сильно кричала - просила помочь. Но я спокойно наблюдал за всем этим. Птица в изнеможении села на гардероб и сочувственно сказала:
- Какое у вас твердокаменное небо, как вы здесь живете, поэт?
- Вот так и живем. Если бы не потолок, то, лежа на диване, никогда бы не узнал, в чем смысл жизни, - просветил я птицу.

Время бытия
Часы - чучело вечности, по стрелкам которых мы никогда не узнаем, сколько осталось будущего у Бога. И потому в одиночной камере бытия мы перестукиваемся со временем. Я - сердцем. Оно - часовым механизмом у пульса на моей руке.

Русская сказка
Прибежала соседка, закричала:
- Идите, смотрите, ваш отец опять летает по небу, распугивая птиц!
Мама заплакала, запричитала:
- Господи, за что нам такое наказание? Лучше бы он напился и валялся в канаве, как все люди. И зачем показывать, что у тебя есть крылья?
Соседка удивленно посмотрела на маму:
- И чего так убиваешься? Налетается мужик досыта, так хоть домой вернется чистым!
- Да когда он добросовестно возвращался? - негодовала мама. - Мне же за ним и лететь! А сколько еще дел в доме!
- А можно мне? - спросил я у мамы.
- Глядите, и этот туда же, - всплеснула руками мама, доставая из темного чулана пыльные крылья.

Счастливый путь
Отпуская ученика в люди, знающий все наперед наставлял:
- Иди по жизни, не расталкивая локтями других. Ты сильный - тебе и так уступят дорогу!
Прилежный ученик старался следовать совету. Но каждый вечер смывал с натруженных рук чужую кровь, не понимая причины трагедии. Мастер счастливого пути не замечает своих жертв.

Женская логика
- Он не такой, как все! - восхищена женщина, растворясь в полете мужской фантазии.
- Он? Он - не такой, как все... - разочарована все та же женщина, перебираясь к маме с вещами.

Мечта детства
Стучится в мою дверь настоящее:
- Вова, пошли гулять!
И я беру настоящее за руку, и мы идем с ним улицами Братска. Мимо базарчика, мимо кафе - в детский парк. По дороге покупаем лимонад, мороженое и что-то еще цветастое, чего нельзя было достать в моем детстве. Мы катаемся на фантастических каруселях, мы радуемся дню и жизни. Господи, сбылась главная мечта моего детства - повзрослеть. Но я никогда не мечтал стать дедушкой.

Иудины дети
И сказал первый:
- Ты - Иуда!
И возразил ему второй:
- Иуда - ты!
- Я первый сказал! - возмутился первый.
- Ты первый продал! - был непреклонен второй.
Достаточно всего тридцати сребреников, чтобы нанять Иуду для предательства, но никаким золотом мира не заставить держать язык за зубами желающих доносить.

Мысли у холодильника
Сел на диету и начал худеть. А - худея, по вечерам вспоминать, как хорошо бы сейчас заморить червяка с помощью того да сего, пятого-десятого. И так увлекаешься этими мыслями, что застаешь себя у открытой дверцы холодильника, где вот только что было пятое-десятое, то да се, а теперь уже внутри твоего организма переваривается... Переваривается только то, что когда-то было живым. И думаешь, сколько вреда человек наносит живому! Сажает сады - и беспощадно обрывает плоды, сеет хлеб, а потом съедает его. Все выковыривает, выкапывает, пережевывает, переваривает и не успокаивается, пока не перетрет все живое в своем ненасытном желудке. Человек приспособил природу к пищеварительному процессу. Даже цветы уже не для красоты, а для варенья, конфет и других сладостей. Эта ненависть идет тоже изнутри меня, где урчит ненасытный желудок. Слушаю - урчит опять, чувствуя родственную душу холодильника.

Искушение
Мужчина и женщина сидели друг против друга и спорили...
- Ты божественная! - сказал мужчина.
- Нет, это ты божественный! - восхищалась женщина. - Ведь женщина не может быть Богом.
- Мужчина без женщины тоже не может быть Богом, - сказал мужчина.
- Значит, Бог без нас не может? - спросила женщина.
- Бог без нас ничто! - расхрабрился мужчина.
- Это ты их искушаешь? - спросил грозно Бог у дьявола.
- Господи, так ведь скучно, пусть потешатся.
- Мало тебе грешников в аду?
- Еще парочка не помешает, - улыбнулся дьявол. - Все равно мы все твои, Господи!

Уют Москвы
В снежной Москве приезжих узнаешь по белым солевым полоскам на обуви и брюках. Соль на зимних тротуарах метит неискушенных провинциалов, выделяя их из толпы москвичей. Я сначала огорчился негостеприимностью столицы, переживал за свой внешний вид... А потом по этим приметам научился узнавать себе подобных. И стал чувствовать себя лучше и тихо улыбаться, подсчитывая, сколько много вокруг приезжих. И от этого Москва становилась уютней...

Мусор
Нести ведро до мусоропровода и неожиданно высыпать содержимое соседу под двери. Все очистки, внутренности рыбы, шкурки колбасы и бумагу от черновиков. Но, словно почуяв неладное, сосед откроет дверь и остолбенеет от такого хамства.
- За что? - удивленно спросит у тебя.
- А тебе разве не хотелось вот так нести мусорное ведро и неожиданно вывалить кому-нибудь из соседей под дверь? Не хотелось?..
- Хотелось! - признается он и пугается потаенных мыслей.
- Вот за это и получил то, что тебе хотелось дать другим. Я знал твои подлые мысли, я выследил их у себя за письменным столом. Получай, - и ногой разбрасываю мусор, он попадает в квартиру, на стены и ему в лицо. А я бегу прочь...
Я знаю, что он тоже побежал за своим мусорным ведром и сейчас навалит мне кучу под дверь.
Так у нас начнется мусорная война, в которую мы втянем наших соседей и всю литературную общественность, которая не поверит, что я на это способен. А я такой, я все могу, если выслежу, что там у вас за потайными мыслями.

Маленький рассказ о маленьком человеке
Маленький человек родился маленьким, рос маленьким и, позврослев, остался маленьким. Он просыпался по утрам маленьким, маленьким шел на службу и делал маленькую работу. Потом забирал из маленького детсада маленького сына, гулял с ним в маленьком дворике, пока маленькая жена не звала кушать маленький ужин. Маленький человек ложился спать маленьким и вставал по утрам все таким же маленьким, как вчера. И завтра он будет маленьким, и умрет он маленьким, и могилка у него будет маленькая, и память о нем будет маленькая.
Но маленький человек каждую ночь смотрит сны, где действуют большие-пребольшие люди, которые однажды стали явью и сделали мир таким, каким маленький человек видел в своих снах. Большой красивый мир, который опять заселили маленькие люди, которым снились сны большой яви. Но это все та же история, только про других маленьких людей, маленьких, как ты и я.
- Но ты ведь большой, очень большой, - выслушав историю, запротестовала женщина.
- Это только тебе кажется, - возразил создатель мифов.

Под звуки истории
Теперь человечество просыпается под звуки истории последних новостей. Не успеваешь протереть глаза, как тебе сообщают о ночной жизни президента, нападении на страну и очередном футбольном побоище на той стороне света... Из всего потока истории ты вылавливаешь сообщение, что дорожают хлеб и мясо, на кофе неурожай и принц датский все еще думает, быть или не быть на сцене провинциального театра...
Теги:
19 August 2005

Немного об авторе:

Владимир МОНАХОВ автор более десяти сборников стихов и прозы. Активно публикуется в журналах и альманахах. Его тексты вошли в антологии "Русский верлибр", "Сквозь тишину. Антология русских хайку, сенрю и трехстиший.", "Приют неизвестных поэтов. Дикоросы.", "Антология ПО под редакцией К.Кедрова". "Нестоли... Подробнее

 Комментарии

Комментариев нет