РЕШЕТО - независимый литературный портал
Дэвид Лазба / Подражания

Улыбнись, словно тебе весело.

289 просмотров

Я лежал на холодном зыбучем песке, на берегу вечно ропщущего океана и смотрел в безграничное заплаканное небо. Холодная горько соленая вода подкрадывалась ко мне тихо, но стремительно. Она пыталась забрать  меня к себе в бесконечность, хотела познакомить со своими прекрасными и ужасными морскими обитателями, хотела сделать меня частью соленой утопии. 
Солнце подпекало кожу, несмотря на то, что находилось далеко-далеко за хмурыми серыми облаками. Чайки кружили, как коршуны, иногда прерывая шуршание океана своими птичьими криками. 
Ботинки и джинсы намокли. Я начинал замерзать, в животе журчало, в глазах мутнело. Дороги назад нет. Дома больше не существует. Меня ждут только в одном проклятом месте, в аду. Я одинокий волк. Нет, я одинокий глупый червяк, который в свое время не смог ничего изменить. 
Гм, океан сгорбился, как спина верблюда. Безобразный, мрачный, необозримый и неимоверно манящий. Чайки все кружатся, кружатся, и никак не могут понять, кто я такой, и с какими намерениями здесь валяюсь. От меня исходит густой смрад. Враг ли я? Друг ли? Кто, черт подери, я такой? Можно ли меня поклевать? Вряд ли. Я не рыба, я не могу взять и оставить свою жизнь на пустом берегу. Но куда мне идти? Кто меня ждет? Мне нигде не рады, я везде чужой, меня гонят отовсюду, где бы я ни появлялся.  
Оперевшись на правый локоть, я поднялся, сел и посмотрел вдаль, пытаясь разглядеть другой берег другой страны. И, казалось, что мне кто-то машет. Кто-то зовет меня, любяще и с улыбкой на добродушном лице. Не поверив своим глазам, я вспрыгнул на ноги и побежал к нему на встречу. Океан возрадовался, заплескался подо мною. Соленый, прозрачный, милый друг. Он сделался чуть теплее, специально для меня. А я бежал и мне хотелось смеяться. Я спешил. И стало на душе моей легко и радостно. Солнце выглянуло из-за хмурых облаков, чайки радостно запели, приняв меня за своего товарища. Меня ждет новый мир. Вселенная, где любят и ждут. 
Но вдруг вода стала темнеть и густеть. Бежать становилось все труднее и труднее. Началась одышка, паника. Солнце вновь спряталось, чайки снова озлобились и недоверчиво проносились мимо меня. Озноб охватил мое слабое тело. Я чувствовал прикосновения мелкой рыбешки, чувствовал соленый вкус, который влагой полз к моему сухому рту. Я обратил свой взор вдаль, в надежде, что хоть тот улыбчивый силуэт никуда не делся. Но его там больше не было. Куда-то исчез. Страх оседлал мой рассудок. Бах! Судорога схватила мою ногу, и я начинаю уходить ко дну. Руками, нащупывая раскоряченную напряженную ногу, я пытаюсь ухватиться за пятку. Тяну ее наверх, но она выскользает. Меня что-то тащит вниз с невероятной силой. Я панически развожу руками, пытаюсь вдохнуть побольше воздуха, но вместо этого получаю только порцию убийственной горько соленой воды и начинаю захлебываться. Я сдаюсь, теряю силы. Я под водой. Я тону. Перед глазами ягуаром проносится вся моя бессмысленная жизнь. Вся боль, причиненная мною людям, все страдания моей матери, все разочарования моего отца, все слезы моей женщины, любви всей жизни, дама моего уродливого, больного сердца. Я карлик в стране великанов. Я муравей в стране саранчи. Я спичка в стране зажигалок. Я нота в стране мелодий. Стоит только один раз свернуть не туда и вся жизнь сваливается под откос. Всю жизнь, когда мне было больно и трудно, я приходил сюда, к океану. Разговаривал с ним, изливал душу. А теперь он обманул меня. Мой детский друг поймал меня в ловушку. Подлый Иуда… Душит меня, входит в меня, травит меня, мучает, убивает. 
В глазах темнеет. Сил больше нет. Хочется вдохнуть воздуха. Я открываю рот. Появляются пузырьки. Откуда не возьмись! Бесконечное количество пузырьков перед моими глазами – вот что я вижу. Через минуту я уже ничего не вижу. Ничего не чувствую. Ничего не слышу. И не возникает вопрос: «Где я?», все будто встало на свои места. Никаких забот, никаких проблем, никаких разочарований, никакой семьи, никакой любви. Темнота, которую нельзя назвать темнотой. Совершенно не понятно, что это такое, и где я вообще нахожусь. «Смерть» пробежали горячие строки перед… Перед не пойми чем. Невозможно понять и прикоснуться. Я почти не существовал. Я почти умер. Нет больше ни океана, ни солнца за тучами, ни чаек. Ничего.

 



Но вскоре я пришел в сознание. С трудом продрав слипшиеся от соли глаза, я сумел разглядеть деревянный потолок и окно. Лучик света прошел сквозь стекло и уверенно пространствовал в мою сторону. Я лежал на, до боли, знакомой кровати. В, до боли, знакомой комнате. По полу раскиданы игрушки: зеленые солдатики, разные машинки и один единорог. Я пригляделся и увидел, что это не просто какой-то там единорог, это мой, старый единорог. Его звали Джек. Как он здесь оказался?
В комнату вбежал белокурый мальчишка, плюхнулся на пол и начал увлеченно играться. Он показался мне очень похожим на меня в детстве. 
-Ту-ту-ту, Буэхххх. – Изображал он звуки автомата и взрывов.
-Эй. – Окликнул я его. – Эй.
Но он не слышал. 
-ЭЙ! – Повторил я громче.
Мальчик продолжал играть, он схватил единорога и закричал:
-Джеки, в атаку! Уничтожим их!
И тут я понял. Я понял, что этот забавный мальчик – я и есть. Не поверив своим глазам, я вскочил с кровати, стремительно подошел к нему и попытался потрясти его за маленькую ручонку. Но я не мог даже ухватиться за нее. Я просто проходил сквозь него. 
-Эй!!!! – Заорал я, испугавшись. – Эй!!!!
Но ответа не последовало. Продолжение игры. Кто бы мог подумать. Я чувствовал себя человеком. Я мог увидеть свои руки, свои ноги, мог думать и, вроде разговаривать тоже мог. Но потом я  взглянул в зеркало. В нем не было моего отражения. Я приведение. Меня нет.
Не дожидаясь ни минуты, я вихрем сбежал по лестнице вниз и ворвался на кухню. Теперь маленький «я» сидел за столом, отец читал газету, а мама готовила три яичницы.
-Хэнк вчера про мед рассказал. – Сказал отец, не отрывая глаз от газеты. – Говорит, мол, его нагревают, и он теряет все полезные качества.
Я вышел на улицу и прошел к задней части дома, во двор, где стояли качели и поломанная песочница. На траве сидел снова детский я, только уже подросший. Лет двенадцать. А рядом со "мной" сидела Эмма. Ей было одиннадцать. Сквозь ее русые, длинные волосы просачивались алые лучи солнца. 
Они оба задорно хохотали и увлеченно друг другу что-то рассказывали. Помню, как сейчас, я любил ее всем сердцем и плевать, что был мальчишкой. Мне нравилось в ней все: глаза, нос, волосы, уши, рот, руки, ноги, все. Я хотел на ней жениться, да поскорее. А она меня вовсе не любила. Не знаю от чего тогда водилась со мной. Вероятно, считала меня хорошим и верным другом. Мы понимали друг друга, нам было весело и довольно-таки хорошо вместе. Но у меня были эти гнусные прыщи, а у других мальчиков их не было, и эти юнцы были красивые, ухоженные. Мама говорила мне: «У тебя ранее половое созревание». А я понятия не имел, что это такое. Но эти гнойники меня очень расстраивали. Просто выводили из себя. После того, как их выдавишь, на лице оставались красные кровавые дырки, которые впоследствии превращались в шрамы.
Я подошел к качелям и сказал:
-Ох, приятель, однажды ты станешь мужчиной. – Потом подошел к Эмме. – О, детка, он поможет тебе понять…
Я часто вспоминаю заходы солнца на Истсайде. Тогда мы теряли счет времени… Наши мечты менялись с каждым годом. А на некоторые вещи мы просто переставали обращать внимания.
Я вышел на дорогу, прошел пару кварталов. Стемнело. Казалось, будто день больше не измеряется в часах, только в минутах и секундах. 
Синий фольцваген припарковался напротив меня, под кривым фонарем. Я подошел ближе, заглянул в окно. Молодой, курчавый, темноволосый, с нелепой бородкой. Опять глупый «я» в прошлом. Тянусь к Эмме, чтобы поцеловать. Она прекрасна, ослепительно красива. Просто неотразима. С такой женщиной нужно обращаться, как с самым дорогим сокровищем на Земле. На тот период времени я этого не понимал.
Их губы соприкасаются, страсть накалывается. Эмма все-таки стала моей. Вернее его. Поняла, что любит меня. Вернее его. 
Пальцы переплетаются, поцелуй продолжается. Но ее ждут дома родители. И приходиться все прервать. Она чмокает его, выходит из машины и бежит домой. Он улыбается и бьет по газам. Самодовольный, удовлетворенный, и с наконец-таки чистой кожей. 
Я остаюсь один, глядя на смутное фиолетовое небо, на юную бледно-матовую луну. Тучи сгущаются. 
Одинокие слезы пробиваются и сползают вниз по измученному лицу приведения. В груди стоит ком отчаяния. Он сдавливает меня, сжимает и пытается разодрать на части. Ужасно. Ужасно быть мертвым и все равно чувствовать угрызения совести, чувствовать обиду и боль, и любовь, на которую уже никто не сможет ответить взаимностью.
Я сажусь на тротуар и опускаю голову вниз. Луна сменяется солнцем, солнце сменяется луной, и все по-новой. Теперь уже и нет минут, потихоньку уползают и секунды. Время летит, как истребитель. Я поднимаю голову и вижу, как все вокруг сменяется в ускоренном режиме. Передо мной случаются аварии, убийства, а кто-то бесконечно поливает лужайку, кто-то сносит дом и строит новый, кто-то дерется, кто-то целуется, кабеля совокупляются с суками. Дождь, снег, град, тайфун. Холод, жара, сырость. Зима, Весна, Лето, Осень. Года пролетают с неимоверной скоростью, и я не могу это остановить. 
Вдруг мне на плечо кто-то кладет мягкую руку. Я оборачиваюсь и вижу лысого, пухлого мужчину.
-Билл, это ты? – Спрашивает он меня.
-Да, а ты кто?
-Я Ричард Бак, помнишь такого? В одном классе учились.
Я вновь не верил своим глазам. Оказывается, я жив. Теперь точно, раз уж со мной говорит человек. И пусть я его вовсе не знал, я воскликнул:
-Да, да, помню!
-Как ты поживаешь? – Широко улыбнувшись, спросил он.
-Да нормально. – Я встал на ноги.
-Ты голоден? Пойдем перекусим?
Я и вправду был голоден не на шутку. Проверив свои карманы, я обнаружил, что там есть сто помятых долларов.
-Да, пойдем. – Говорю.
Мы зашли в дешевенький, знакомый ресторан, сели у окна и к нам сразу же подошла официантка. Я ее вспомнил, но не верилось, что она все еще здесь работает и не изменилась вовсе. Последний раз я был здесь с Эммой, когда случилось… 
-Что вы будите? – Спросила она.
-Мне яичницу с беконом и апельсиновый сок. – Сказал Ричард.
-А вы, сэр?
-Я тоже самое. – Говорю.
И вдруг я слышу, как кто-то зовет меня по имени из глубины ресторана.  Я оборачиваюсь и вижу Эмму. Но она смотрит не на меня, а куда-то в другую сторону. К ней подходит молодой парень. Стоп. Этот молодой парень… «Я». Снова.
-Билл. – Зовет меня Ричард. – Билл!
-Погоди. – Отвечаю я ему.
Получается, я попал в тот день, когда и произошел этот случай, который испоганил всю мою жизнь. Тот день, когда я потерял любовь всей своей жизни. И раз уж я сижу здесь, могу заказывать яичницу с беконом и разговаривать с лысым псевдо бывшим одноклассником, значит, я и могу помешать ей недопить свой банановый коктейль, могу помешать им выйти чуть раньше и перебежать дорогу на красный свет. Могу помешать столкновению, могу помешать ее смерти!
Я медленно встаю со стула и направляюсь к Эмме. Но вдруг я начинаю сомневаться. Вдруг это снова капкан? Я сворачиваю в сторону туалета. Если что у меня есть еще пару минут в запасе. Зайдя в уборную, я сразу гляжу в зеркало. Отражение есть. Но не мое. В зеркале не я. Какой-то старый человек с седыми усами. Я в теле другого человека. Зачем? Почему? Что происходит? Я умылся и посмотрел еще раз. То же самое. 
Мало времени. Скоро они выйдут, скоро Эмма должна умереть. Плевать, что я в теле совершенно иного человека. Я могу спасти Эмму и это главное!
Я выхожу из уборной и во всю прыть направляюсь к их столу. Там уже сижу «я» и Эмма, держу ее руку, смотрю в глаза.
-Эй, вы! – Говорю я им.
-Чем могу помочь? – Спрашиваю «я» молодой.
-Пообещай мне, дружище, что не выйдешь отсюда еще десять минут!
-Почему?
-Пообещай!
-А в чем дело?
-Тебе трудно не выходить десять минут? А ты, юная леди, допей свой коктейль. Весь! До последней капли! И чем дольше вы будите тут сидеть, тем лучше!
-Что происходит мужик? - Нахмурился «я» в прошлом. – Ты чего к нам пристал? Когда захотим тогда и уйдем.
Я измученно вздохнул. 
-Слушай! Слушай внимательно! Я… Я провидец! Понял?
-Ты провидец?
-Да! И я видел, как твоя девушка умирает! Вы выходите, и ее сбивает машина! Просто не выходите еще десять минут. И не переходите дорогу на красный свет!
-Ладно… - Озадаченно произнес «я».
-Обещаешь?
-Обещаю.
Я развернулся и быстро пошел к выходу, проходя мимо Ричарда. Нужно еще кое-что проверить.
-Билл, ты куда? – Крикнул он мне вслед.
-Мне нужно срочно кое-что сделать! 
Я рванул в сторону своего дома, где я раньше жил с родителями. Я бежал с огромной скоростью. Несмотря на то, что я был в теле престарелого мужчины, оно могло очень быстро бежать. 
Я добежал до своего дома и увидел детей. Мальчик и девочка. Они не были мне знакомы. Они играли в игру. В доме, где я вырос.  
Он  будет катать ее  по тем же улицам, что и я катал Эмму. 
Все встало на свои места. 
Я спас ее и спас себя. Спас наши жизни.
Остальное не важно. 
Не важно, куда я попал и что это за мир.  
На вид точно такой же.
Не важно то, кто я такой, и чье тело я взял напрокат.
Плевать. 
Теперь уже плевать.
Парень и девушка любят друг друга.
У них впереди целая жизнь.
Я все исправил. Я все исправил…
Хоть где-то они будут вместе...
Хоть в каком-то мире...
Я улыбаюсь, словно мне весело... 
Я улыбаюсь, словно мне весело...
Я улыбаюсь, словно мне весело...
Я улыбаюсь, словно мне весело...
 



От автора: Написано под впечатлением песни "The killers - Smile Like You Mean It".

28 June 2016

Немного об авторе:

Во-первых: Мои произведения - чулан, в который я выкидываю: грусть, апатию, ненависть, бунт, жестокость, обиду и прочий негатив. Не удивительно, что многим это не по вкусу, некоторых я умудряюсь даже оскорбить своим творчеством. Но вас никто не заставляет меня читать. Вы добровольцы, а я не льстец и не Пушкин. Я Дэвид Лазба. Если не хотите плеватьс... Подробнее

 Комментарии

Комментариев нет