РЕШЕТО - независимый литературный портал
Бровко Владимир / Публицистика

Виртуальная прогулка по Киевскому Университетскому Ботаническому саду ч.1

908 просмотров

История создания и развития ботанического сада

Виртуальная прогулка по Киевскому Университетскому Ботаническому саду 

(Работа имеет 18 фото и ее лучше прочесть перейдя по данной ссылке:

http://h.ua/story/401976/

                                                                ч.1

      Время истории неумолимо движется вперед и современный большой город, каким нынче является Киев, существенно отличается от того же города, скажем начала прошлого века, не говоря уже о веке девятнадцатом.

      Тут налицо другой темп жизни, другой уровень научно-технического прогресса, другая численность населения, да и люди уже не те. Они большей частью, сосредоточенны на себе, часто бывают раздраженные, тревожные и крайнє подозрительны.  Зачастую это приехавшие в город не жить, а работать и приехали они не от хорошей жизни. Поэтому и выглядят уставшими, одинокими и не удовлетворенными.

      Да и коренные киевляне все меньше живут «по-настоящему», нет прежней стабильности и все больше, в виду конкуренции «приезжей рабочей силы» они тоже работают, чтобы суметь выжить в «каменных джунглях». И часто от них можно услышать, что жить в городе стало сложно, так как ты кроме постоянных житейских проблем еще постоянно находишься и под воздействием стресса. А ко всему этому и перманентные выборы, переходящие в такие же перманентные «народные революции».

     Поэтому «Стресс» преследует киевлян   повсюду: на работе, в метро или в пробке, в магазине и т.д. и т.п. А вечером уставшие и раздражённые люди возвратившись домой встречаются там с себе подобными и малейшее неосторожное слово вновь может вызвать конфликт и усилить новое переживание стрессовой ситуации.

   И все же, даже в таком мегаполисе как Киев, есть несколько мест, где рядовой горожанин может во все времена года, скажем на пару свободных от дел часов найти себе уединение. И находясь там надышавшись чистым воздухом, насладившись тишиной и налюбовавшись почти райской красотой окружающего растительного мира, успокоить свои расшалившиеся нервы. Обретя  в итоге желанный покой и бодрость духа! 

    Одним из таких мест и является расположенный в историческом центре Киева «Университетский ботанический сад», официально теперь называемый «Ботаническим садом им. академика А.В. Фомина», хотя фактическим   его основателем был совсем другой ученный, ректор Киевского университета Св. Владимира Рудольф Эрнест фон Траутфеттер.

       В связи с чем, я любознательные читатели и приглашаю вас, в своего рода виртуальную прогулку по этому ботаническому саду. 

       И поскольку наверняка, большинство из вас, уважаемые читатели, никогда небыли не то, что в Киеве, а и в самом Ботаническом саду, а если и были Киеве, то не бывали в Ботаническом саду. 

      И даже, если вы все же и побывали в саду, то я прямо скажу, что вы, мало, что о нем узнали и не все редкое и ценное, там смогли увидеть. 

      И в связи с этими обстоятельствами, нам с вами уважаемый читатель, решившими прогулятся по этому  саду  понадобится и своего рода квалифицированный проводник, дабы, во-первых, не заблудится в сложном лабиринте тенистых алей, а во-вторых получить в ходе прогулки полезные  сведения по истории сада и толковое описание собранной там, за почти 180 лет его существования, уникальной флоры.    

    (Флора (в ботанике, лат. flora) — исторически сложившаяся совокупность видов растений, распространённых на конкретной территории).

        И в качестве такого проводника я выбираю российского писателя, знатока старого Киева и его окрестностей И.И. Ясинского. Ведь его перу, безусловно принадлежит лучшее литературное описание «Киевского ботанического сада».

        И чтобы читатель, мог себе представит кто такой Иероним Ясинский и почему он был выбран нашим гидом я так его отдельно и представлю вам:

Фото 7

      Иероним Иеронимович Ясинский (18 [30] апреля 1850, Харьков — 31 декабря 1931, Ленинград) — российский писатель, журналист, поэт, литературный критик, переводчик, драматург, издатель и мемуарист.

     И. Ясинский учился в Киевском и Санкт-Петербургском университетах на естественном факультете, но курса не кончил, посвятив себя журналистике. Печататься начал в 1870 году в качестве писателя демократического, народнического направления. С середины 70-х годов помещал стихи, повести, очерки, фельетоны, научные статьи и др. в киевских газетах и некоторых московских изданиях

      В середине 80-х годов в творчестве Ясинского наступает перелом, литературно-общественное направление меняется. От проблем, выдвигавшихся жизнью, писатель обращается к защите ценностей «чистого искусства», он выступает с протестом против узости того направления, к которому недавно принадлежал, нападает по словам его тогдашних «критиков» на позитивизм и даже тогдашние «точные науки».

     Но если современный читатель откроет себе какую ни будь из многочисленных книг И. Ясинского, то ничего подобно тому, что утверждали его критики там не найдет.

     Стиль, занимательность сюжетов и главное правда жизни (в первую очередь о том, что собой представляла Российская империя в 19 веке) описанная в его книгах, равны если местами и не превосходят, «трудов» того же Чехова или Лескова, признанных в нынешней России корифеями.

     Сам И. И. Ясинский прожил долгую, богатую событиями жизнь. 

     И вот как он сам описывает события рокового для Российской империи 1917 г.: 

   «Выбитый из седла февральскою революцию, я был посажен в седло великим Октябрьским переворотом. 

    Депутация от Кронштадтских матросов обратилась ко мне с просьбой приехать в крепость и прочитать лекцию о большевизме в её литературном преломлении».

     В возрасте 70 лет Ясинский хотя и являлся автором нескольких контрреволюционных романов, таких как «Первое марта» (1900) и «Под плащом Сатаны» (1911), решает вступить в партию большевиков. В архиве ИРЛИ сохранился «Анкетный лист» Ясинского, где обозначено время вступления его в партию большевиков — июнь 1920 г. См.:

    Современники же в большинстве своём не любили Иеронима Ясинского. Причин тому было несколько, но главным было то, что он имел смелось говорить им в глаза всю правду как о них самих так и об их творчестве.

    Особенно не принимали И. Ясинского такие российские писатели как А. Чехов и Н.С. Лесков, хотя сам И. Ясинский бескорыстно помогал обоим в литературном творчестве. 

 

      И. Ясинский умер в Ленинграде и похоронен на Волковском православном кладбище (Литераторские мостки, Конная дорожка). 

     Незадолго перед смертью он успел опубликовать мемуары «Роман моей жизни» (1926). 

     Если у вас есть такая возможность, то скачайте текст романа и прочтите на досуге, и вы не пожалеете о затраченном времени.

     Так как с ваших глаз как бы спадет идеологическая пелена, навешанная на ваше сознание через советскую школу, и вы наконец увидите точную картину   как жизни всех основных российских писателей конца 19 и начала 20 века, так и вообще поймете, как же жила и к чему стремилась российская интеллигенция. Ну и почему она погибла в огне Гражданской войны 1918-1923 годов.

      Вот вам и нужная ссылка: http://books.imhonet.ru/element/1166532/

 

       Лично же меня на творчество И. Ясинского впервые навела так сказать, его работа, напрямую связанная в Киевским ботаническим садом под названием «Сиреневая поэма». — (К: Типография Г. Л. Фронцкевича), 1886г. Полное же собрание повестей и рассказов И. Ясинского находится тут: http://ru.wikisource.org/wiki/Иероним_Иеронимович_Ясинский

      В вышеназванной работе И. Ясинский, художественно ярко, почти в гоголевском стиле, описывает свои впечатления от обычной майской прогулки по Киевскому ботаническому саду. 

     И находясь под впечатлением от столь красочного описания, я и решил, что неплохо было бы и нам с вами уважаемый читатель как бы виртуально присоединится к И. Ясинскому и пройтись по аллеям Университетского Ботанического сада в далеком от нас 1886 году. 

      Причем вначале комментировать эту прогулку будет сам И. Ясинский, а я как автор просто проиллюстрирую его рассказ старинными и современными фотографиями сделанными ботаническом саду. 

     Ну и затем с учетом почти 180 летней истории Ботанического сада при необходимости, я постараюсь дополнить рассказ нашего виртуального гида, дав свои комментарии о происшедших за все это время в парке переменах и присовокупить к ним и отдельный рассказ о дне сегодняшнем.

 

      А сам И. Ясинский так начинает свой рассказ:

 

«Около сорока лет тому назад пришёл в Киев немец, сказал: «Эйн-цвей-дрей!» — и где были овраги да пустыри, раскинулся чудный парк — Ботанический сад, состоящий из всевозможных пород деревьев.

Этот немец — великий Траутфеттер.

 

«Каждый раз, когда утром гуляю я по прохладным аллеям сада, чудится мне, что тень благодетельного немца тоже прохаживается — несколько впереди меня, в фуфайке и колпаке, и то радуется, глядя, как разрослись иные дерева, то скорбно качает головой при виде заброшенных углов, заглохших растений; приближаясь к пруду, покрытому плесенью, она затыкает нос, а подходя к тому месту, где срублено столько могучих деревьев, и воздвигается новая клиника, — горько плачет…

Фото1

Теперь май, и великолепие Ботанического сада с трудом поддаётся описанию…

 Волшебный, очаровательный, пленительный, роскошный, дивный и т. д., — все эти эпитеты кажутся слабыми и бледными в приложении к Ботаническому саду.

Первое, что кидается мне в глаза, когда я вхожу в сад, разумеется, море зелени и сейчас же направо — лёгкие лазурные купола Владимирского собора, с золотыми рёбрами, в которых разбрызганными пятнами горит солнце.

 Душистый воздух прохладен и гремят хоры соловьёв.

Главная аллея днём пустынна. 

Это — Крещатик Ботанического сада — и вечером тут взад и вперёд ходят толпы людей, медленно двигаясь в облаке пыли. 

 Самая скверная аллея сада. Солнце палит немилосердно, и тени здесь нет.

 Хорош только вид: вон, Кадетская роща утопает в голубой дымке, и крошечными синими чёрточками кажутся тополи, между тем как сейчас перед зрителем качаются огромные, прозрачные, зелёные листья сирени.

Фото 2

В тень! Скорее в тень! Налево! В зелёный сумрак!

И я в тени. Надо мною ветви сплелись в густой свод. Я сделал несколько шагов по чуть заметной тропинке — и из прохладного убежища моего смотрю на целый остров цветущих деревьев. Белые цветы, колоссальные букеты белых цветов! 

И словно гигантский аметист переливается на солнце светлая верхушка этого острова, то ярко-фиолетовая, то пурпурно-лиловая, то почти красная. Цветёт сирень! 

Тут хорошо, как в раю, и «слышишь трав прозябание». И немолчно-немолчно гремят соловьи.

Жилец тенистых мест, чуть звенит в воздухе комар… Я спускаюсь вниз.

 И всё кругом меня сирень. Она зыблется от лёгкого ветерка, и кажется, что это какое-то фантастическое, благоухающее лиловое море, и каждая волна его ласкает меня как душистый локон волос незримого радостного божества, имя которому — Весна.

 

На дне этого моря чудная прозрачная тишина. Малейший звук явственно слышится — треск сучка, музыка кузнечика, шорох веток. Цветки сирени кротко глядят на мир Божий, и мотыльки вьются над ними. 

И, наполняя воздух сладостной истомой, гремят и гремят соловьи.

Полуразрушенная лесенка ведёт наверх, где хмурятся хвойные деревья. Отсюда, по ту сторону густо-заросшего сиренью оврага, опять виднеется Владимирский собор.

Фото 3

 Его основание скрыто, и, благодаря странному эффекту воздушной перспективы, в просвете, образуемом тёмными стволами ближайших деревьев, рисуется семиглавая громада на фоне лазурного неба каким-то божественным призраком, легко и свободно возносящимся в бездонную безоблачную высь…

Но дальше, дальше! Вот вьётся новая аллея.

 Тёмные каштаны — по одну сторону, а по другую — всё та же залитая солнцем, скромная, чистая, девственная сирень. Прохладой, негой веет здесь. Белыми нарядными метёлками украсились каштановые деревья, и внизу сочно зеленеет молодая трава.

 

Местность стала ровнее; лапчатые листья каштанов бросают зыблющиеся тени на дорожки, сирень уже где-то далеко — торчащие кверху метёлки каштанов на время победили её. Но чудный запах льётся, разливается по всему саду, и нет в нём такого уголка, куда бы он не доносился, как нет такого местечка, где не пел бы соловей.

 

По мере того, как приближаешься к цветнику и к оранжерее, чаще и чаще попадаются экзотические растения — туи и какие-то красивые ели и пихты, то бледно-зелёные с белыми смолистыми шишечками, напоминающими свечки рождественских ёлок, то красно-коричневые, глубокого бархатного тона. 

В особенности, не могу я забыть, и всё мерещится мне стройное, похожее на кипарис, дерево цвета старинной тёмной бронзы. Оно выделяется на фоне другого дерева — душистого, бело-молочного витекса, и рядом с ним трепещет нежно-листная светло-светло-зелёная американская липа.

Что до цветов, то их ещё мало. Распустились только какие-то лиловые метёлки с малахитовыми, низкосидящими у корней узкими листьями. Клумбы покрыты голой разрыхлённой землёй словно недавние могилы. 

Столбики с крестообразно прибитыми на них дощечками, в самом деле, придают цветнику кладбищенский вид. 

И мне кажется, что на каждой дощечке я мог бы прочитать меланхолическую надпись: «Здесь погребён дух великого Траутфеттера».

Впрочем, у самой оранжереи, где как в морге заключены пальмы, и чахнут и умирают камелии, разбиты две грядки орнаментной зелени, и тоны подобраны так, что имеют разительное сходство с полинялыми персидскими ковриками.

Отсюда хороший вид на дом аптекаря Фромета.

Фото 4

Фото 5

 Этот замок, построенный на аптекарские сбережения, иностранным характером своей архитектуры как нельзя лучше подходит к экзотическим деревьям.

 Его светлые башенки красиво и грациозно возвышаются над зелёными верхушками сада.

Прямо — тенистая аллея каштанов. Но мне хочется одиночества, а по этой аллее проходят люди с озабоченными лицами, пользующиеся ею как улицей, которая соединяет один конец города с другим. И я поднимаюсь по низкому склону, и опять я в царстве сирени.

 Свободно и привольно разрослась она здесь среди кустов жёлтой акации, молодых каштанов, ясеней, черноклёнов.

Ни души! 

Славно дышится! Прозрачен и мягок воздух! 

 И снова я слышу ласку Весны, и согласно поют соловьи, и ритмично качаются лиловые ветки сирени. Век сидел бы здесь, в этом очаровательном уединении, и век смотрел бы на это безмятежное небо, нежную зелень акации, распускающуюся почку шиповника…

Но, к сожалению, когда-то Адам и Ева согрешили, и с тех пор пребывание в Эдеме стало роскошью, которая не всегда доступна людям труда.

 Волей-неволей приходится покинуть рай, насаждённый Траутфеттером, и вернуться в душный кабинет, чтоб работать и в поте лица добывать хлеб насущный.

И когда я уходил из сада, бросая прощальные взгляды на бесконечные букеты сирени, млеющей в лучах полдневного солнца, я увидел на скамейке двух молоденьких девушек, ещё в недлинных платьях. 

Они были свежи и юны как майские розы и смотрели на сиреневые цветочки, перебирая их в пальчиках, с улыбкой надежды… 

Они искали цветка о пяти лепестках, они искали счастья!

Как раз над ними пел соловей, и любовно качались ветки сирени».

Фото 6

Вот такое литературное описание университетского ботанического сада в г. Киеве. На этом мы попрощаемся с нашим первым гидом. 

А по сути вышеприведенного описания Ботанического сада, надо прямо сказать, что к дню сегодняшнему, сад описанный И. Ясинским сильно изменился.

Уже нет знаменитого «Сиреневого сада». Он «переехал» в другой ботанический сад АН Украины на Печерские холмы. Но вместо него, тут появился участок с магнолиями, расцветающими раньше той же сирени. 

Возможно все оно и к лучшему. 

С соловьями тоже в саду проблема. Уже не часто (не каждый год) услышишь тут эту редкую птицу. Экология мегаполиса, дикие городские голуби и вороны вытеснили соловья из сада.

И теперь, большая часть сада — это просто любимое место прогулок и отдыха киевлян. Главная алея сада так хорошо описанная И. Ясинским по-прежнему полна посетителей.

 Днем это студенты из университета и окружающих парк других учебных заведений, молодые мамы, выгуливающие своих деток, и тихие пенсионеры, греющиеся под солнечными лучами. 

А вот вечером, благодаря расположенной почти в самом саду станции метро «Университет», все укромные и не очень места, допоздна обычно   занимают влюблённые пары. Так, что сад является для киевлян еще и своеобразным самым «инкубатором браков».

 А вот меньшая часть — это закрытая от посещения «Научная часть Ботанического сада». Вернее, посещение ее тоже допускается, но не во все дни и только в составе коллективной и очень дорогой по оплате экскурсии.

 

И поскольку никаких экскурсий по общедоступной части Ботанического сада не проводится, то нам все же понадобится и новый квалифицированный гид, который расскажет его    историю и даст   нам описанием современного состояния. 

 И в качестве такого гида я выбрал ученного ботаника Лобанова С.В. написавшего в 2008 г.  небольшую научную работу «Древесные растения Ботанического сада им. А.В. Фомина». 

Вот небольшие выдержки из этой работы:

История формирования ботанического сада

       «Ботанический сад имени академика А.В. Фомина - один из старых ботанических садов на Украине. 

     Он был основан 22 мая 1839 года. 

    Выдающиеся ученые такие как О.С. Рогович, И.Г. Борщов, И.Ф. Шмальгаузен и другие работали в нашем Ботаническом саду. 

     Тут, я прерву нашего «виртуального» гида и внесу нужные коррективы. Ведь он забыл рассказать о основателе первого Киевского Ботанического сада Траутфеттере:

Фото 8

        Рудольфе Эрнестовиче (Эрнст Рудольф) Траутфеттере, с 1825 — фон Траутфеттер (8 февраля 1809, Митава — 12 января 1889,Санкт-Петербург) — русском ботанике и натуралисте, знатоке русской флоры.   

    Поступив в 1825 году в Дерптский университет, сначала по медицинскому факультету, он перешёл потом на физико-математический и занялся специально ботаникою под руководством К. Х. Ледебура.

     В 1829 году награждён был золотою медалью за рассуждение на заданную тему по предмету ботаники.

      Удостоен в 1833 году Дерптским университетом степени кандидата, в 1835 году — Кёнигсбергским университетом степени докторафилософии, в 1839 году Университетом Святого Владимира — степени доктора естественных наук.

Фото 9

    В 1833 году Траутфеттер был назначен на должность помощника директора Дерптского университетского ботанического сада, в 1834 году, после публичной защиты диссертации, он был определён доцентом в Дерптском университете по предмету ботаники.

     В 1835 году перешёл на должность младшего помощника директора Императорского Ботанического сада в Санкт-Петербурге(Ф. Б. Фишера).

    В 1838 году — исправляющий должность ординарного профессора ботаники в Университете Святого Владимира в Киеве, а с 1839 года — ординарного профессора по той же кафедре.

    Траутфеттер заведовал с 1838 по 1847 год ботаническим садом этого университета, находившимся тогда в городе Кременце Волынской губернии, — трудился с 1841 года над основанием и обзаведением нового университетского ботанического сада в самом Киеве, которым он управлял по 1852 год, и имел в своем ведении гербарий университета с 1838 по 1852 год, кабинеты агрономический и механической школы с 1839 по 1843 год и минералогический кабинет с 1842 по 1846 год.

     Он состоял деканом физико-математического факультета в 1841 году и с 1843 по 1847 год и вице-председателем комиссии, Высочайше учреждённой для описания губерний Киевского учебного округа с 1851 по 1859 год. 

    Притом, Траутфеттер читал в университете с 1842 по 1845 год также лекции по минералогии и геологии.

    В 1847 году, по избранию совета, Траутфеттер назначен ректором на 4 года, но, ещё до истечения сего срока, по случаю введения нового порядка назначения ректоров, высочайше определён в 1850 году ректором Университета Святого Владимира с увольнением от должности профессора.

    При выходе в отставку в 1859 году удостоен звания почётного члена Университета Святого Владимира.

    В 1860 году Траутфеттер занял место директора Горы-Горецкого земледельческого института.

Вскоре после поступления Императорского Санкт-Петербургского ботанического сада в ведение министерства государственных имуществ управление им было временно поручено Траутфеттеру, утверждённому в 1864 году в звании заведующего садом, а в 1866 году, согласно положению нового штата ботанического сада, директором; последнюю должность Траутфеттер занимал до 1875 года, когда в связи с расстроенным здоровьем по личному прошению был уволен в отставку в чине тайного советника; место его занял главный ботаник сада Э. Л. Регель. 

    Обширный гербарий Траутфеттера хранится в Императорском ботаническом саду, а частью («Herbarium universale» — 3377 видов в 30 папках) в Санкт-Петербургской лесотехнической академии.

     Императорская Академия наук, избрав Траутфеттера в свои члены-корреспонденты ещё в 1837 году, присудила ему в 1885 году почётную Золотую медаль Бэра за его исследования по русской флоре, а Императорский ботанический сад принял его в 1875 году в число своих почётных членов.

 

           Сменил Траутфеттера на посту директора Ботанического сада С.Г. Навашин, который и был директором на протяжении последующих двадцати лет с 1894 по 1914 года.

Фото 10

        Сергей Гаврилович Навашин (2 (14) декабря 1857, село Царёвщина — 10 декабря 1930, Детское Село) — русский цитолог иэмбриолог растений, c 1894 года — профессор Киевского университета. Основатель научной школы, академик Российской академии наук (с 1918 года) и Всеукраинской академии наук (с 1924 года).

   В 1898 году открыл двойное оплодотворение у покрытосеменных растений.

     Заложил основы морфологии хромосом и кариосистематики. Является автором ряда работ по микологии и сравнительной анатомии.

    В 1894 году был приглашён работать на кафедру систематики и морфологии растений Киевского университета. Читал курс анатомии, морфологии и систематики растений. Участвовал в строительстве школы в районе Святошино под Киевом, занимался делами Киевского общества естествоиспытателей. В 1894—1896 годах работал над исследованием берёзы обыкновенной.    Работа «Об обыкновенной берёзе и морфологическом значении халацогамии» стала следствием подготовки диссертации на соискание степени доктора наук. Защита диссертации проходила в Одесском университете в 1896 году.

    В 1894—1914 годах работал директором ботанического сада Киевского университета. В 1898 году представил доклад об исследовании двойного оплодотворения у лилии кудреватой (Lilium martagon L.) на заседании Х съезда естествоиспытателей и врачей. Работал на острове Ява.

     Сергей Гаврилович Навашин работал преимущественно в области химии, а также цитологии, эмбриологии и морфологии растений. Исследовал у берёзы механизм проникновения пыльцевой трубки в семенную почку через её основание — халазу; прохождения трубки у ольхи, вяза, грецкого ореха и впоследствии доказал наличие халазогамиии у других однопокровных[2] растений.   Фундаментальное значение имело открытие им у покрытосеменных растений двойного оплодотворения, что объяснило природу ихтриплоидного эндосперма, а также природу ксений. Заложил основы учения о морфологии хромосом и их таксономическом значении

 

        С его именем связаны мировые открытия в области цитоэмбриологии, и, в первую очередь, - двойное оплодотворение у покрытосеменных растений, что принесло всемирную славу Киевскому университету и его Ботаническому саду.

Фото 11

        С 1914-1935 гг. директором Ботанического сада был А.В. Фомин. 

       

        Александр Васильевич Фомин (1867[1]—1935) — русский (украинский) советский ботаник, специализировавшийся на изучениипапоротников; исследователь флоры Кавказа.

      В 1893 году окончил Московский университет.

      С 1896 года работал ассистентом в Юрьевском университете. В 1888—1890 годах вместе с Н. И. Кузнецовым и Н. А. Бушем совершил по поручению Императорского Русского географического общества несколько ботанико-географических экспедиций («экскурсий») по Кавказу.

      С 1902 года — ботаник в Тбилисском ботаническом саду. В 1914—1927 гг. — профессор Киевского университета, с 1914 года — директор Киевского ботанического сада[2], с 1927 года — директор НИИ ботаники (Института ботаники) Академии наук УССР.

     С 1921 года — академик АН УССР.

    Основные печатные работы связаны с изучением папоротников Кавказа, Украины, Сибири, Дальнего Востока и СССР в целом.

    В честь А. В. Фомина названо множество видов растений, в том числе одно из эндемичных растений Грузии — Белокопытник Фомина(Petasites fominii ) 

     А.В. Фомин на момент своего назначения тогда был уже известным ботаником, имел опыт организации Тифлиского ботанического сада. С большой энергией он взялся за реконструкцию ботанического сада, пополнение его коллекций, особенно оранжерейных растений, расширение и обогащение гербария.

       Правительство Советской Украины за многолетнюю научно-исследовательскую и организационную деятельность А. В. Фомина: после его смерти приняло решение о присвоении саду его имени.

    Это вполне заслуженная награда, ибо на судьбу коллектива университетского Ботанического сада под руководством Ф.В. Фомина, пришлись тяжелые испытания в годы первой мировой и гражданской войн.

      Сад выжил только благодаря усилиям А. В. Фомина и его преданных с сотрудников. Особенно трудными были зимы 1919-1920 г. г., когда оранжерейным растениям угрожала гибель от мороза.

      В следующие годы Ботаническим садом руководил профессор Киевского университета Д. П. Проценко, который продолжил работы по восстановлению сада, в частности были восстановлены главные оранжереи.

     В период немецко-фашистской оккупации много ценных экземпляров деревьев и кустов погибло, они были вырублены (жителями города-автор) на топливо.

     После освобождения Киева, городские власти, приняли меры к возобновлению работы сада, и уже в мае 1944 года он был вновь открыт для посещения.

     В 1960-1970 годах по распоряжению Директора сада, профессора И. П. Белоконя были созданы новые экспозиционные участки – споровых растений, альпинарий, проведена реконструкция ряда старых оранжерей, основана коллекция рододендронов, магнолий, кизильников.

Фото 12

    Белоконь Иван Петрович  (Born1914-04-08 Died 1975-01-13)

   Советский ботаник и историк науки. Родился в с. Кожанка (Киевской обл.). Окончил Киевский университет (1937). Работал там же (с 1969 - профессор, одновременно - зав. отделом и зам. директора, с 1961 - директор Ботанического сада Киевского университета).

     Основные научные работы посвящены истории естествознания и физиологии растений. Ему принадлежат работы о жизни и деятельности К. А. Тимирязева, И. Г. Холодного, С. Г. Навашина, М. А. Максимовича, редактор трудов М. В. Рытова и Холодного. Принимал участие в создании «Истории Киевского университета» (1959), автор очерков о развитии ботаники в странах социалистического содружества.

   Проводил исследования в области физиологии водного режима растений, изучал метамерную разнокачественность вегетативных и генеративных органов растений

       Решением Совета Министров УССР в 1960 году Ботанический сад был объявлен памяткой садово-паркового искусства республиканского значения, а в 1969 году ему предоставлен статус научно-исследовательского учреждения.

Фото 13

      «На сегодняшний день Ботанический сад имени академика А.В. Фомина является научно- исследовательским учреждением Киевского национального университета имени Тараса Шевченко и выполняет одновременно учебные и научные функции.

       Работой нескольких поколений ботаников в Ботаническом саду собрано уникальную коллекцию растений разного географического происхождения, которая насчитывает около 10 тысяч таксономических единиц. Ботанический сад является неотъемлемой частью города Киева, его настоящей зеленой жемчужиной.

Фото 14

         В свое время известный селекционер-интродуктор акад. Н.В. Цицин писал, что введение в культуру каждого нового растения равнозначно важнейшему открытию. 

       

        «Ботанический сад имени акад. А.В. Фомина Киевского национального университета имени Тараса Шевченко расположен в историческом центре города Киева, прилегает к Главному учебному корпусу КНУ им. Т. Шевченко и занимает 22,5 га.

     По древним легендам эта территория принадлежала Лыбеди - сестре Кия, Щека и Хорива, которые были основателями города. Ее именем названа когда-то полноводная и широкая река, которая впадает в Днепр. Именно здесь, на левом склоне долины Лыбеди, и был разбит университетский сад.

Фото 15

        Первостепенными задачами сада были и остаются сбор коллекций растений-интродуцентов, на базе которых учатся студенты Киевского национального университета имени Тараса Шевченко и других учебных заведений Украины, всестороннее изучение этих растений и введение в культуру самых ценных из них. 

        Особое значение при этом приобретает популяризация ботанических знаний среди населения страны и сохранение разнообразия растительного мира и, в первую очередь, редких и исчезающих видов растений.

Фото 16

        Ботанический сад проводит значительную просветительскую работу среди населения. 

        Для учеников техникумов, лицеев, профтехучилищ, школьников, слушателей Малой академии наук и юннатов ежегодно проводятся учебные экскурсии и практические занятия. 

       Используя значительную коллекцию растений-интродуцентов, под руководством научных сотрудников Ботанического сада, собираются и обрабатываются оригинальные материалы для написания дипломных и курсовых работ студентами высших учебных заведений Украины. Коллекционные фонды используются для подготовки кандидатских и докторских диссертаций.

      Растения из стран, климат которых близок к нашему, в частности из Северного полушария, культивируются в открытом грунте.

Фото 17

       Умеренно континентальный климат Киева в равной степени благоприятный для многих растений: здесь свободно растут северные растения - лиственницы и кедры, южные - платаны, катальпы и прочие. Климатические условия имеют определенное влияние и на микроклимат оранжерей и теплиц, где размещены растения тропических и субтропических стран. Надо отметить, что Ботанический сад Киевского университета имеет очень разнообразный рельеф, здесь есть как равнинные участки, так и склоны разной крутизны и разных направлений.     

      Все это значительно расширяет возможности интродукции новых видов растений.

      На территории сада сформировалась разнообразная в видовом отношении естественная фауна, которая тесно связана с его растительным миром и составляет неотъемлемую часть всего экологического комплекса.

       Выращенные на голых холмах Лыбеди зеленые насаждения, ценные коллекции растений ботанического сада являются образцом фитомелиорации».

Фото 18

     ……..

       Работы по расширению коллекций продолжались, и в 1977 году была построена оранжерея-климатрон высотой 30 м., общей площадью около 1000 кв. м.

      А в 1984 г. было завершено сооружение купольной оранжереи высотой 18 м. общей площадью 532 кв. м.

      В Ботаническом саду в данное время, собрана коллекция растений разного географического происхождения, которая насчитывает около 10000 единиц».

 

Фото 20

                                               (конец ч.1)

 Комментарии

Комментариев нет