РЕШЕТО - независимый литературный портал
Бровко Владимир / Публицистика

Подлинная история "Каплуновской" Иконы Божией Матери ч.2

2204 просмотра

Явление "Кплуновской иконы Божией матери"

ч.2

Явление "Кплуновской иконы Божией матери"

В этой части мы уважаемый читатель, попытаемся объективно и беспристрастно разобраться с вопросом о "явлении" "Каплуновской" иконы Божией Матери.

И поскольку случай не из простых то нам надо будет проследить всю ситуацию вокруг этого события и всеми возможными способами. Из за этого, некоторым читателям эта часть может показаться перегруженной излишней информацией. Но это цена объективности исследования.

И для начала я продолжу цитирование книги архим. Филарета.

Он у нас как бы, пока главный исторический свидетель от русской православной церкви!

Да и самая современная, повествовательная версия истории "Иконы Божией Матери "от Т. Пономаревой все сведения заимствовала у Филарета, причем как и все церковные авторы до нее.

И поэтому для этой части наверно бы подошел и подзаголовок.

"Как рождаются чудеса и легенды о них!"

А сам архим. Филарет 150 лет назад, писал:
 



"Это было так: "Сент. 8 1689 г. священник Иоанн видел во сне благолепного и украшенного сединами мужа, который сказал ему:

"На третий день, после сего придут к тебе из Москвы три иконописца, один лет 60, другой 80, третий 90 лет; у старшего из них сними сверху связки семь икон, и осьмую – Казанскую икону Богоматери возьми себе с благоговением, и узришь благодать.

Уманов, пораженный сновидением три дня постился, служил литургию и по окончании литургии на третий день, возвращаясь, домой из храма, увидел иконописцев тех лет старости, как ему сказано было во сне.

Он пригласил их к себе в дом и взял у старшего связку икон, и осьмая из икон связки действительно была Казанская икона Божией Матери.

Он оставил эту икону у себя за 15 коп, которых, однако иконописец не взял.

Две недели икона находилась в доме священника, а на третьей неделе, ночью с субботы на воскресенье явилась священнику дева необыкновенной красоты и, пробуждая его перстом, сказала:

"Иерей Иоанн! не держи Меня в твоей храмине, отнеси в храм Божий".

Священник, пробудясь в ужасе, увидел в комнате свет подобный блеску молнии, потом собравшись с мыслями, собрал почтенных из прихожан и, объявив о видении, отслужил молебен и перенес икону в храм".

Как добросовестный автор архим. Филарет и дает нам сведения об источнике этих сведений:

"Все эти сведения помещены в описании явления и чудес св. иконы Каплуновской, составленном в 1744 г. "в Харьковской Академии", где притом сказано, что описание явления св. иконы взято со свидетельства данного священником Иоанном Умановым.

В рукопись внесены и чудеса бывшие после 1741 г., и иные из них засвидетельствованы собственноручной подписью испытавших на себе милость Богоматери, другие записаны рукой самих облагодетельствованных; между ними приложено в копии письмо Ивана Паскевича, писанное к настоятелю Каплуновского храма, иеромонаху Герману с Извещением о исцелении жены его Паскевича, совершившемся в 1760 г. по милости Богоматери."

Но это не единственный наш свидетель. Есть и другой и он даже написал книгу о русских чудодейственных иконах.

Речь идет о Е. Н.Поселянине

 



Справка: Поселянин Е. (Погожев Евгений Николаевич) (1870-13.02.1931), русский публицист и духовный писатель. Его перу принадлежат многочисленные статьи и очерки православного характера, книги "Старец Иларион Троекуровский" (1895), "Поэзия веры и А. Н. Майков как поэт Православия и России" (1898), "Святыни Земли Русской" (1899), "Константин Николаевич Леонтьев" (1900), "Сказание о святых вождях Земли Русской" (1900), "Воины Христовы. Рассказы из жизни святых" (1902), "Петербургские святыни" (1903), "Письма о монашестве" (1911), "Герои и подвижники лихолетья XVII в.", "Краса русской армии братья Панаевы" (1917) и др. Е. Н. Поселянин был репрессирован и трагически погиб в 1931.

Итак, открываем книгу Е. Поселянина "Богоматерь: Описание Ее земной жизни и чудотворных икон". В ней мы найдем немного новой дополнительной информации.

11 сентября

Икона Каплуновская Казанская



"В конце XVII века в 20 верстах от города Ахтырки Харьковской губернии, в недавно возникшем сельце Каплуновке, на реке Хухре, жил благочестивый священник о. Иоанн Ильич Уманов.

В 1689 г. ему явился чудотворный образ Богоматери.

8 сентября, в день Рождества Богородицы, он видел во сне старца, который сказал ему, что через три дня к нему придут три иконописца: один 70-ти, другой

80-ти, третий 90 лет. У этого третьего старец приказал взять связку икон, семь верхних возвратить иконописцу, а восьмую, которая будет Казанской, оставить у себя; за это священнику обещаны от Богоматери милость и благодать.
 



После этого сна о. Иоанн постился и ежедневно совершал литургию.

На третий день, возвращаясь из церкви домой, он увидел идущих к нему трех престарелых иконописцев.

Он пригласил их к себе, радушно принял, затем у старшего взял связку икон, и восьмая, как было во сне предсказано, оказалась Казанской.

Иконописцы в благодарность за хороший прием хотели отдать икону даром и едва согласились взять за нее 15 копеек. После этого они продолжали свой путь.

Отец Иоанн Уманов поставил икону у себя в комнате и день и ночь, теплил перед ней свечу. В ночь на третье воскресенье он увидел во сне Деву необычайной красоты, Которая, коснувшись его рукой, сказала ему:

- Иерей Иоанн, не вынуждай Меня быть в твоей храмине, а отнеси в Мою церковь!

Церковь в Каплуновке была в честь Рождества Богоматери. Когда о. Иоанн проснулся, келья его была озарена ярким светом.

Он собрался с духом, подошел к иконе и увидел, что из глаз лика Богоматери струятся по доске слезы.

Он немедленно собрал народ, рассказал о происхождении иконы и о событиях последней ночи, и икона после молебна торжественно была перенесена в храм, где прославилась чудесами. По имени села ее стали звать Каплуновской.

Отец Иоанн долго еще после этих событий служил в селе и утешался все возраставшей славой иконы".

Вот такая информация.

А теперь давайте представим себе, как все могло быть на самом деле.

Те из читателей что живут или бывали в сельской местности на "Харьковщине", даже по реалиям дня сегодняшнего, лучше смогут все это себе представить.

Итак, начало XVIII века. Местность на условной границе Московского царства и Крымского ханства, называемая еще "Диким полем", куда с Московии ссылали только осужденных каторжников на "вечное жительство". Что означало для них, просто отсроченную смертную казнь. И в этом состояло одно из изуверство тогдашнего русского правосудия, чтобы мол, "помучились" перед смертью.

И мы видим здесь наспех построенное поселение беженцев, бедных-крестьян с Украины, названное ими "Каплуновкой". А принадлежало с. Каплуновка по административному устройству, Ахтырскому казачьему полку.

В 1689 г. в селении, полковником И. Перекрестовым построена деревянная церковь и туда получил назначение новый, только что возведенный в сан священник – Иван Уманов. Тоже из числа беженцев с Украины.

И как ему тут выжить? В голой и безродной степи? А ведь у него была семьи и дети?

Только явлением "чуда"!

И такое чудо было явлено!
Как сам видит читатель из свидетельств, двух вышеприведенных источников.

А еще, если подойти к этому случаю критически, то налицо во всей этой истории есть только: "видения" одного сельского священника с Богом и людьми забытой Каплуновки.

Следствием же "видения" было приобретение И. Умановым иконы Казанской Божией Матери!

Но, затем оказалась, что эта икона то не простая, а "говорящая"!

Да еще являющаяся в образе "девы необыкновенной красоты"!

Правда вот ее никто не видел и ни слышал, кроме священник И.И. Уманова!

И тем самым "икона", как бы начала управлять священником И.И. Умановым, а уже затем прославилась своими чудесами "исцеления".

Как сам видит читатель, что-либо перепроверить, в этой информации не представляется возможным.

Во-первых, "говорящие иконы" и "явления "дев необыкновенной красоты", это область магии, а не науки. А магию осуждает и сама православная церковь!

Во вторых единственным источником сведений об этом "чуде" был И. И. Уманов.

Но вот верить ему трудно.


Потому что зачастую вот именно такими способами и до него в Московском царстве появлялись "чудотворные" иконы".

Потом быстро и умело организовывался культ их почитания.

Что, сказывалось, не на укреплении морали и религии среди населения в этой местности, а в первую очередь на росте благосостояния священника и от увеличения доходов его церкви.

Из первой части этой работы, читатель и сам знает, какие не религиозные, а денежные "страсти", разыгрались вокруг "Каплуновской" иконы Божией Матери в последующие годы, когда, она стала "конкурентом" других не менее "чудотворных икон" Слобожанщины, в получении доходов в церковную казну от паломников!

Эти проявления "лжечудесных икон", видно хорошо понимали и Московские цари и время от времени наказывали нерадивых священников попавшихся на подлогах.

Но порядок в этом вопросе навел только Петр Первый. В период его преобразований России был издан ряд указов по борьбе со стихийным почитанием чудотворных икон.

А Указом 21 февраля 1722 года было установлено отобрать чудотворные иконы из частных домов в соборные церкви и монастыри.

Этот указ определил дальнейшую судьбу чудотворных икон и разделил почитание икон на разрешенное и недозволенное: поклонение старым, давно известным и почитаемым чудотворным иконам, находившимся в храмах и монастырях, разрешалось и считалось нормальным, а почитание ранее неизвестных икон, особенно возникавшее в частных домах, пресекалось и запрещалось.

Но, у нас так же есть и сведения, которые можно и объективно перепроверить.

Начнем с "Харьковской академии" упоминаемой архим. Филаретом!

И тут, нас ждет новое разочарование. Ошибся архим. Филарет.

Ибо не было в 1744 году в г. Харькове никакой "Академии", а был "Харьковский коллегиум".

В XVIII – начала XIX века единственным просветительским центром Слободской Украины был Харьковский коллегиум.

Его история начинается с 1722 года, когда Белгородский епископ Епифаний Тихорский, воспитанник Киево – Могилянской академии, основал в своей епархии при Николаевском монастыре духовную школу.

В 1726 г. школа была переведена в Харьков как славяно-греко-латинская.
 



Инициатором этого перевода был известный покровитель просвещения генерал-фельдмаршал, князь М.М.Голицин.

 



Находясь в Харькове и руководя войсками Слободской Украины, князь желал иметь возле себя школу для ее покровительства.

Духовная школа была расположена в купленном епископом Епифанием Тихорским у полковника Л. Шидловского за 500 карбованцев двухэтажном каменном доме, находящемся рядом с Покровской Церковью.

Указом Священного Синода Церковь стала кафедральным собором, оставаясь при этом коллегиумным храмом.

В 1734 г. после получения жалованной грамоты императрицы Анны Иоанновны славяно-греко-латинская школа стала именоваться Коллегиумом.

Это было всесословное учебное заведение, в нем занимались дети духовенства, мещан, казаков, крестьян и дворян. В отдельные годы в коллегиуме обучалось до 800 человек

Теперь о том кто такой был Иван Паскевич, чья жена исцелилась от Каплуновской иконы.?

С ним нам повезло больше.

Паскевичи – княжеский и дворянский род, происходящий от Федора Цаленка, бывшего полковым товарищем в полтавском полку (1698).

Его сын Яков прозывался Пасько-Цалый, а внук, Иван Яковлевич, стал писаться Паскевичем.

Праправнуком последнего был гр. Иван Федорович П.-Эриванский, князь варшавский.
 



Род Паскевичей, князей варшавских внесен в V часть родословной книги Санкт-Петербургской губернии, а дворянские отрасли рода П. внесены в VI, II и III части родословных книг Полтавской, Херсонской и Екатеринославской губернии (Гербовник, X, 3). В. Р.

Дальнейшая история Иконы Божией Матери "Каплуновская" такова:

"Новоявленная икона стала привлекать в с. Каплуновку многочисленных богомольцев. Так прошло 10 лет. И весть о иконе достигла и Москвы и лично царя Петра Первого.

Он как раз вернулся в Москву, после своего почти 2-х летнего путешествия по Западной Европе в составе "Великого посольства", и был крайне занят подавлением Стрелецкого бунта!

А вообще-то, 1699 год запомнился в Московском царстве не только Стрелецким бунтом.

Главным было объявление указа Петра Первого (1699) "считать новый год" с 1 января.
 



30 декабря 1699 г. (20 декабря ст.ст.) по царскому указу с 1 января 1700 года в России вводилось летоисчисление от Рождества Христова.

Подданным предписывалось праздновать наступление нового, 1700-го года, украшать при этом улицы и устраивать салюты.

И тут в московском обществе разгорелся грандиозный скандал в ходе которого оказался Петр Первый и ему было явно не до чудодейственной "Каплуновской" иконы.

Вот как это изложил в своем учебнике истории В.Ключевский.

"Легенда о самозванстве Петра, вся построенная на тягловых мотивах, очевидно, сложилась в тяглой среде, особенно в той массе, которая, быв дотоле свободной от податей, больно была захвачена указами о новых налогах и службах.

Другая легенда, о Петре-антихристе, возникла или была разработана в церковном обществе, взволнованном новшествами Никона, и сплелась из других мотивов. Преобразовательная деятельность Петра представлялась народу прямым продолжением того непонятного и бесцельного посягательства со стороны правительства на чистоту родной веры и родных обычаев, какое началось при царе Алексее.

Новое иноземное платье, брадобритье и тому подобные новшества затрагивали религиозные воззрения древнерусского общества.

В конце 1699 г. последовала новость, еще более тревожная, чем немецкое платье или табак: изменен был русский православный календарь, велено вести летосчисление от рождества Христова, а не от сотворения мира и новый год праздновать не 1 сентября, по-церковному, а 1 января, как делалось у неправославных. Это новшество уж прямо вторгалось в церковный порядок.

Люди, и без того встревоженные латинобоязнью никоновского времени, теперь еще сильнее встрепенулись на защиту старой веры.

В полиции и на улице при Петре происходили иногда очень странные сцены.

Раз в 1703 г. один нижегородец, простой посадский человек Андрей Иванов, пришел в Москву с изветом, т. е. с доносом, – на кого бы вы думали – на самого государя, что-де он, государь, веру православную разрушает, велит бороды брить, платье носить немецкое, табак тянуть: во всем этом обличить государя и пришел он, Андрей Иванов.

В 1705 г. в Ярославле Димитрий, митрополит ростовский, в воскресный день идучи к себе из собора, встретился с двумя еще нестарыми бородачами, которые спросили его, как им быть: велено брить бороды, а им пусть лучше головы отсекут, чем бороды обреют.

"А что отрастет, отсеченная ли голова или сбритая борода?" – переспросил владыка.

В дом к митрополиту сошлось много лучших горожан, и начался диспут о бороде, об опасности брадобритая для душевного спасения, ибо сбрить бороду – значит потерять образ и подобие божие.

Ученому владыке пришлось написать целый трактат об образе и подобии божием в человеке Вопрос о брадобритии разгорелся до народной агитации: в разных городах разбрасывались подметные письма, призывавшие православных восстать за бороду.

Люди более серьезного образа мыслей не могли довольствоваться распространявшимся в темной массе сказанием о самозванстве Петра и искали более глубокого источника его непонятных и опасных нововведений.

Поддразнивая пугливую совесть пустяками вроде брадобрития или безобразиями пьяного собора, Петр вызывал тревожные суеверные толки о конечной гибели благочестия, о последних временах и о необходимости вольного страдания ради спасения души.

Эти толки, обращаясь на их виновника, и породили легенду о царе-антихристе.

Мы встречаем ее в Москве в одном следственном деле уже 1700 г.

Некто Талицкий, книгописец, значит, человек сравнительно образованный, составил для распространения в народе тетради о последнем времени и о пришествии в мир антихриста в лице государя.

Тамбовский архиерей до слез умилялся этими тетрадями, а боярин князь Хованский плакался Талицкому на самого себя, что был ему послан мучения венец, да он его потерял, согласившись обрить себе бороду, а потом приняв шутовское поставление в митрополиты известного все пьянейшего собора.

Но особенно широкое распространение получила легенда на олонецком и заонежском Севере, в краю, наиболее тронутом расколом, куда бежало от гонений множество подвижников древнего благочестия еще при царе Алексее.

Уже к концу XVII в. эти беглецы в своем фанатизме выработали в борьбе с еретической церковью и антихристовым государством страшную форму вольного страдания за благочестие – самосожжение массами.

По одному идущему от того времени староверческому сочинению насчитывали более 20 тысяч самосожженцев, сгоревших в 1675 – 1691 гг.

На глухом поморском Севере, наполненном лесами, все известия, приходившие из Центральной Руси, отражались в искривленном виде: напуганная фантазия превращала их в чудовищные призраки.

В одном погосте Олонецкого уезда раз священник и дьячок, вышедшие из церкви после литургии, разговорились о том, что делается на белом свете.

Дьячок сказал: вот ныне велят летопись (летосчисление) вести от рождения Христова и платье носить венгерское".

В виду вот такого отношения к Петру Первому государственная власть, в первую очередь Русская православная церковь, находившаяся, после смерти последнего русского патриарха в полном подчинении царя и Святого Синода занялась как бы это сказать по современному поднятием или спасением "рейтинга".
 



И ничего лучшего, чем объявить в 1700 г. новою войну не придумали! На этот раз это была война со шведами за выход к Балтийскому морю.

Как и раньше поступали русские цари отправляя стрельцов "выбить крымского хана с изюмскго шляху..."

 



И разу в том же 1700 г. Петр Первый, получает поражение в битве под Нарвой.

Но в 1701 г. воспользовавшись уходом основанного шведского войска в Речь Посполитую, русскими войсками были взяты города Нотебург и Ниеншанц в Ингрии, Мариенбурга и Гуммельсгофа в Лифляндии.

В последующие годы (1703) был заложен г. Петербург.



В связи с развитием истории России, во времена Петра Первого, если почитать скажем, учебники истории, изданные сегодня в Российской Федерации для школ или вузов, то можно узнать, что это было время всеобщего подъёма русского народа-богоносца, активно начавшего строить новую жизнь, развивая политико-философскую идею Третьего Рима, по руководством мудрого и богобоязненного и всеми любимого царя-императора Петра Первого!

Что сам русский народ был богобоязненными и строго соблюдал священный 10 заповедей, чтил святые иконы, был справедливым и заботился не только о себе а и о всех других окрестных народах, спасая их от чужеземного влияния!

В первую очередь от религиозного влияния со стороны мусульман и католиков!


А когда обращаешься к историческим документам той эпохи и видишь, как же и чем в действительно жили тогда, русские люди, то понимаешь, что авторы вышеназванных учебников наверно никогда, дальше нынешней московской кольцевой дороги не выезжали, насколько они оторваны от исторических реалий.

Это же замечание касается и так называемых церковных историков и писателей сочиняющих слезливые "жития" или легенды о той или иной чудодейственной иконе.
 



И чтобы меня не обвинили в голословности, приведу небольшие отрывки и мемуаров ближайшего сподвижника Петра Первого – И. Желябужского.

Справка: Желябужский Иван Афанасьевич (1638 – после 1709), русский государственный деятель, дипломат, мемуарист.

Служил в Конюшенном приказе (1666), приказе Казанского дворца (1680), воеводой в Чернигове (1682).

В 50-70-е гг. выполнял дипломатические поручения русского правительства; участвовал в заключении Андрусовского перемирия 1667 с Польшей. Оставил "Записки", в которых содержится большой фактический материал о деятельности русского правительства с 1682 по 1709, о боярском и дворянском быте и нравах.

Особый интерес представляют записи о событиях 1694-1700.

И вот отрывки их этих мемуаров о реальной жизни в Московском царстве тех времен:

"Во 196 (1688) году, по указу великих государей, боярин Леонтий Романович Неплюев ходил с ратными людьми с полком на Самару и того году построил город Новобогородицкий.

В том же году князь Яков Иванов сын Лобанов-Ростовский да Иван Андреев сын Микулин ездили на разбой по Троицкой дороге, к Красной Сосне, разбивать государевых мужиков с их, великих государей, казною, и тех мужиков они разбили, и казну взяли себе, и двух человек мужиков убили до смерти.


И про то их воровство разыскивано, и по розыску он, князь Яков Лобанов, взят с двора и привезен был к Красному крыльцу в простых санишках, и за то воровство учинено ему, князь Якову, наказанье – бит кнутом в Жилецком подклете, по упросу верховой боярыни и мамы княгини Анны Никифоровны Лобановой-Ростовской.

Да у него ж, князь Якова, отнято за то его воровство бесповоротно четыреста дворов крестьянских. А человека его, калмыка, да казначея за то воровство повесили.

А Ивану Микулину за то учинено наказанье – бит кнутом на площади нещадно, и отняты у него поместья и вотчины бесповоротно, и розданы в раздачу, и сослан был в ссылку в Сибирь, в город Томск.

Января в... день в Стрелецком приказе пытаны каширяне дети боярские: Михайло Баженов, Петр да Федор Ерлоковы, за воровство. А то дело в Стрелецком приказе.

Января в... день женился шут Яков Федоров сын Тургенев на дьячьей жене, а за ним в поезду были бояре, и окольничие, и думные, и всех чинов палатные люди, а ехали они на быках, на козлах, на свиньях, на собаках; а в платьях были смешных, в кулях мочальных, в шляпах лычных, в крашенинных кафтанах, опушены кошечьими лапами, в серых разноцветных кафтанах, опушены беличьими хвостами, в соломенных сапогах, в мышьих рукавицах, в лубочных шапках.

А Тургенев сам ехал с женою в государской лучшей бархатной карете, а за ним шли: Трубецкие, Шереметевы, Голицыны, Гагины в бархатных кафтанах. А женился он, Яков, в шатрах на поле против Преображенского и Семеновского, и тут был банкет великий три дня.

Января в 24 день на Потешном дворце пытан боярин Петр Аврамович Лопухин, прозвище Лапка, в государственном в великом деле, и января в 25 день, в ночи, умер.



Февраля в... день, по указу великих государей, стольникам, и стряпчим, и дворянам московским, и жильцам сказана великих государей служба в Белгороде, в полк к боярину Борису Петровичу Шереметеву, а пехоте сказано под Азов.

И в тех же числах посланы хлебных запасов принимать и стругов делать: на Воронеже хлебных запасов принимать Андрей Иванов сын Лызлов, а стругов делать Григорий Семенов сын Титов;

на Коротояке Григорий Иванов сын Немцов. Марта в 5 день бит кнутом

Поместного приказа дьяк Кирила Фролов перед Разрядом за то, что он золотые купил у подьячего у Глеба Афанасьева без поруки.

Да тут же перед Разрядом бит кнутом разрядный подьячий Глеб Афанасьев за то, что он покрал золотые те, которые было довелись дать по указу великих государей ратным людям за последний Крымский поход.

А в расспросе он, Глеб, сказал, что он те золотые носил на двор к боярину к Тихону Никитичу Стрешневу, к жене его к боярыне к Катерине Богдановне. А выписку закреплял думный дьяк Перфилий Оловянников, что те будто золотые взнесены в Верх, и за то у него, Перфилья, отнято думное дьячество.


В то ж время брали даточных на Москве у всех палатных людей, на пожаре бегать и караулы стеречь вместо стрельцов, и прозвание им было Алеши.

В то ж время пытан в Преображенском Михаиле Самсонов сын Богданов с человеком боярина Петра Тимофеевича Кондырева, с Гришкою Тарлыковым, который у него за делами ходил, в государственном деле, и по розыску сыскалась его, Гришкина, вина явная, потому что он, Гришка, доводил на него, Михаила, затеев напрасно.

В марте месяце бит кнутом думного дьяка Митрофана Тугаринова сын его Прокофий.

В тех же числах явились в воровстве, по язычной молвке, стольники Володимир да брат его Василий Шереметев. Князь Иван Ухтомский пытан. Лев да Григорий Игнатьевы дети Ползиковы, и они в том деле пытаны. Леонтий Шеншин пытан.

Также явились и иные многие. А языки на них с пытки говорили, Ивашко Зверев с товарищи, что на Москве они приезжали середи бела дня к посадским мужикам, и дома их грабили, и смертное убивство чинили, и назывались большими, И Шереметевы свобожены на поруки с записьми и даны для бережи боярину Петру Васильевичу Шереметеву.

И после того языки их казнены, Ивашко Зверев с товарищи.


Марта в 5 день бит кнутом Поместного приказа дьяк Кирила Фролов перед Разрядом за то, что он золотые купил у подьячего у Глеба Афанасьева без поруки.

Да тут же перед Разрядом бит кнутом разрядный подьячий Глеб Афанасьев за то, что он покрал золотые те, которые было довелись дать по указу великих государей ратным людям за последний Крымский поход. А в расспросе он, Глеб, сказал, что он те золотые носил на двор к боярину к Тихону Никитичу Стрешневу, к жене его к боярыне к Катерине Богдановне.

А выписку закреплял думный дьяк Перфилий Оловянников, что те будто золотые взнесены в Верх, и за то у него, Перфилья, отнято думное дьячество".

"... и Белыя России самодержец, изволил идтить вниз Москвою-рекою на стругах, со всеми вышеписанными ратными людьми, в Донской поход под Азов город, на своего государского неприятеля, на турского салтана.

А в то время на Москве-реке на стругах стрельба была пушечная и мушкетная великая. И того ж дня в те часы был гром небольшой с дождем.

А наперед того генерал Петр Иванович Гордон пошел под Азов же со своим полком, с бутырскими солдатами, также и городовыми, сухим путем на Танбов".

А вот особенный случай. Рассказ о первом русском летчике!

"Того ж месяца апреля в 30 день закричал мужик караул, и сказал за собою государево слово, и приведен в Стрелецкий приказ, и расспрашивай, а в расспросе сказал, что он, сделав крылья, станет летать, как журавль.

И по указу великих государей сделал себе крылья слюдные, а стали те крылья в 18 рублев из государевой казны.

И боярин князь Иван Борисович Троекуров с товарищи и с иными прочими вышед стал смотреть; и тот мужик, те крылья устроя, по своей обыкности перекрестился, и стал мехи надымать, и хотел лететь, да не поднялся и сказал, что он те крылья сделал тяжелы.

И боярин на него кручинился, и тот мужик бил челом, чтоб ему сделать другие крылья иршеные; и на тех не полетел, а другие крылья стали в 5 рублев. И за то ему учинено наказанье: бит батогами, снем рубашку, и те деньги велено доправить на нем и продать животы его и остатки.

Дьячий сын Константин Литвинов в Стрелецком приказе бит батогами за то, что он обманул было на Посольском дворе грека: принес сто рублев медных денег вместо серебряных, и с тем был приведен в Стрелецкий приказ.

Из того же приказа вожены в застенок люди Тимофея Кирилова сына Кутузова два человека в том, что они били великих государей слесаря и пару пистолей у него отняли. И в застенке те люди подыманы на виску, да третий человек подымай же Петра Бестужева, и на пытке они винилися, что того слесаря они били по приказу Тимофея Кутузова, и сам он, Тимофей, его бил и пару пистолей отнял.

А как те люди были приведены в Стрелецкий приказ, в том во всем они запирались. И по указу великих государей, велено сыскать к языкам на очную ставку Тимофея Кутузова, а в Поместный приказ послана память: велено у него, Тимофея, поместья и вотчины выписать, сколько за ним крестьянских дворов и в которых городах.

И в Поместном приказе выписано и в Стрелецкий приказ прислано, что за ним, Тимофеем, поместья и вотчин по вотчинной книге ничего нет, а выписано за отцом его".

Это просто небольшая подборка достоверных сведений оставленных современником Пера Первого, но она очень хорошо характеризует то историческое время которые мы изучаем! И в частности о том, как и чем тогда жил русский народ-богоносец!

Как и чем жил народ мы в общих чертах уже разобрались.

А вот как жил царь и его ближайшее окружение?


И тут наилучшей иллюстрацией истинного отношения Петра Первого к религии вообще и в частности к православию можно привести создание им в 1700 году такого увеселительного общества как "Всепьянейший собор"!
 



Это был "Сумасброднейший, всепьянейший, всешутейший Собор" – так официально и полностью называлось это учреждение...

 



Всепьянейший же собор был не просто компании для царя и его ближайшего окружения! Это была многолетняя политическая игра со своими правилами и законами...

В этом клубе Петр тоже имел скромный чин – дьякона, а главой его сделался Никита Зотов – "Всешумнейший и всешутейший отец Иоаникит, пресбургский, кокуйский и всеяузский патриарх", называемый еще "князь-папой".

Собор был своего рода "общественной организацией" и имел даже свой устав.

Этот устав написал лично Петр, и читатель не ошибется, предположив – это был очень длинный и невероятно детальный документ.

В уставе подробнейшим образом определены чины Собора и способы избрания "князь-папы" и рукоположения всех чинов пьяной иерархии.

Собор полностью воспроизводил церковную иерархию и церковные обряды православной церкви!

Главное требование устава было просто:

"Быть пьяным во все дни, и не ложиться трезвым спать никогда".

Ну, и требование подчиняться иерархии собора – его 12 кардиналам, епископам, архимандритам, иереям, диаконам, протодиаконам.

Все они носили нецензурные матерные клички.

Были и "всешутейшие матери-архиерейши и игуменьи".

Все облачения всех чинов, все молитвословия и песнопения, весь порядок "службы Бахусу и Ивашке Хмельницкому" и "честного обхождения с крепкими напитками" прописывались самым подробным образом.

При вступлении в Собор нового члена, его спрашивали: "Пиеши ли?" – в точности как в древней церкви новичка спрашивали: "Веруеши ли?"

Когда Никита Зотов, пьяный, естественно, сидел на винной бочке с "крестом", сделанным из двух табачных трубок, в одежде монаха, но с прорезью на заднем месте, неофита подводили к "папе", и тот "благословлял" – махал "крестом", отпихивал ногой, и бил о темя "посвящаемого" сырым куриным яйцом.

Налетали прочие, так сказать, рядовые участники "собора"; с мяуканьем, воплями, ржанием, топотом, визгом волокли человека упаивать до морока, до рвоты.

Трезвых, как страшных грешников, торжественно отлучали от всех кабаков в государстве.

Мудрствующих еретиков-борцов с пьянством предавали анафеме.


Беда была в том, что, свои молодецкие забавы сам Петр "ошибками молодости" не считал. И взрослый, на четвертом и на пятом десятке резвился порой точно так же.
 



И тут, очевидно в перерыве между "Всепьянейшими соборами" чтобы "показать свою заботу об истинном православии", со стороны царя Петра Первого и поднять заодно сильно подупавший дух русских войск, в Священном Синоде вспомнили о новоявленной чудотворной Иконе Божией Матери "Каплунской".

И как знак благоговейного отношения, к сей святыни храму, в 1705 году от имени Петра Первого, было подарено святое Евангелие (напечатанное) в 1699 года.

Вот что говорят по этому поводу документы.

"1705 г[ода] февр[аля] 25-го д[ня] по указу в[еликого] государя построено сие св[ятое] Евангелие Ингерманландской канцелярии на государевы деньги Ахтырского уезда в с. Каплуновку в церковь Пресв[ятой] Богородицы весом серебра 15 фунт[ов] 4 золотн[ика], а на позолоту 35 червонцев".

Сам этот факт ничего не говорит, что лично Петру Первому было известно о Каплуновке и ее Иконе Божией Матери.

И для присылки Евангелия были совсем другие причны. В 1704 г. с. Каплуновка и двсе другие имекния полколвника Перекрестова были кофискованы в казну,а сам он отрешен от должности назначен под следствие.

И мы видим, что вчерашие полукрепостные Перекрестова стали государственными (удельными) крестьянами, находившегося под контроем царскогой канцелярии!

Вот оттуда и было прислано "Евангелие"" чтобы каплуновский народ знал, кто у него теперь хозяин.

Мы тут имеем тогдашнюю обычную практику, массовой раздачи "государственных наград" для населения.

Это тоже самое явление, что во времена СССР, идеологами было модернизировано как награждение заводов, фабрик, учреждений и воинских частей орденами и почетными Красными знамёнами!

А во время Петра Первого одной из таких такой наградой было печатное "Евангелие"! Книги то были большой редкость и стоили недешево!

Теперь разобравшись с вопросом, как и чем, жили русские в 1689-1705 года, мы сможем углубиться и в теоретическую часть этого вопроса о "Каплуновской иконе Божией "Матери".

А именно какую икону можно считать "Чудотворной"?

По законам Московского царства, а затем и Российской империи считалось, что Чудотворная икона это иконописное изображение, почитаемое как источник чудотворений различного характера (чаще всего исцелений, помощи на войне, при пожаре).

И для таких случаев было придумано и специальное богословское обоснование.

Источником чудесных действий, по мнению Церкви, является благодать Божия, действующая через икону.

В Православной церкви почитается около 1000 икон, прославившихся таким образом.

В основном это иконы Богородицы, но их особый список в РПЦ МП содержит только 142 икон, но наша "Каплуновская" Икона Божией Матери в него не входит.

Церковное предание прав

ославной церкви считает первой чудотворной иконой Мандилион (Спас Нерукотворный) – плат с изображением Иисуса Христа, которое появилось на нём после того как он отёр им своё лицо.

Плат был послан эдесскому царю Авгарю, который исцелился через него от проказы. В православной традиции, по преданию, первым иконописцем был евангелист Лука, который написав икону Богородицы принёс её Деве Марии и та сказала: "Благодать Родившегося от Меня и Моя милость с сими иконами да будут".

В христианском понимании в чуде "побеждается естества чин"; установленный Богом порядок Им же нарушается для спасения человека.

Бог может творить чудеса и помимо икон, так же как Он и "недостойными действует", как творит чудеса и силами природы".

По этой причине чудотворение иконы понимается как её внешнее и временное проявление и иконы пишутся не на основе чудотворных образцов, а "по образу, и по подобию, и по существу, смотря на образы древних живописцев и знаменовати с добрых образцов".

Основанием для почитания того или иного образа чудотворным является удостоверенные духовными властями случаи чудесной помощи по молитвам перед иконой.

Относительно икон самостоятельно, без санкции духовных властей, объявленных чудотворными, богослов, протоиерей Евгений Попов (1824-1888) писал: "Тот, кто выдаёт простую икону за чудодейственную (с полным сознанием или только увлекаясь суеверием), принимает на себя тяжкую вину. следуй на этот раз удостоверению и примеру самой Церкви, а не уверению тех, в доме которых была бы или ещё остаётся икона, расславляемая чудотворною!".

До 1917 года в России существовал особый порядок освидетельствования икон про которые поступали сообщения о чудотворениях (в частности о мироточении).

В соответствии с этим порядком икона...опечатывалась, помещалась в алтарь, при освидетельствовании было обязательным наличие протокола, не менее трех свидетелей, один из них должен быть в священном сане (желательно благочинный данного округа).

Только так икону могли признать чудотворной.

В современной Русской православной церкви такой практики нет (хотя в отельных случаях в епархиях проводятся комиссионные освидетельствования икон) и в большинстве случаев все местные святыни считаются достойными поклонения.

(конец ч.2)

.
 

 

 Комментарии

Комментариев нет