РЕШЕТО - независимый литературный портал
Бровко Владимир / Публицистика

Тайны Русской православной церкви Гл. 4 ч.6

1403 просмотра

ДУХОБОРЦЫ

ч.6

ДУХОБОРЦЫ

Итак, уважаемый читатель, мы приступает к рассмотрению следующего пункта обвинения выдвинутого в 1054 году от Рождества Христова, Папским Римом в отношении Константинопольского патриарха Михаила.

Это крайне интересный пункт, имеющий не только историческое прошлое, но и свое дальнейшее, многовековое продолжение, если за точку отсчета взять 1054 год.

Сам же пункт был  сформулирован следующим образом:

"Подобно духоборцам, отсекают в символе веры исхождение Духа Святого и от Сына (филиокве)."
 



Но, если мы в поиска ответа на вопрос "Кто такие "духоборцы и чего они добивались? Обратимся почти в любую энциклопедию (http://ru.wikipedia.org/wiki/Духоборцы), то можно найти вот такие общие сведения:

"Духоборы (духоборцы) – особая этноконфессиональная группа русских.

Исторически русская религиозная группа, приверженцами Русской православной церкви и некоторыми социологами часто квалифицирующаяся как конфессия христианского направления, отвергающая внешнюю обрядность церкви.

Идейно близка к английским квакерам, и, по одной из версий, основанная одним из них. Одно из ряда учений, получивших общее название "духовных христиан".

У истоков духоборства стоял Силуан Колесников, живший в селе Никольское Екатеринославской губернии в 1755-1775 гг. Духоборство распространилось по многим губерниям и подверглось преследованиям со стороны православных духовных властей и полиции".

То есть у нас как бы получается, что если это и "духоборцы", но не те, которых имел в виду кардинал Гумберт, предавая анафеме патриарха Михаила и его последователей.

А если это, не те "духоборцы", то о ком идет речь в послании Папы Римского Льва IX?

Ответ на этот вопрос, требует развернутой формы, ибо само "учение об исхождении Духа Святого и от Сына" первоначально возникло (около VI века) в Испании и Галлии. Хотя и основывалось на более древних корнях, о которых будет рассказано далее.

А вот после 400 лет от момента своего зарождения, в VIII веке оно нашло для себя ревностного приверженца в лице императора Карла Великого.
 



Справка: Карл I Великий , 2 апреля 747 – 28 января 814, Ахен – король франков с 768 (в южной части с 771) года, король лангобардов с 774 года, герцог Баварии c 788 года, император Запада с 800 года.

Старший сын Пипина Короткого и Бертрады Лаонской. По имени Карла династия Пипинидов получила название Каролингов. Прозвище "Великий" Карл получил ещё при жизни".
 



Карл I предложил сначала Ахенскому Собору, а потом и папе Льву III внести новое учение в Символ веры, но ни тот, ни другой не согласились на это предложение.

Несмотря на это, Карл I не послушался папы и приказал в своих церквах петь Символ с прибавлением.

 



Со смертью Карла I н интерес к измененному догмату стал уменьшаться и, он, может быть, отпал бы окончательно, если бы не Константинопольский патриарх Фотий которых в одном из своих посланий, обвинил в этом "заблуждении" уже папу Николая. Такое обвинение уязвило гордость последнего.

И хотя к этому моменту сам "Символ" уже был распространён не только в Испании и Галлии, а введен и между болгарами, то папа Николай и переслал "Фотиево послание" к Гинкмару, архиепископу Реймсскому, прося его ответить Константинопольскому Патриарху.

Справка: Гинкмар (Hinkmar, 806-882) – архиепископ реймсский с 845 г., был одним из выдающихся поборников прав галликанской церкви. В учении о предопределении был энергичным противником Готшалька; боролся также с папой Адрианом II за право епископов.

Он окончил постройку кафедрального собора в Реймсе и продолжал "Annales Bertiniani" (861-882). После вторжения норманнов, бежал в Эпернэ, где умер.

Архиепископ Гинкмар в свою очередь, доверил написания ответа монаху Ратрамну.

Справка: Ратрамн также Бертрам – средневековый богослов, бенедиктинский монах; род. в начале IX века, умер после 868 г.

Главное произведение его, составленное по поручению Карла Лысого, – "De corpore et sanguiue Domini", в котором он резко восстает против своего современника Пасхазия Радберта (см.) и защищаемого им учения о пресуществлении и выражает мнение, что тело и кровь Христовы принимаются в причастии лишь в мистическом и образном значении.

Трактат этот, остававшийся в средние века долгое время неизвестным, после реформации вызвал целую литературу, когда в особенности протестанты стали ссылаться на него в защиту своего воззрения на таинство причащения.

Не меньшей известностью пользуются 4 его книги "Contra Graecorum opposita", в которых он защищает против Фотия, патриарха Константинопольского, отклонения западной церкви от восточной.

Вот с тех пор, учение об "исхождении Духа Святого и от Сына" и получив уже не только императорское благословение, а и будучи подкрепленным "научным трактатом" обрело свою полную силу, как догмата в Западной Церкви.

Никто, из последующих Римских Пап, хотя некоторые и колебались в вопросе исповедования догмата "исхождения Духа Святаго", но они ничего уже не могли сделать против нововведения, которое было допущено их знаменитым предшественником.

На этом, можно было бы, и закончить рассмотрения вопроса о "филокве" и "духоборцах".

Но это не будет объективным решением, ведь мы не выслушали еще и противную сторону, представителей православия, где тогда тоже по этому поводу происходили свои нешуточные "страсти".

А поскольку в православии, толкования вопроса "филокве" остается крайне запутанным и до ныне, то тут нам без квалифицированного проводника не обойтись.

И таким проводником для нас станет, работа Ю. Табака "Православие и Католичество. Основные догматические и обрядовые расхождения".

В ней есть глава о "филокве". Привожу ее с сокращениями.

5. О "ФИЛИОКВЕ"

"Величайшая тайна и сердцевина христианской религии – это тайна Пресвятой Троицы. Соответственно, главной темой, обсуждаемой христианскими богословами на протяжении почти двух тысяч лет, было и остается отношение трех Лиц в Едином Боге – Отца, Сына и Св. Духа.

Жаркие споры о Троице не только определили пути христианского богословия, но и основательно повлияли на исторический путь Церкви – породив многочисленные ереси, секты, явившись причиной крупных религиозно-политических распрей.

В настоящее время главные христианские Церкви в целом исповедуют одно и то же учение о Св. Троице, расходясь только в единственном пункте этого учения.

Речь идет о т.н. "филиокве" – учении Католической Церкви об исхождении Св. Духа не только от Отца (на чем настаивают православные богословы), но и от Сына, что зафиксировано в принятом католиками Символе веры.

Последний только тем и отличается от православного, что в него внесено слово "и Сына" (лат. filioque) применительно к источнику исхождения Св. Духа ("от Отца и Сына исходящего").

Но именно это маленькое добавление оставалось и продолжает оставаться важнейшим богословско-догматическим препятствием на пути к взаимопониманию и сближению братских христианских Церквей.

Проблему "филиокве" целесообразно рассматривать, как любое догматическое положение, трояко:

1. Исходя из ее содержательной стороны, т.е. обоснованности с точки зрения Св. Писания и Св. Предания;

2. С исторической точки зрения, – какие обстоятельства вызвали появление этого учения и способствовали его закреплению;

3. С церковно-канонической точки зрения – ибо Православная Церковь опровергает законность ее внесения в Символ веры Западной Церковью. В Новом Завете нет прямых указаний на исхождение Св. Духа от Сына; там говорится об Отце: "...Дух истины,

Который от Отца исходит" (Ин 15:26), "Дух Святый, Которого пошлет Отец" (Ин 14:26). На этом основании православные богословы отрицают исхождение Духа от Сына. Католики возражают, выдвигая следующий аргумент: в новозаветных текстах нигде не сказано "только от Отца", что вполне допускает исхождение Св. Духа и от Сына.

Кроме того, утверждают католические богословы, исхождение Св. Духа от Сына подтверждают слова Спасителя: " (Святой Дух) от Моего возьмет" (Ин 16:14) – на что православные, в свою очередь, возражают, что речь идет только об истине, учении, взятом Св. Духом у Отца, но которое есть и у Сына.

Но католики стоят на своем, что речь идет именно о Св. Духе, приводя в качестве свидетельств слова апостола Павла: "Дух Христов" (Рим 8:9), "Дух Сына" (Гал 4:6).

И так далее. Как и во всех прочих вероучительных расхождениях – мариологических догматах, Догмате о Первенстве Папы – ссылки на Св. Писание мало в чем убеждают спорящие стороны, ибо оставляют достаточно широкий простор для толкований".

Что же касается Св. Предания (как и раньше, мы рассматриваем период его формирования, одинаково признаваемый обеими Церквами – т.е. период семи Вселенских Соборов), то здесь положение значительно более определенное.

Откуда вообще возникла проблема "филиокве"?

Очень рано в разработке основ христианского богословия и, прежде всего, троичного богословия, сформировались два направления, получившие названия Александрийской и Антиохийской школ.

Школы эти сильно отличались по методам интерпретации Св. Писания, что сыграло свою роль и в характерных для них богословских тенденциях.

Так, Антиохийская школа настаивала на буквальной интерпретации священных текстов и в итоге стремилась подчеркнуть неслиянность, различие Лиц Св. Троицы, несомненно, зафиксированное в Новом Завете. Александрийская же школа, с ее склонностью к аллегоризации текстов, наоборот, уделяла основное внимание обоснованию нераздельности Св. Троицы, Ее Божественному единству.

Не удивительно, что между богословами обеих школ возникали серьезные разногласия, а часто и взаимные обвинения в ереси. Споры о "филиокве" берут начало из этой полемики: так, уже в IV в. идею исхождения Св. Духа от Сына отстаивал Кирилл Александрийский, которого опровергали богословы, близкие к Антиохийской школе – Феодорит Кирский и Феодор Мопсуестийский.

Принято считать (хотя и условно), что идеи Александрийской школы легли в основу "западного богословия", а Антиохийской школы – в основу "восточного богословия". В итоге существует расхожее мнение, что "филиокве" есть богословское наследие западной мысли, в противовес восточной..."

"В течение двух веков Вселенская Церковь довольствовалась Никео-Константинопольским Символом веры, принятым в 382 г. после II Вселенского Собора, в котором "филиокве" отсутствовал. Однако еще в конце VI в. продолжалась борьба с арианской ересью, умалявшей достоинство Второго Лица Пресвятой Троицы – Сына – по отношению к Отцу.

Возможно поэтому в 569 г. в Испании решением Толедского Собора была принята редакция текста Никео- Константинопольского Символа веры, включавшая "филиокве" – с тем, чтобы подчеркнуть: Сын ни в чем не меньше Отца, и Дух Святой исходит от Сына, так же как и от Отца. За последующие два века "филиокве" утвердился на поместных соборах в Англии и Франции.

Между тем, с обострением отношений Запада и Востока, Восточные Церкви стали отрицательно воспринимать любые вероучительные и обрядовые нововведения Запада, хотя когда-то и они широко разделялись на Востоке.

Западные монахи, после бурной полемики с греческими монахами в 807г. в Иерусалиме по поводу "филиокве", обратились с жалобой к Папе Льву III.

С просьбой внести добавление в Символ веры обратился к Папе и император Карл Великий. Папа подтвердил, что с богословской точки зрения идея исхождения Св. Духа от Сына верна, но формально внести ее в Никео-Константинопольский Символ веры решительно отказался, заявив, что это может привести к расколу между Востоком и Западом.

Когда "филиокве" был все же введен в Символ, читаемый в Римской Церкви, окончательно неизвестно, но, по-видимому, это случилось в 1013 г. при Папе Бенедикте VIII.

Однако любопытно, что при всех тогдашних спорах, западная богословская инициатива поначалу не вызывала особых протестов в Константинополе!

Греки больше были заняты полемикой с Римом по вопросам об опресноках и безбрачии духовенства.

В качестве категорически неприемлемого догматического положения "филиокве" рассматривается в послании Патриарха Фотия только в 867 г., став одной из козырных карт, разыгранных в преддверии Великого раскола.

Тем не менее, распространенное мнение о "филиокве" как чуть ли не главной причине разделения Церквей вряд ли можно считать оправданным.

Только с XI века "филиокве" становится центральным пунктом богословских расхождений Востока и Запада.

Компромиссные решения Лионской (1274 г.) и Флорентийской (1439 г.) уний по существу напряжения не снизили".

К сказанному можно добавить, что не только не снизили противоречия, а и повысили!

И для этого как раз создались и подходящие исторические условия. Когда "гордиевы узлы" догматических споров между Западной и Восточными христианскими церквями было решено разрубить мечом!

Благо, что и теоретическое обоснование было уже подготовлено эпископом Парижским Энеем в виде "Книга против греков". Где Эней предпочитает не углубляться в материю, как еретиков. Обращаясь к примеру, Иисуса Навина, неустанно боровшегося с врагами, Эней призывает западных христиан на борьбу с греками. "Если меч изощряется об меч, – пишет он, – то следует, чтобы латинская норма веры сделалась нормой и для греческого народа".

И первоначально, эта тактика принесла свои результаты.

Начавшиеся Крестовые походы, и особенно четвертый, окончившийся взятием Константинополя крестоносцами, еще более усилили вражду греков к латинянам.
 



Крестоносцы, овладев Константинополем, и основав там, на 60 лет Латинскую империю, с бесчестием изгнали из столицы Патриарха и греческое духовенство, ограбили и заперли константинопольские храмы, и всех, не хотевших признавать папской власти, подвергли жестокому гонению; по местам (на Кипре) даже сжигали на кострах.

Справка: Латинская империя (1204-1261) – средневековая империя, образованная после четвёртого крестового похода. Название империи на латинском языке было Romania.

Четвёртый крестовый поход закончился завоеванием Константинополя крестоносцами. Они взяли его 13 апреля 1204 года и подвергли его беспощадному разорению. Когда предводителям похода удалось несколько восстановить порядок, они приступили к разделу и организации покорённой страны.
 



По договору, заключённому ещё в марте 1204 года между дожем Венецианской республики Энрико Дандоло, графом Балдуином Фландрским, маркизом Бонифацием Монферратским и другими предводителями крестоносцев, было установлено, что из владений Византийской империи будет образовано феодальное государство, во главе которого будет поставлен избранный император; он получит часть Константинополя и четверть всех земель империи, а остальные три четверти будут разделены пополам между венецианцами и крестоносцами; собор Святой Софии и выбор патриарха будут предоставлены духовенству той из указанных групп, из которой не будет избран император.

Во исполнение условий этого договора 9 мая 1204 года особая коллегия (в состав которой входили поровну венецианцы и крестоносцы) избрала императором графа Балдуина, над которым было совершено в соборе Святой Софии помазание и коронование по церемониалу восточной империи; патриархом был избран венецианец Фома Морозини, исключительно венецианским духовенством, несмотря на возражения против такого порядка со стороны папы Иннокентия III) ".

По кратковременному восстановлению Византийской империи, ее императоры, понимая всю надуманность богословского спора о "филокве", вопреки мнению своих патриархов, несколько раз, пытались возобновить союз между Западной и Восточными церквами.

Но, все же наиболее в этом преуспели два византийских императора Михаиле VIII и Иоанне VII.

Так Михаил VIII Палеолог вначале своего правления положивший конец латинской империи на Востоке, чтобы удержаться на своем престоле и помириться с папой, решил подчинить его власти Церковь Греческую.

Но верховное православное духовенство и упорно этому противились, то Михаил прибег к насилию.

Три патриарха, один за другим, сведены были с кафедры за твердость.

Другие сторонники православного догмата о Святом Духе подвергнуты были телесному наказанию, публичному позору, дальней ссылке, или тяжкому угнетению. В результате нужные голоса подписи, скрепившие акт соединения были собраны.

В 1274 г. Папа Григорий Х созвал так называемый Вселенский Собор в Лионе и прибывшие туда императорские послы, без дальнейших рассуждений приняли главенство папы и подписали римское исповедание веры.
 



Собор предоставил грекам употребление Символа без прибавления и сохранение всех их церковных обрядов.

И, казалось бы, вот, наконец, здравый смысл и мир восторжествовали?

Но, как только умер (1282 г.) император Михаил Палеолог то и соединение Греческой Церкви с Римской рушилось.

И раз так, то нам нельзя, ограничится только вышеприведенной информацией.

Тут, без выяснения личности императора Михаила Палеолога VIII и мотивов его действий нам не обойтись.

Ведь сейчас, сидя в мягком кресле и читая эти строки, трудно себе представить ту историческое время, когда происходили эти события.

И кто из сторонников или противников "филокве" был прав, а кто нет? А нам, это очень нужно и важно.

Как в свое время было важно нашим предкам.

Ведь от признания или отрицания "филокве", византийские императоры и константинопольские патриархи, то восходили на свои престолы, то их теряли, а боле простых лиц просто объявляли еретиками, со всеми для них негативными последствиями, вытекающими из такого объявления.

А раз так, то и давайте и припомним жизнь и деятельность Михаила VIII Палеолога.

Вот, кстати, что о нем пишем К. Рыжов в своей книге "Все монархи мира. Древняя Греция. Древний Рим. Византия". Москва, 2001 г.
 



"Михаил VIII Палеолог – Никейский император в 1259-1261 гг. Византийский император в 1261-1282 гг. Род. ок. 1224 г. + 11 дек. 1282 г.

Михаил происходил из знатного и богатого рода Палеологов. Его бабка была дочерью императора Алексея Ангела и, женившись на ней, его дед Палеолог получил титул деспота, а его отец, Андроник Палеолог, стал великим доместиком при Иоанне III. Сам Михаил был человек знаменитый и уважаемый всеми (Григора: 3; 4). С юности он мечтал о престоле, обладание которым, по слухам, было обещано ему многими

В 1258 г. умирает византийский император Феодор II. После себя он оставил трех дочерей и маленького Иоанна IV, которому шел только девятый год (Пахимер: 1; 10, 12-13).

Регентами при сыне он сделал протовестария Георгия Музалона и патриарха Арсения. Верховную власть над империей до совершеннолетия Иоанна он вручил Музалону.

Но уже через три дня после похорон во время панихиды в Сосандрском монастыре заговорщики убили регента и двух его братьев (Акрополит: 75). После этого попечение об императоре решено было передать Палеологу как великому коноставлю.

Не малое участие в этом выгодном выборе принимал и он сам, так как очень хорошо умел расположить любого в свою пользу (Па-химер: 1; 22).

По словам Григоры, Михаил отличался приятной наружностью, ловким обращением, веселым характером и ко всему этому – щедростью. Это возбуждало к нему большую любовь, и он легко привлек к себе войско, простой народ и синклитиков (Григора: 3; 4).

Очаровав всех, Михаил стал постепенно прибирать к рукам верховную власть. Вскоре члены совета попросили императора пожаловать Палеологу титул великого дукса с правом заботиться об общественных делах.

В новой должности он получил доступ к императорской казне и с этого времени мог усилить действенность своего обаяния. Многих лиц благородного происхождения он, придумывая благовидные предлоги, вознаграждал царскими деньгами, но для себя демонстративно не брал ничего.

Когда приехал патриарх, он обворожил его своей угодливостью, а архиереев, его спутников, расположил к себе подарками.

В конце концов, все были так уловлены хитростью его замыслов и льстивостью его нрава, что рассуждая о государственной власти, подавали мнения в его пользу, несмотря на то, что сам он ничего не говорил.

И чиновники, и архиереи согласились, что опекуну государства нельзя равняться с другими сановниками. Было решено, что отныне Палеолог будет именоваться деспотом и отцом императора.

Он принял и то и другое и отныне мог уже без сомнения и смело раздавать дары и привлекать нужных людей на свою сторону.

Своего брата он сделал великим доместиком, на многие важные посты расставил своих людей, а тех, кто был ему опасен, под разными предлогами удалил из столицы. Наконец, подкупив и обольстив всех, он стал домогаться императорской власти (Пахимер: 1; 23,25-28).

Как раз в это время, очень кстати, началась война с эпирским деспотом Михаилом и его союзниками. В сражении у Пелагонии брат Михаила, великий доместик Иоанн, наголову поразил врагов и захватил в плен князя Ахайи (Григора: 3; 5). Чтобы купить себе свободу, тот должен был передать ромеям несколько важных крепостей на Пелопоннесе (Пахимер: 1; 31).

И вот, когда дела шли таким образом, несколько вельмож, знатных родом и личными заслугами, находясь в лагере у Магнесии, посадили Михаила на щит и провозгласили императором.

Патриарх Арсений, проживавший тогда в Никее, был поражен этой вестью в самое сердце.

В страхе за малолетнего Иоанна он сначала хотел подвергнуть отлучению, как провозглашенного императора, так и провозгласивших, но сдержал себя и рассудил, что лучше связать их клятвами: и сам Палеолог, и его сторонники обещали не замышлять на жизнь дитяти и не посягать на его царские права.

Только оговорив такие условия, патриарх венчал в начале 1259 г. Михаила на царство, но не навсегда, а только до совершеннолетия законного наследника, После этого Михаил должен был добровольно уступить трон одному Иоанну.

В этом смысле снова были принесены страшные клятвы (Григора: 4; 1).

Сделавшись императором, Михаил назначил воинам постоянный продовольственный паек, который выдавался им даже, на детей. Этим он возбудил в солдатах готовность с рвением служить ему.

Народу он услужил тем, что отворил тюрьмы, снял с должников казенные недоимки, а бедным дал обильные средства для жизни. Всеми силами, стараясь угодить черни, он опустошал казну обеими руками и в короткий срок расточил ее всю.


Но своему маленькому соправителю Михаил с этого времени стал оказывать гораздо меньше внимания. Он отправил Иоанна проводить жизнь в детских забавах, а сам постоянно являлся перед народом, ласкал его обещаниями и кидал в толпу золото (Пахимер: 2; 5, 9).

Однако для того, чтобы окончательно закрепить престол за собой и своим потомством, Михаил должен был совершить нечто такое, что своим блеском заслонило бы деяния прежних государей.

Латинской империи в предыдущие годы были нанесены тяжелые удары, но Константинополь все еще оставался в руках крестоносцев. На овладении им Палеолог сосредоточил все усилия.

В 1260 г. он переправился во Фракию, имея в виду попытать воинского счастья в самих предместьях столицы. Обставив укрепления камнеметными машинами и употребив много усилий, он все же не смог взять города. Но император укрепил крепости, лежащие перед Константинополем, и оставил в них воинов. Он приказал им делать частые набеги и вылазки против латинян, чтобы не. позволять им даже выглядывать за стены.

Это довело латинян до такой крайности, что они по недостатку в дровах употребили на топливо множество прекрасных зданий (Григора: 4; 1).

В следующем году император дал немного воинов Стратигопулу Алексею и послал его на запад, а так как дорога шла неподалеку от Константинополя, поручил заодно сделать нападение на этот город и напугать его жителей.

Но, случилось так, что все войско и флот крестоносцев находились в это время в походе против жителей острова Дафнусия. В городе оставались только женщины и дети, да сам император Балдуин с небольшим отрядом.

Воины Алексея легко овладели стенами, открыли ворота и впустили остальных. Таким образом, против всякого ожидания, Константинополь был возвращен ромеям. Император тогда жил в Метеории и ничего не знал о происшедшем.

Его сестра Ирина первая принесла ему весть о необыкновенном событии – она вбежала в спальню Михаила и разбудила его словами: "Государь! Ты овладел Константинополем!" (Акрополит: 85-86).
 



В августе 1261 г. Михаил торжественно въехал в столицу и занял дворец, находившийся у самого ипподрома, потому что Влахернский дворец был давно заброшен и покрыт копотью и пылью.

Сама столица представляла картину полного разрушения. Первым делом, сильно озаботившим императора, было очистить город от обломков и развалин и возвратить ему по возможности его прежнюю красоту – возобновить еще не совсем разрушенные храмы и наполнить лишенные обитателей дома (Григора: 4; 2).

В последующие годы Ромейская империя продолжала усиливаться: у итальянцев были отобраны острова Накос, Парос, Кос и Кариест; у Ахейского князя – Лаконика со Спартой; у болгар – Филиппополь, Месемврия и Анхиал (Пахимер: 3; 15, 18). Но увлекшись европейскими делами, император оставил совершенно без внимания азиатские границы. Почувствовав это, турки вскоре возобновили свои опустошительные набеги.

Незадолго до смерти Михаил посетил восточные пределы своего государства и был потрясен запустением и разорением многих городов, находившихся в годы его юности в самом цветущем состоянии (Григора: 5; 4).

Между тем после овладения столицей мысль императора совершенно остановилась на единодержавии.

Маленький Иоанн даже формально был устранен от управления. Его лишили знаков царской власти (Пахимер: 2; 23), а когда Михаил второй раз короновался в храме святой Софии, Иоанн не был даже упомянут (Пахимер: 3; 6). Наконец Палеолог велел ослепить его и заключить в крепость.

Всех его сестер он выдал замуж за незнатных людей и, таким образом, обеспечил себя отовсюду и упрочил за собой преемство верховной власти. Хотя со стороны Палеолога это было явное вероломство, никто не выступил в поддержку маленького Ласкариса, кроме патриарха.

По словам Григоры, Арсений, услыхав об ослеплении Иоанна, вскочил с места и, бросаясь из комнаты в комнату, жалобно вопил, беспощадно бил себя в грудь и призывал все кары на голову клятвопреступника.

Когда же он увидел, что нет никаких средств к отмщению, он подверг Михаила церковному отлучению.

Император поначалу долго и безропотно сносил наказание, принял на себя вид покорности и ожидал разрешения епитимьи. Но так как его надежды не сбылись, он решил отомстить патриарху следующим образом: собрал собор архиереев и приказал им рассмотреть некоторые возводимые на Арсения обвинения. Сделав все по указке Палеолога, собор в 1265 г.

Низложил патриарха, хотя обвинения против него были смешны и нелепы.

Многие священники и монахи не признали его низложения, из-за чего в церкви произошел раскол, и начались смуты.


С годами они еще более усилились. Новый патриарх Герман не захотел вернуть императора к церковному общению и добровольно покинул святительский престол.

Его место в 1266 г. занял Иосиф.

Он, наконец, разрешил Палеолога от грехов клятвопреступления и жестокости (Григора: 4, 4, 8). Но вскоре между патриархом и императором возникли новые неразрешимые противоречия.

Последний латинский император Балдуин изгнанный из Константинополя передал права на Константинопольский престол, королю Апулии Карлу Анжу.

Анжуйцы стали энергично готовить новый крестовый поход.

Тогда император Михаил приложил все старания, чтобы помешать им: поправил стены города, заручился поддержкой Испании и Венеции.

А в 1274 г. он сделал еще один шаг по предотвращению войны. Отправил послов к папе и предложил соединение церквей.

Папа отозвался на это желание, но патриарх Иосиф не принял соединения и отказался от патриаршества.

Михаил сначала пытался заманить и завлечь умы несговорчивых церковников вкрадчивыми словами и ласками. Но после стал употреблять различные наказания: лишение состояния, ссылки, тюрьмы, ослепление, плети, отсечение рук.

В патриархи он возвел Иоанна Векка, с большим рвением взявшегося за хлопоты о соединении с католиками".
 



А поскольку, Иоанн Векка, для нас еще более важная фигура то и о нем нужно сказать несколько слов. И мы прервем рассказ об императоре Михаиле, и рассмотри фигуру патриарха Иоанна Векка.

А для этого откроем книгу В. Лурье. "Византийское богословие XIII-XIV веков". Главу "От Лионской унии 1274 до св.Григория Паламы включительно".

"Следующее собеседование было в 58-м году уже прямо в Константинополе, и там последние два были при благоверном царе Феодоре Дуке Ласкарисе. Это действительно благоверный царь, он даже немного богословоствовал, даже есть некоторые его сочинения. Как богослов он был просто учеником Влеммида.

Феодор Дука Ласкарис руководствовался искренним желанием примириться с латинянами не за счет..., но за счет какого-то единства. Ему принадлежит канон во обстоянии, который у нас в Октоихе, потому что, действительно, человек очень много страдал и очень плохо кончил: его малолетнего сына убил вельможа Михаил, который воцарился вместо его, и на этом никейская династия Ласкарисов прекратила свое существование, и узурпатор МихаилVIII в 62-м году пришел к власти.

Он был человеком, вполне безбожным, хотя ему было хлопотно и неприятно, и не хотелось рвать с Православием. При нем переговоры с латинянами приобрели другой оборот. Он просто договорился с Римским папой: ты нам даешь Константинополь, мы тебе даем унию.

И в 1274 году в царствование МихаилаVIII Палеолога (основатель последней династии византийских императоров) собор в Лионе заключил унию.

...

Интересно, что на пути на Лионский собор, везя туда свое сочинение "Против ошибок греков", умер в дороге Фома Аквинский.

Догматические уступки добились от латинян, можно сказать, серьезные.

В постановлениях собора говорится, что Дух Святой исходит от Отца и Сына "tamquam ad onum principium", т.е. "как от единой причины".

Здесь, хотя, по сути, богословие латинское никуда не делось, и как оно вводило двуначалие в Троицу, так оно при том и осталось, хотя словесно с тех пор и поныне латиняне заявляют, что Filioque – это единоначалие.

В отношении обрядов грекам было разрешено остаться при своем, только с упоминанием папы и т.д.

Со стороны латинян Лионский собор был, можно сказать, церковный, со стороны же греков, это не совсем так, потому что патриарх Иосиф был православный.


Хотя он был старенький и физически слабый, но он от православия не отступил, и ничего с ним не вышло.

А подписывал унию со стороны греков Великий Логофет, т.е. придворный чиновник.

Великим Логофетом в это время был Георгий Акрополит, известный византийский историк. Как раз на собеседовании в 58-м году Георгий Акрополит выступал, защищая православных. Там он держался традиционного Православия – он тоже был учеником Никифора Влеммида.

Надо сказать, что потом он к Влеммиду относился очень скептически и просто даже иронизировал над ним, и вместо этого толковал св.Григория Богослова через "божественного Ямб..." (?), потому что "спрашивал богомудрого мужа Влеммида, но он ничего не может сказать, то ли дело божественный Ямб...".

Дальше начинается хроника насильственного введения унии. Конечно, когда уния была заключена, заставить народ ее принять МихаилVIII не смог никакими средствами, кроме грубого насилия.

В основном это, действительно, было мучительством и насилием.

Тут как раз в 72-м году успел умереть Никифор Влеммид, и все неудачно шло с унией у МихаилаVIII, пока, наконец, в 75-м году он не получил совершенно неожиданного сторонника, которого тут же сделал патриархом.

Этим патриархом стал Иоанн Векк.

Иоанн Векк был активным противником унии и поборником православия. Его стали убеждать, посадили для этой цели даже в тюрьму и давали читать литературу соответствующую. Его это не испугало, он не был пуглив, и во что верил, за это и шел.

Когда он читал всякую литературу по исхождению Святого Духа, ему попались поздние произведения Никифора Влеммида примерно 58-го года, в который излагалась возможность нового подхода к этой проблеме.

Это было 2 послания Никифора Влеммида. Одно было написано к его другу Иакову, архиеп.Болгарскому (Охридскому), а другое было написано по мотивам первого Феодору Дуке Ласкарису, тогдашнему царю, который был тогда его учеником.

Никифор Влеммид точно стал бы патриархом, только он не хотел. Жил он в монастыре на покое, он был влиятельнешей личностью и скончался в 72-м году при Михаиле Палеологе. Причем, в монастыре его почитали как святого. Среди его учеников было очень много разных партий.

В 75-м году под окончательным влиянием этих произведений, которые были написаны в защиту Православия, Векк, как он сам об этом пишет, обращается в латинство, понимает, что латиняне правы и становится сторонником Filioque.

После этого он говорит, что переменил свои убеждения, его немедленно возводят в патриархи, и все царствование МихаилаVIII он и будет патриархом. МихаилVIII уже с Векком чинят дальнейшее насилие, чтобы "образумить".

Надо сказать, что насилия чинились особенно на Афоне, потому что как раз в XIII веке Афон, наконец, обретает свой статус, привычный нам теперь, главного православного монастыря, главного духовного центра православия, и афонское монашество встает против унии и никак примиряться не хочет.

Есть житие, лучше сказать мучение, афонских монахов от латинян избиенных. Латинянами были не то, что латиняне настоящие, а МихаилVIII, Иоанн Векк и сопровождавшие их войска, которые в один прекрасный день году-то в 70-е годы прибыли на Афон с экспедицией.

От фанатов требовалось, чтобы они сослужили и причастились с патриархом. От них не требовали декларировать ничего латинского, просто, что они признают этого патриарха. Все монастыри ответили отказом, за что некоторые из них были сожжены, одна только Великая Лавра Святого Афанасия допустила сослужить этого патриарха, и потом там произошло чудо: обвалилась стена и задавила монаха, и эти монахи потом покаялись.

Надо сказать, что эта история существует в нескольких версиях по-гречески, и на славянском, и там произошло наложение. МихаилVIII спутался с Мануэлом Палеологом, который был очень благочестивым царем XV века. Там в некоторых списках повести историческая канва перепутана, и очень сложно установить в точности события, которые там были.

В это время пострадали святой Мануил Исповедник, которого бичевали в Константинополе, святой Никифор Исихаст, автор Добротолюбия. Никифор был родом из Италии, итальянский грек, и ради любви к православной вере из латинства перешел в Православие, подвизался на Афоне и обличал униатскую политику, и его подвергли телесным мучениям в Константинополе. Он это претерпел исповеднически, и свои дни скончал уже в мире на Афоне.

Исихасты того времени все так или иначе пострадали от этого дела. В 82-м году Михаил Палеолог, наконец, умер. Еще при его жизни было ясно, что он не преуспел в навязывании православному греческому народу унии.

Историк этого времени пишет, что он уже жалел о введении унии. Папа тоже его отделил от своего общения. Так он и умер "между двух стульев".

В 83-м году, почти сразу после его смерти, в Константинополе собирается Поместный Собор, который низлагает Иоанна Векка.

Потом Иоанну Векку, оставалось еще больше, десяти лет жизни, в ходе которых он явил своего рода исповедничество.

Он совершенно не согласился с низложением, он считал, что именно он православный, а те, кто его низлагают – еретики, был отправлен в изгнании, где писал очень много. Партия его сторонников была достаточно заметная. Это человек, которого нельзя было склонить простыми способами. Так он и умер в ереси латинской.

Он считал, что православие можно примирить с латинством путем оговорки, внесенной на Лионском соборе.

Об исхождении Святого Духа он учил, как латиняне. Более того, униаты ответственны за введение некоторых литургических латинских особенностей.

Кстати, учение о том, что таинств именно 7, в Византии впервые появляется у униатов – Иоанна Векка и его компании, которые его просто берут от латинян".

Вот такая точка зрения, на описываемые события изложенная православным церковным историком.

Что же касается дальнейшей судьбы самого императора Михаил VIII, то он умер в декабре 1282 г. во время похода во Фракию.

Собирая войска, он вдруг почувствовал сильнейшую боль в сердце и вскоре скончался.

Была ли эта смерть по естественным причинам или он был отравлен, истории не известно.

Но если принять во внимание, что его родной сын Андроник сразу после смерти отца тайно, без всяческих публичных почестей и церковной церемонии похорон, захоронил в неизвестном месте, то версия об убийстве вполне заслуживает доверия...

После этого события прошло еще сто восемь лет, как историческая ситуация вновь повторилась.

Опасность со стороны турок, облегавших отовсюду Константинополь, внушила Иоанну VII Палеологу снова обратиться к Римскому папе и искать его покровительства ценой Православия.
 



Справка: "Иоанн VII Палеолог (ок. 1370-1408) – византийский император в 1390 году.

Иоанн был сыном Андроника IV. После того как в 1373 году отец Иоанна Андроник пытался поднять мятеж против своего отца Иоанна V, император приказал ослепить преступника вместе со своим внуком. Но это сделали не полностью, и Иоанн как и его отец, сохранил зрение, хотя видел плохо, косил и часто моргал.

В 1381 году Иоанн получил в владения Силимврию.

В апреле 1390 года Иоанн при поддержке турецкого султана Баязида, захватил столицу Константинополь, сверг деда и принял царскую власть над страной.

Его правление, правда, продолжалось совсем недолго, всего несколько месяцев. Младший брат Андроника IV, Мануил, двинулся на помощь отцу и вынудил бежать узурпатора из столицы.

В 1398 году Иоанн опять поднял восстание против Мануила. Но видимо, признав надвигающую угрозу турецкого нашествия, Палеологи объединились.

Мануил уехал в Европу искать помощь против турок, а сам Иоанн, оставшись в городе, в 1402 году был вынужден отбивать турецкую осаду. К счастью для греков, турки сняли осаду, и ушли в Азию, где на них внезапно напал эмир Тимур, взявший султана Баязета I в плен. Мануил вернулся из Европы в 1403 году и даровал Иоанну во владение остров Лемнос и Фессалонику.

Иоанн умер в 1408 году, сохраняя титул императора лишь как почётный".

Возвращаясь же к вопросу новой унии с Западной церковью, надо сказать, что Папа Евгений IV охотно вступил в переговоры о соединении Церквей и в 1438 году открыл Собор в Ферраре.

В следующем году, по случаю открывшейся в Ферраре моровой язвы, он перенесен был во Флоренцию.

На Собор явился сам император Иоанн VII Палеолог с Константинопольским Патриархом и 20 другими восточными иерархами.

Сначала ход дела был поведен, как следует: открылись прения с обеих сторон в логической, торжественной форменности.

Общими усилиями Император Иоанн и Римский папа склонили бывших на Соборе восточных епископов признать "исхождение Духа Святого от Отца и Сына" и, наконец, самое важное – согласиться на иерархическую подчиненность Восточной Церкви Риму.


Прочие наружные различия Церквей оставлены неприкосновенными, как не нарушающие внутреннего единства.

Сам Акт соединения Церквей не подписали только Марко Ефесским и еще несколько греческих богословов.

Он был провозглашен всенародно в кафедральной флорентийской церкви 6 июля 1439 года.

Но, через время православные Патриархи, не бывшие в Италии, созвали свой Собор в Иерусалиме и на нем предали проклятию Флорентийскую унию (1443).

Как видим, сам вопрос "филокве", опять вернулся на круги своя, но с тем же плачевным исходом – углубления, с каждой новой попыткой "примирения", раскола между Западной и Восточными церквями.

Очевидно, не желает Святой Дух снизойти на верховных иерархов обоих церквей, чтобы они, отбросив средневековые заблуждения, наконец, пришли к окончательному согласию в этом вопросе...

(конец ч.6)
 

 

Теги: Духоборцы

 Комментарии

Комментариев нет